«Пап, если выиграешь здесь, сыграешь с Федерером?» Как за 60 долларов стать профессиональным теннисистом

Репортаж профессора Университета Флориды с самого дна мирового тенниса.

Доктор Райан Роденберг – профессор кафедры спортивного менеджмента Государственного университета Флориды, специализируется в вопросах спортивного права. В студенческие годы играл в теннис в лиге NCAA, на профессиональном уровне провел три матча, позднее стал автором ряда научных и журналистских публикаций о профессиональном теннисе. В качестве юриста работал для Nike, Octagon и ATP. Член Ассоциации тенниса США.

«12 лет назад я сыграл свой последний теннисный матч на самом низшем профессиональном уровне – «Фьючерсах» ITF. В субботу 28 ноября 2015-го я вернулся.

Возвращение сразу не задалось.

«Вы не можете играть в этих шортах, они против правил, – сказал мне судья на вышке, когда я зашнуровывал кроссовки. – Логотип производителя слишком большой. Нужно переодеться».

Я надел шорты без логотипов и вышел на подброс монеты.

В Таллахасси проходит единственный во всех Штатах турнир ITF на этой неделе. Это последний подобный турнир на американской земле в этом году. В теннисе «Фьючерсы» – это примерно как третий уровень низшей бейсбольной лиги. При общем призовом фонде в 15 000 долларов в крупнейший крытый стадион Флориды в погоне за призовыми и рейтинговыми очками набились представители 18 стран. Но чтобы попасть в основную сетку – где и разыгрывают деньги и очки, – нужно сначала оказаться в числе восьми победителей квалификационного турнира на 64 участника.

Там-то я и обнаружил себя в субботу днем.

«Пап, а если ты выиграешь первый матч и весь турнир, ты сыграешь с Роджером Федерером?» – спросил меня накануне мой шестилетний сын.

Я ответил ему, что нет.

Но никто же не запрещает мечтать.

В профессиональном теннисе все опирается на рейтинг. В квалификации «Фьючерсов» теоретически сыграть может любой. Здесь начинались карьеры Федерера, Новака Джоковича, Рафаэля Надаля и Энди Маррея. Преимущество при определении состава отборочного турнира получают игроки с мировым или национальным рейтингом, а ребята вроде меня попадают в сетку при наличии свободных мест.

«Фьючерс» в Таллахасси проходит впервые, и я решил сыграть на нем месяц назад. Я профессор Государственного университета Флориды, так что шанс выступить на домашнем турнире, где у меня есть фанатская база: жена и сын, – упускать не хотелось. Сначала нужно было заплатить 60 долларов за IPIN – персональный идентификационный номер игрока, предоставляемый ITF. К нему в интернете привязываются заявки на турниры и показанные результаты. Затем нужно было в определенные часы в пятницу приехать на турнир, записаться и молиться, чтобы желающих сыграть квалификацию было меньше 64.

«Запишите свой IPIN, полное имя, дату рождения и распишитесь тут», – велит мне турнирный супервайзер ITF Хорхе Ньето.

При виде года моего рождения – 1974 – он удивленно поднимает глаза.

«О’кей, теперь можете оплатить сбор за участие – 40 долларов».

Даже процесс подачи заявки сейчас отличается от того, что было в начале нулевых, когда я провел несколько подобных турниров. Теннис-2015 очень озабочен своей чистотой. При получении IPIN я должен был посмотреть ролик, в котором дисквалифицированный игрок Давид Савич признавался, что участвовал в организации договорняков. В этом коротком фильме даже есть строгие предупреждения от Федерера и Маррея. В завешение регистрации я подписал согласие с любыми действиями теннисного ведомства по борьбе с коррупцией – Tennis Integrity Unit. Предупреждения о ставках распространялись прямо на турнире.

«Во время матчей зрителям и любой другой третьей стороне запрещается собирать, распространять, передавать, публиковать и выпускать информацию о счете и любые другие статистические сведения с территории турнира, – говорится на большой памятке в зоне, где собираются игроки. – Длительное использование ноутбуков, планшетов и мобильных телефонов в зонах для болельщиков также ЗАПРЕЩЕНО. Любой нарушитель данных условий будет удален с территории турнира».

С помощью этих правил ITF борется с онлайн-ставками, которые пользуются задержкой между между изменением счета матчей в реальном времени и его обновлением в базах данных. За последние годы несколько низкорейтинговых игроков были дисквалифицированы, в том числе пожизненно, за организацию договорняков. Еще в одном предупреждении на турнире говорилось о мошенниках, которые в фейсбуке, представляясь чужими именами, втягивают игроков в сомнительные предприятия.

Раньше ничего из этого и представить было невозможно.

Об этом говорит и Рико Гор – единственный участник квалификации, который старше меня.

«Я сам никогда не видел, чтобы играли на ставках, но надо думать, это очень распространено, учитывая, как много нас предупреждают, – сказал мне Гор в субботу через полчаса после того, как проиграл 21-летнему сопернику 0:6, 1:6 в первом круге квалификации. – Я однажды играл матч в Турции – так его показывали по местному телевидению, а вокруг корта были вооруженные люди».

У 46-летнего Гора теннис, наверное, уже в крови. Он, мягко говоря, отличается от типичного участника «Фьючерса» – парня чуть за 20, который делает первые шаги в профессиональном теннисе после успешной юниорской или студенческой карьеры. Гор впервые взял в руки ракетку в 24, играть научился сам и выступает в туре с 1995-го.

«Я составляю турнирный график на год вперед. За последние годы я отыграл десятки соревнований в США, еще ездил в Катар, Ирландию, Испанию, Таиланд, Марокко, Нигерию и Гонконг. Периодически мои кредитные карты заблокированы, но зато мне удавалось оказаться в одном матче от попадания в рейтинг».

Получить мировой рейтинг – это знак отличия на дне турнирной структуры ITF. Почти для всех участников «Фьючерсов» получить очки в рейтинг куда важнее, чем деньги. Заработанные очки – это на ближайшие 52 недели твой пропуск на более престижные и доходные турниры. Игроки, проигравшие в квалификации, очков не получают. Те, кто проиграл первый матч в основной сетке, получают 156 долларов. Победитель турнира в Таллахасси получит 2 160 долларов и 27 очков в рейтинг.

В отличие от Рико Гора, я никогда и близок не был к тому, чтобы войти в рейтинг.

Я одержал свою первую и единственную профессиональную победу в 1998 году вскоре после окончания колледжа. Это произошло на турнире в Клермонте, Калифорния – я победил игрока из Новой Зеландии. На своем последнем турнире – грунтовом «Фьючерсе» в Питтсбурге в 2003-м – я проиграл 1:6, 1:6 в первом круге квалификации. Тогда-то я и повесил свои соревновательные ракетки на гвоздь, смирившись с тем, что получить мировой рейтинг – для посредственного игрока первого дивизиона Студенческой лиги миссия невыполнимая.

12 лет спустя я вернулся по другой причине: я хотел, чтобы мой сын, унаследовавший от меня тягу к спорту, увидел меня играющим до того, как моя больная спина и трескучее плечо окончательно отправят меня на пенсию.

Из 64 игроков приехали только 55, так что мне повезло.

«Я буду рядом, если у вас что-то заболит или что-то понадобится», – за несколько минут до моего матча говорит мне Джулия Джиампало, моя бывшая студентка и турнирный врач.

Поведя с брейком 2:1 в первом сете у канадца Алекса Кривошейко, я даже подумал: а что, может, я и правда могу выиграть?

Нет.

Я проиграл пять следующих геймов и сет – 2:6. Второй сет я проиграл 1:6. Пожимая сопернику руку, я поздравил его с победой и пожелал ему удачи.

«Спасибо, – ответил он. – Это мой первый «Фьючерс».

И сразу – первая профессиональная победа.

«Я видел, ты там с приема шел к сетке, – говорит мне директор турнира Майкл Эдж на выходе с корта. – Вот это олдскул».

«Да я просто старался укоротить розыгрыши, чтобы ноги поберечь», – отвечаю я.

75 минут на корте забрали у меня все силы. Сейчас теннис таков, что сейчас записи матчей Джона Макинроя и Бьорна Борга смотрятся так, будто сделаны в режиме замедленной съемки. Современные струны сообщают ударам тяжесть и вращение, так что они отскакивают от площаки очень мощно.

Мой сын тоже предложил анализ матча.

«Мне стало скучно, так что я пошел наружу тренировать замахи, – сказал он, пока я прикладывал лед к своему хирургически отремонтированному правому колену. – В следующем году я этот турнир выиграю».

«Фьючерсы» можно играть с 14, так что у него есть еще восемь лет, чтобы потренироваться. Надеюсь, Рико Гор настроит его как следует на турнир-2023».

Источник: Sports Illustrated; фото: seminoles.com; facebook.com/rico.gore.9; akrivocheiko.