Коронавирус скосил и «Ф-1»: первую гонку отменили. Работа боссов серии – полный провал, у команд будут дыры в бюджете
Под вопросом еще две гонки.
До 12 марта «Формула-1» создавала впечатление самого упорного чемпионата в деле «не сдаться коронавирусу»: пока в НБА, хоккее, футболе и других видах спорта сезоны уходили на паузу или вовсе отменялись, главная гоночная серия отделалась всего лишь потерей Гран-при Китая и объявлением о закрытии заезда в Бахрейне для зрителей. Для сравнения: в двух других крупнейших гоночных чемпионатах MotoGP и «Формуле Е» сезоны очень быстро отложили минимум на месяц.
Однако болезнь добралась и до «Формулы-1»: в преддверии Гран-при Австралии механик «Макларена» после обнаружения симптомов сдал положительный тест, и легендарная команда сразу же снялась с гонки. На неделе боссы серии обсуждали ситуацию с властями страны несколько часов подряд и в итоге приняли решение отменить этап – а вместе с ним, возможно, под нож пойдут и многострадальная гонка в Бахрейне, и предполагаемый дебют Вьетнама. Первенство может начаться 1 мая в Нидерландах.
Сохранить австралийский этап было невозможно
На первый взгляд, в отмене двух следующих этапов нет необходимости: арабские шейхи нашли вполне достойный компромисс в виде первой исключительно телевизионной гонки в истории «Ф-1» (на трек обещали не пускать даже СМИ), а во Вьетнаме все было относительно спокойно вплоть до десятых чисел марта.
Более того, заезд в Ханое не отменили даже после обнаружения первого случая заболевания в городе. Дебютный Гран-при очень важен для правительства страны – власти искали любые способы и лазейки все-таки провести этап и показать себя миру. Решать ситуацию даже отправился сам босс «Ф-1» Чейз Кэри – он собирался убедить всех сомневающихся в необходимости проведения гонки.
Однако произошедшее в Австралии все ломает. До обнаружения болезни у механика отменять Гран-при не было формальных оснований: ни в одной из стран назначения (кроме сразу выбывшего Китая) не зарегистрировано и двух сотен зараженных, а персонал команд по умолчанию считался здоровым и не распространяющим коронавирус. Именно поэтому власти Италии, например, выпустили работников «Феррари» из закрытой зоны в Ломбардии, а в Бахрейне согласились немного ослабить карантин для тех же итальянцев и граждан других охваченных эпидемией стран.
Заболевший в паддоке означает, что как минимум «Макларен» запросто может стать разносчиком заразы – и пропуск всей команды на территорию страны через 7-10 дней после обнаружения первого случая (как раз к концу инкубационного периода) стал бы на редкость идиотским решением для властей Бахрейна. А поскольку паддок – довольно тесное место, логика подскзывает необходимость выписать запреты вообще всем. Заезд в Сахире спасти практически нереально.
Гонка во Вьетнаме запланирована на 5 апреля – следовательно, потенциальные зараженные ожидались бы в Ханое уже 30-го марта. Теоретически еще можно посадить всю «Формулу-1» на двухнедельный карантин и потом провести заезд, но вряд ли кто-то захочет рисковать.
По слухам, могут не состояться также этапы в Нидерландах, Испании и Монако, а сезон начнется только в июне в Азербайджане.
Потрясающая неорганизованность
Больше всего в деле Гран-при Австралии поразила не отмена гонки заранее – желание не поддаваться панике и провести чемпионат без опасных убытков для серии и команд как раз очень даже понятно. Дело в другом: «Формула-1» оказалась не готова к потенциальному обнаружению коронавируса у кого-то из паддока.
Да, вы все правильно поняли: об эпидемии все знали с конца января, Гран-при Китая вылетел из календаря в начале февраля, ситуация с болезнью катастрофически развивалась целый месяц – и даже на тестах боссы итальянских команд через прессу задавали официальным лицам вопросы на тему «Что мы будем делать?!» Однако суть ответа всегда оставалась неизменной: «Все пройдет по плану».
И видение действий у Чейза Кэри и компании в самом деле было: компромисс с Бахрейном и работа с Вьетнамом доказывают глубину проработки вопроса. Руководители «Формулы-1» практически спасли чемпионат – их усилия подорвала случайность.
Однако эта самая случайность на 100 процентов предсказуема: вряд ли кто стал бы спорить насчет вероятности заразиться у каждого механика, инженера и пилота. Все они – люди, а значит, и подвержены коронавирусу. К сожалению, этого не изменишь никакими хитрыми компромиссами.
Тем не менее, развитие ситуации с «Маклареном» показало полное отсутствие запасного или экстренного плана у «Формулы-1». Как раз у команды нашлось решение: сразу после положительного теста она опубликовала заявление о снятии с Гран-при и собрала встречу остальных участников чемпионата для обсуждения происходящего.
А что сделали в ФИА, «Формуле-1» и в промоутерской компании гонки? Через час после объявления «Макларена» публиковали заявления с общим смыслом «ну, мы тут думаем, что делать дальше» – и затихли почти на 10 часов. За это время прошло несколько встреч, по ходу которых число команд, не пожелавших проводить гонку, росло (больше других упорствовали «Ред Булл» и «Альфа Таури»), но руководство серии с решением дотянуло до утра.
При этом у «Формулы-1» было заявление главврача штата о готовности отменить гонку в случае подтверждения случаев заражения в паддоке! То есть даже власти Австралии, безумно желавшие провести Гран-при (в последнее время он начал приносить-таки прибыль), были готовы на отмену, но боссы чемпионата слишком понадеялись на их рвение и вообще не предусмотрели никакого запасного плана.
Можно было заранее обсудить отмену или перенос заездов в случае обнаружения заразы среди команд. Но все-таки, кажется, для боссов «Ф-1» есть кое-что поважнее здоровья персонала и здравого смысла.
Деньги решают все
У медлительности и задумчивости Кэри и компании, на самом деле, очень простое и невероятно логичное объяснение: они не хотели терять лицензионные выплаты за Гран-при и попадать на неустойки.
Экономика в «Ф-1» работает примерно так: промоутер платит за право проведения заезда (обычно это сумма от 15 до 50 миллионов долларов – в зависимости от расположения, историчности, престижности и посещаемости. Монако, например, проводит гонку бесплатно) и отдает значительную часть площадей на рекламных щитах, в паддоке и на мерчендайзинге. Все локальные спонсоры, проданные билеты и заработок на активностях – это прибыль доход организатора. «Формула-1» же помимо лицензионной выплаты зарабатывает на глобальном спонсорстве и продаже телетрансляций.
Именно поэтому инициатива отмены, изменений или переноса заезда со стороны серии означало потерю дохода «Формулы-1»: между чемпионатом и промоутером заключен контракт, в котором явно прописаны неустойки или отказ от выплат. В таком случае Кэри и компания теряли сразу все: и взнос от промоутеров, и заработок со спонсоров, и теледеньги.
Поэтому «Формула-1» просто каждый раз ждала, пока инициативу возьмет на себя локальный организатор – по своей ли воле или по велению властей страны. Тогда неустойку придется платить уже промоутеру – убытки и расходы перейдут на его плечи.
Скорее всего, нежелание выбрасывать деньги впустую и руководило в Австралией в стремлении провести Гран-при любой ценой – и потому болельщики так долго ждали объявления об отмене (промоутер и серия просто торговались за закрытыми дверьми).
У Бахрейна все проще: королевство вообще не зарабатывает серьезных денег на посетителях, Гран-при для местного монарха – красивый образ страны, транслируемый по всему миру. Потому для него не было проблемой закрыть автодром и один раз потратить чуть больше обычного.
Похожая история и с авторитарно-социалистическим Вьетнамом: там до последнего не хотели выбрасывать 50 миллионов впустую вместо красивой завлекающей открытки для туристов.
«Формула-1» рисковала ради сохранения доходов – и риск не оправдался. Теперь придется жить с новой реальностью и подпорченным имиджем.
У команд грядут дыры в бюджете
Ситуация усложняется тем, что около половины доходов серии распределяется между участниками в виде призовых. С падением числа заездов падают и отчисления командам – да, часть из потерянного компенсируется отсутствием расходов на топливо, запчасти и прочие материалы, но в абсолютных числах участники остаются в минусе. Просто потому, что платить зарплаты сотням человек (а в штате современной команды до 300 до 1 200 сотрудников) все равно чертовски дорого – особенно когда вы уже потратили кучу денег на перемещение по миру.
Также отсутствие гонок бьет и по контрактам со спонсорами: команды недополучат эфирное время, и сумма выплат явно снизится. Вместе с призовыми речь может идти о миллионах или даже десятках миллионов долларов. Если представить, стоимость титульного партнерства в 50 миллионов за год на 22 гонки (для Orlen и Rokit – спонсоров «Альфа Ромео» и «Уильямса» соответственно), то вылет четырех Гран-при завесит аж на 9 миллионов – при почти неизменных затратах.
Кто же пострадает больше всех? Те команды, у которых нет богатых владельцев, денежной подушки или автоконцернов за спиной. Остальным держатели акций компенсируют убытки (например, за счет возможного сокращения бюджета в будущем), а вот частникам деваться особо некуда.
В главную зону риска падает многострадальный «Уильямс»: англичане уже продали контрольный пакет инженерного подразделения, чтобы собрать бюджет на 2020-й. У девятикратных обладателей Кубка конструкторов нет богатых владельцев и другой помощи со стороны – похоже, их ждет радикальное снижение трат в следующем сезоне и вечное последнее место. Или продажа кому-то очень богатому и желающему поиграться в быстрые машинки.
Также пострадает «Хаас»: у головного концерна по производству станков миллиардный доход, но владелец обоих организаций еще перед стартом сезона объявил о нежелании вбрасывать от 50 до 100 миллионов в год без шансов на первые места. Похоже, крупный убыток в 2020-м реально грозит смертью интересной американской команде, затащившей два финиша в топ-6 в первых же двух Гран-при в истории пять лет назад.
Остальным же командам принципиально ничего не грозит: владелец «Рейсинг Пойнт» – канадский миллиардер и отец одного из гонщиков, контрольный пакет «Макларена» принадлежит королевской семье из Бахрейна, «Альфа Ромео» до сих пор числится среди активов шведских инвесторов-миллиардеров, «Альфа Таури» не закроют всего через год после шумного ребрендинга только из-за выросших убытков. У «Мерседеса», «Рено» и «Феррари» заводская поддержка, а «Ред Булл» – крупнейший актив производителя энергетиков и в любой момент может запросить помощи от «Хонды».
Однако фактически в случае новых отмен Гран-при коронавирус реально грозит смертью не только персоналу, но и сразу двум командам – и больше ничего для их спасения сделать уже нельзя. Реально чертовская зараза.
Фото: globallookpress.com/Gwendoline Le Goff; East News/ДЭВИД ГРЕЙ/АФП/Восточные новости; Gettyimages.ru/Luis Ascui, Rudy Carezzevoli; globallookpress.com/HOCH ZWEI
