Минчанин-миллиардер в августе призвал Лукашенко остановиться – его сын гоняет в «Формуле-1», предлагал за другую команду $140 млн
В 2018-м году при Торговой палате России создали Беларусско-российский деловой совет, куда входят менеджеры «Уралхима», «Сбера», «Ростеха», «КАМАЗа», ВТБ, «Росатома», «Татнефти», «Лукойла» и десятка структур помельче. Со стороны Минска его возглавил владелец концерна «Санта» Александр Мошенский. Главным представителем Москвы поставили олигарха и владельца «Уралхима» и «Уралкалия» Дмитрия Мазепина, выросшего в Беларуси.
И этот предприниматель не стал молчать после президентских выборов в родной стране. 13 августа, когда в Беларусь вернулся интернет и стал понятен масштаб террора с бесконечными задержаниями и избиениями в изоляторах, прямо на сайте Торгово-промышленной палаты РФ было опубликовано весьма резонансное обращение Мазепина к Лукашенко с призывом к переговорам для прекращения протестов. При этом выступал он от имени Беларусско-российского делового совета.
«От лица российского и беларусского бизнеса обращаемся к президенту Лукашенко с просьбой признать очевидные факты протестной напряженности в обществе и, не теряя времени, сесть за стол мирных переговоров, которые должны увенчаться выходом из политической нестабильности. Эта возможность может скоро стать единственной, поэтому она не должна быть упущена», – гласило обращение. Как известно, Лукашенко не прислушался к бизнесменам.
В письме совет также обратился к руководству России с просьбой «не оставаться в стороне от процесса урегулирования конфликтов в Беларуси, чтобы Союзное государство братских народов не было разрушено в пылу непримиримой бессмысленной борьбы».
Тогда же Мазепин выступил инициатором создания Комитета национального спасения. Идею поддержал один из участников президентской гонки, так и не дошедших до выборов, Валерий Цепкало. К слову, бизнесмены в одно время учились в МГИМО в конце 80-х – начале 90-х. Мазепин также не раз заявлял о своем интересе к беларусским нефтехимической и калийной отраслям.
Следующее заявление в связи с беларусскими протестами Дмитрий сделал уже в ноябре – позвал отчисленных за политику студентов в Россию.
«Хотим запустить инициативу и помочь отчисленным студентам, чтобы они не уезжали в Польшу или Литву, а приехали в Москву или в Питер для того, чтобы обучаться дальше, – заявил бизнесмен. – Мы все-таки живем в Союзном государстве, которое состоит из России и Беларуси, мы это делаем, потому что мы неравнодушны, что будет завтра. Нас интересует талантливая молодежь, которая желает учиться и развиваться. И нам безразличны ее политические взгляды, главное, чтобы ребята впоследствии работали в интересах отечественных компаний».
По его словам для РБК, Совет рассматривает оказание поддержки 200 лучшим студентам из числа отчисленных из-за протестов – правда, с тех пор о судьбе примирительных инициатив владельца «Уралхима» и «Уралкалия» больше ничего не слышно.
Кстати, примерно ту же роль Дмитрий играет и в Африке – поскольку возглавляет бизнес-совет России и Зимбабве. Правда, там коммерческая структура предпочитает действовать через агрессивное расширение инвестиций еще на Замбию, Анголу и других соседних стран – по расследованию The Guardian, ради продвижения российского политического влияния по всей Африке наравне с присутствием всевозможных ЧВК и подразделений «военных советников».
Телеграм-канал «Белорусский порядок» связывает Мазепина с созданием нового интернет-ресурса «Бусел.Онлайн». Сайт публикует расследования о беларусской экономике, контрабандных схемах и политической ситуации в стране. ОТочно неизвестно, кто пишет тексты для портала, но канал утверждает, что за редакцией «Бусла» может стоять группа аналитиков во главе с российским политологом Андреем Суздальцевым, не раз говорившим на спортивную тематику.
Стартовал в «Беларусбанке», взлетел на торговле нефтепродуктами, скупал химкомбинаты за кредиты госбанков
Мазепин родился и вырос в Минске, окончил Суворовское училище и отправился в Афганистан в 86-м военным переводчиком.
Бизнес он запустил в начале 90-х – с участия в организации страховой компании «Инфистрах» и банка «Фалькон». Оттуда же в 93-м на два года перешел в замдиректоры филиала частного «Беларусбанка» и вернулся в «Фалькон» после слияния места предыдущей работы с государственным Сбербанком Беларуси. Тогда же минчанин запустил компанию «Белнафта» для торговли нефтепродуктами на территории России – и явно нацелился на переезд.
Все получилось в 1996-м – Мазепин транзитом через должность замгендиректора в торгующем металлами «Разноимпорте» оказался вице-президентом свежеприватизированной нефтекомпании «ТНК». Дмитрий хоть еще и не владел значительными активами или капиталом, но оброс связями: благодаря им через два года оказался в зампредах Российского фонда федерального имущества – и работал там до 2002-го.
Оттуда Мазепин перешел в боссы «Сибура», только пережившего масштабный конфликт между акционерами – «Газпромом» и бывшим директором. Дмитрий полгода разгребал последствия, включая закрытие процесса банкротства компании – по его собственным словам, на момент прихода 28 компаний холдинга фактически разорились. После восстановления работоспособности организации Мазепин уступил пост Александру Дюкову (сейчас президенту РФС) и отправился строить химического гиганта.
В деле сбора главных активов отрасли Мазепину помогли накопленные связи: с 2004-го он включился в открытые аукционы РФФИ и скупал по частям на заемные средства заводы вроде Кирово-Чепецкого химкомбината, пермского «Галогена», березниковского «Азота» и так далее. На страницах «Общей газеты» и «Российской газеты» предполагали, будто Мазепин работал на «Газпром» и за деньги экспортного монополиста, но в итоге бизнесмен объединил все скупленные активы в один холдинг – так в 2007-м году и появился «Уралхим».
Наращивание активов продолжилось и дальше: к холдингу в 2008-м добавили «Воскресенские минеральные удобрения» и даже планировали выходить на биржу – но IPO сорвалось из-за мирового финансового кризиса. Примерно тогда же и выяснилась общая сумма долгов, набранных Мазепиным под залог купленных заводов на приобретение новых активов – $1,4 млрд. Именно из-за долгов стоимость всей компании рассматривалась возможными инвесторами для IPO в размере $1,5 млрд (в 2010-м Дмитрий раздумывал над продажей 40 процентов акций за 600 млн). В итоге от идеи размещения на бирже окончательно отказались, а Forbes оценил состояние бизнесмена в 950 млн.
Тем не менее, кредиты холдинга никуда не делись: в 2013-м «Уралхим» даже выставляли на продажу из-за долгов на все те же 1,4 млрд. Из них 700 млн Мазепин брал у «Сбербанка» только на ВМУ.
В итоге химического гиганта из-за кредитной нагрузки так никто и не купил, зато Мазепин расширил пакет активов через покупку 20 процентов «Уралкалия» – получив новый кредит под сделку у ВТБ на сумму $4,5 млрд (при рыночной стоимости пакета акций в $1,2 млрд). При этом на калийном концерне висел и собственный долг в $5,5 млрд – зато при помощи другого известного бизнесмена Михаила Прохорова (купившего 27 процентов акций) Дмитрий продвинулся в заместители председателя совета директоров (формально компанию до сих пор возглавляет босс «Ростеха» Сергей Чемезов).
С тех пор акции «Уралкалия» вывели с биржи в процессе обратной покупки, а недавно «Уралхим» еще увеличил долю в производителе калийных удобрений – до 80 процентов. В 2018-м компания терпела убытки (-$100 млн), но обладала оборотом в $2,8 млрд и активами на $8 млрд. Выручка «Уралхима» за 2019-й по РСБУ составила примерно $1 млрд.
Закредитованность «Уралхима» и Мазепина никуда не делась: по оценкам «Форбса», долги «Сбербанку» и ВТБ до сих пор составляют более $4 млрд. При этом личное состояние Дмитрия в 2017-м оценивалось в $3,2 млрд.
Сын гоняет в «Формуле-1»
Как бы ни обернулся сезон-2021 для «Хааса» и всей «Формулы-1» – болид американской команды уже останется в истории самым российским. Причина в титульном спонсоре: химический гигант «Уралкалий» за €20 млн в год (данные Corriere dello Sport) и дополнительные финансовые вливания в команду перекрасил машину, переодел всех механиков и даже Мика Шумахера в триколор.
Главная часть сделки: подписание сына олигарха Никиты Мазепина для дебюта в «Ф-1» – после пятого места в «Формуле-2». 22-летний пилот из Москвы стал четвертым русским в главной гоночной серии, но за пределами трека он прежде всего известен как сын Мазепина-старшего.
Позади четыре этапа сезона-2021. Лучший результат Мазепин-младший показал на Гран-при Эмилии-Романьи, став там 17-м. Две гонки россиянин завершил на 19-м месте, а еще в одной просто не доехал до финиша.
Мазепин и раньше пытался пробиться в «Ф-1» через покупку «Рейсинг Пойнт» за $140 млн. Даже судился после поражения
Контракт с «Хаасом» – далеко не первое появление в «Ф-1» в карьере владельца русских химзаводов. С 2016-го Дмитрий оплачивал частные тесты сына в «Форс-Индии» – и Никита реализовывал возможность на полную: к примеру, в 2017-м он накрутил более 100 кругов только по «Хунгарорингу». Обычно стоимость полной программы резервиста в команде «Ф-1» оценивается в сумму от €3 до €5 млн (данные бывшего менеджера первого русского в «Ф-1» Петрова Оксаны Косаченко), так что годовые затраты Мазепиных можно моделировать такой суммой.
В 2019-м и 2020-м Никита получил полноценные частные программы в «Мерседесе» – и даже выступил за чемпионов на официальных тестах в Барселоне. Сделка с англо-немецкой командой действовала вплоть до конца предыдущего сезона – №9 остался без обещанных заездов на шинных испытаниях после финиша сезона только с объявлением о переходе в «Хаас».
Почему же Мазепины переключились с середняка на лидера «Формулы-1»? Не только из-за нового уровня инженеров и машины: просто «Форс-Индию» через процедуру банкротства продали канадскому миллиардеру (поднявшемуся на торговле одеждой от модных брендов вроде Tommy Hilfiger) и отцу пилота Ланса Стролла Лоренсу за $125 млн в середине 2018-го с обязательством погашения долгов. Босс «Уралкалия» и «Уралхима» тоже пытался поучаствовать и даже выдвинул более щедрое предложение в 140 млн с перспективой повышения до 170, но внешние управляющие предпочли закрыть сделку с канадцами. Так в «Ф-1» и появилась «Рейсинг Пойнт» – теперь она переоделась в британский гоночный зеленый, подписала Себастьяна Феттеля и перебрендировалась в «Астон Мартин».
«Уралкалий» даже судился с британской юридической фирмой, требуя компенсации за срыв покупки – ведь предложение из России документально и официально выглядело привлекательнее. Однако Королевский суд после десяти дней слушаний отклонил иск Мазепиных, поскольку во время процесса выяснилось: внешние управляющие обязались продать команду не по самой высокой цене, а по перспективности новых владельцев для будущего коллектива и организации. И теперь (после развития «Рейсинг Пойнт» в заводской «Астон Мартин») их решение не выглядит предвзятым.
Мазепину пришлось смириться с поражением и вести сына и триколор в «Ф-1» другим путем – спонсорским. Из суммы предложения о покупке «Форс-Индии» понятно: на €20 млн он вряд ли остановится и продолжит вкладывать в карьеру сына и дальше.
Фото: РИА Новости/Михаил Климентьев, Евгения Новоженина; globallookpress.com/Dppi/Florent Gooden, Hoch Zwei/Keystone Press Agency; instagram.com/nikita_mazepin
