«Формула-1» разучилась любить дух свободы». Почему Монтойя не стал чемпионом мира

Корреспондент Grand Prix Times Грэм Кейлло рассуждает о том, почему не сложилась карьера в «Формуле-1» одного из самых ярких и харизматичных гонщиков современности Хуана-Пабло Монтойи.

Круг многократных победителей «500 Индианаполиса» ограничен, и, как вы знаете, недавно в это число вошел Хуан-Пабло Монтойя. Колумбиец сделал это в уникальном стиле, продемонстрировав не только потрясающий боевой пилотаж, но и установив рекордный временной промежуток между двумя победами – 15 лет. За это время ему пришлось пройти через многие приключения. После карьеры в «Формуле-1» он провел 7 лет в середине пелотона в NASCAR, что нелепо для гонщика такого уровня. Еще более нелепо то, что его карьера в «Ф-1» продлилась всего 5,5 лет, и хуже всего, что ни он, ни представители спорта, казалось, об этом не сожалели.

В 2014 году Монтойя, наконец, вернулся в гонки с открытыми колесами – в «Индикар». Понятно, что потребовалось время, чтобы вернуться в форму, но сейчас мы наблюдаем старого доброго Хуана-Пабло. Лучше поздно, чем никогда, но вне зависимости от того, где сейчас выступает колумбийский пилот, я глубоко сожалею о его уходе из «Ф-1» и считаю это большой потерей. На мой взгляд, это пристыдило спорт больше, чем самого гонщика. Его присутствие шло на пользу зрелищности, и на вопрос о том, какой машине ФОМ стоит уделять больше внимания в трансляции, долго искать ответ не приходилось. Монтойя – живая личность, он вносил свежесть в «Формулу-1» как на трассе, так и за ее пределами. Его невероятный природный талант и ошеломляющий дух очаровывали многих.

«На овальных трассах просто нельзя ездить боком. Я пытался замедлить Монтойю, но ничего не получилось, и в конце концов просто перестал беспокоиться»

Какое-то время казалось, что у Монтойи есть шансы. Его появление в «Ф-1» выглядело многообещающе. «Уильямс» возлагал на колумбийца большие надежды и без сожаления избавился от перспективного Дженсона Баттона, чтобы освободить место. К тому времени Хуан-Пабло уже одержал победу в «500-х милях Индианаполиса», стал новичком года, выиграл чемпионский титул в CART и мог бы завоевать еще один, если бы не постоянные технические проблемы по ходу второго сезона.

«За все годы работы в автоспорте я никогда не видел такого гонщика. Монтойя оказался невероятно быстр на первых тестах на овале, но я был уверен, что с таким пилотированием он попадет в серьезную аварию. Имею в виду, что на овальных трассах просто нельзя ездить боком. Я пытался замедлить его, но ничего не получилось, и в конце концов просто перестал беспокоиться. Я начал понимать, насколько он действительно хорош, и был уверен, что однажды  станет чемпионом мира», – рассказывает известный американский инженер Моррис Нанн, работавший с Монтоей в «Гэнасси».

Хорошо помню этап CART в Элкарт-Лейке в дебютном сезоне Монтойи. В финальной части трассы есть сложный и знаковый поворот, который называется «Излом». Пройти его на полном газу крайне непросто. Все действовали осторожно, и только Монтойя каждый раз проезжал там, едва сбавляя обороты двигателя.

После дебюта в «Формуле-1» в 2001 году Монтойя не изменил свой подход. Конечно, все мы помним обгон Михаэля Шумахера в первом повороте на «Интерлагосе», ставший визитной карточкой колумбийца. Все шло к победе, но помешал круговой Йос Ферстаппен. Монтойя стал новичком сезона, совершил много великолепных обгонов, демонстрировал потрясающий темп и выиграл гонку в Монце, еще несколько побед он упустил из-за технических проблем. Все это с лихвой компенсировало некоторые передряги, большинство из которых произошли в начале года. Можно без преувеличения сказать, что многие увидели в Монтойе гонщика, способного свергнуть Шумахера с вершины. Вряд ли можно было представить, что всего через 4,5 года, в середине сезона-2006, карьера Хуана-Пабло в «Ф-1» завершится и об этом не будет жалеть ни он сам, ни представители спорта.

В конце концов по различным причинам «Формула-1» быстро надоела Монтойе. В первую очередь, в то время «Ф-1» с трудом могла подойти такому гонщику, как он. Достаточно взглянуть на статистику – если в 1980 году в сухой гонке было в среднем 30-40 обгонов, то в 2005-м – менее 10.

«В «Формуле-1» невозможно обгонять. Это больше не гонки», – заявил Монтойя перед уходом из чемпионата. – «В машине NASCAR нет ничего особенного, но гонки всегда получаются интересными, потому что постоянно приходится бороться и обгонять».

Большое количество политики также не пришлось по душе спортсмену.

«Что меня больше всего утомляло в «Формуле-1» – это политика. Политика есть в любом виде спорта, но в «Ф-1» она присутствует в командах, а это не то, что мне хочется».

Да и просто Монтойе стало скучно, особенно в сезоне-2006, когда машина «Макларена» была неконкурентоспособной.

«Мне было скучно за рулем… Борьба за пятое место не доставляет удовольствия. Но что я действительно возненавидел, так это переход с двигателей V10 на V8 – болид стал похож на машины «Ф-3000» и «Ф-3». Мы потеряли 200 л.с. при том, что шины, шасси и аэродинамика не изменились!»

В глобальном смысле Монтойе не повезло оказаться в «Формуле-1» в период доминирования Михаэля Шумахера и «Феррари». Все было в пользу этого тандема – поддержка «Бриджстоуна», тесные связи с ФИА и Берни Экклстоуном. Хуан очень быстро это осознал и задался вопросом: сопротивление какого количество людей нужно преодолеть, что выиграть?

Некоторые участники сознательно предпринимали попытки выдавить колумбийца. Он всегда был вспыльчивым гонщиком и не стеснялся говорить, что думает

Пожалуй, самый вопиющий пример произошел в Малайзии в 2002 году. После старта Хуан-Пабло пытался по внешней траектории в первом повороте обогнать Шумахера. Михаэль не стал уступать и в результате сломал переднее антикрыло. Несколько кругов спустя все были поражены, когда стюарды расследовали «инцидент с машиной №6 (Монтойя)» и наказали колумбийца проездом по пит-лейн. Вероятно, это было самое смешное решение стюардов в «Формуле-1», которое я когда-либо видел. Это стало квинтэссенцией эпохи, когда по отношению к Шумахеру применялись менее жесткие меры, чем ко всем остальным. Стюарды даже не стали называть произошедшее «инцидентом между машиной №1 и машиной №6». Позже Монтойя рассказал, что один из тех стюардов при каждом обвинении пилота настаивал на штрафе. Неудивительно, что после ухода из «Ф-1» Монтойя сказал, что мог остаться только при наличии возможности перейти в «Феррари».

Но проблема была не только в разочаровании. «Формула-1» не стремилась сохранить Монтойю. На самом деле меня поражало, что некоторые участники сознательно предпринимали попытки выдавить колумбийца. Он всегда был вспыльчивым гонщиком и не стеснялся говорить, что думает.

Первые анти-настроения появились в 2002 году после столкновения с Дэвидом Култхардом на «Нюрбургринге». Впоследствии Култхард сказал, что Монтойя переигрывает, должен успокоиться,и вообще он не удивлен, что колумбиец не выиграл больше гонок.

В течение времени недовольств становилось все больше, и следующем году после победы Монтойи в Монако ветеран британской гоночной журналистики Найджел Робак написал: «Честно говоря, я был немного озадачен критикой в адрес Монтойя (в том числе и внутри команды)». Спустя несколько этапов на «Нюрбургринге» произошел инцидент, когда Шумахера развернуло при борьбе с Монтойей. Тогда даже немецкий гонщик не стал винить его, однако технический директор «Феррари» Росс Браун остался крайне недоволен.

«Это был очень грубый обгон, что, впрочем, свойственно Монтойе. В этом отношении он не является классным гонщиком», – сказал Браун.

Монтойя и Шумахер практически никогда не разговаривали с глазу на глаз, об этом сам Хуан-Пабло рассказал несколько лет назад. Он был одним из немногих, кто без почтения относился к достижениям Шуми:

«Все с уважением относились к нему, я – нет».

Колумбиец видел в Шумахере главное препятствие к успеху, учитывая преимущество, о котором уже упоминалось. Михаэль, в свою очередь, часто относился к Монтойе довольно ехидно. Можно вспомнить Гран-при Монако в 2004 году, когда, следуя за машиной безопасности, он решил прогреть тормоза за счет ускорения и резкого торможения в туннеле. Монтойя, следовавший позади с отставанием в один круг, не успел отреагировать и произошло столкновение. Михаэль обвинил в произошедшем Хуана-Пабло. В то время слова Шумахера имели большой вес, учитывая насколько видной фигурой в спорте он являлся. Для Хуана это было особенно плохой новостью, потому что в случае ответа он рисковал оказаться в роли сварливого изгоя.

Шумахер задал высокую планку – гонщик должен был профессионалом высокого уровня, находиться в отличной физической форме, создавать PR-эффект, быть полностью посвященным победам в гонках и чемпионате. Некоторые считали, что это единственный способ добиться успеха. Артистичный, эмоциональный, немного приземленный по стандартам «Формулы-1» Монтойя не вписывался в данный образ.

Некоторые, как Жан Алези, называли его быстрым, но диким и слишком нестабильным, чтобы добиться успеха. Но Монтойя был более стабилен, чем говорили, и доказал, что при наличии правильных инструментов способен добиться успеха.

Свой лучший сезон в «Формуле-1» Монтойя провел в 2003 году. Тогда он уступил всего 12 очков чемпиону миру (в том сезоне он восемь раз подряд поднялся на подиум, это к слову о нестабильности). Чемпионский титул был в пределах досягаемости. Дважды Хуана подводил двигатель – было потеряно 20 очков. В Малайзии не удалось набрать очки после потери переднего антикрыла в первом повороте. В США очки были потеряны из-за сомнительного штрафа после столкновения с Рубенсом Баррикелло. Да и вообще до шестого этапа в Австрии машине «Уильямса» не хватало скорости. После Гран-при Венгрии последовал скандал с шинами «Мишлен».

Началом конца стал переход в «Макларен». Казалось, это идеальный вариант после разногласий с «Уильямсом», которые возникли по ходу гонки во Франции в 2003 года. Рон Деннис выбрал очень удачный момент и подписал контракт на сезон-2005. Рон с оптимизмом отзывался о предстоящем сотрудничестве с латиноамериканцем, за годы выступлений Айртона Сенны в команде он получил хороший опыт работы.

В «Макларене» Хуан-Пабло постоянно чувствовал, что находится в ином положении по сравнению с Кими Райкконеном

Все выглядело перспективно, но достаточно быстро ситуация изменилась. Травма плеча после двух гонок в новой команде привела к тому, что Монтойя был вынужден пропустить два следующих Гран-при, это оказало влияние на весь сезон и стало точкой невозврата.

Хуан-Пабло постоянно чувствовал, что находится в ином положении по сравнению с напарником Кими Райкконеном, и, даже несмотря на три победы в 2005 году, его усилия никогда не были по-настоящему оценены. Как и Фернандо Алонсо затем, Хуан-Пабло иногда считал неуместным вмешательство Рона Денниса.

Тем не менее финальная часть сезона-2005 прошла хорошо – Монтойя адаптировался к машине и иногда даже опережал Райкконена. Но в 2006 году все развалилось. Новый болид не подходил стилю пилотирования, что привело к череде разворотов и аварий. В Индианаполисе – по иронии, арене недавнего успеха – карьера Хуана в «Ф-1» закончилась. В результате массового завала на старте сошли обе машины «Макларена». Многие обвиняют Монтойю в том, что он сам спровоцировал такой исход. Еще до того как машины были восстановлены после аварии в Индианаполисе инсайдер «Макларена» сообщил: «Монтойя уходит, на следующем этапе во Франции его заменит Педро де ла Роса». Вскоре Хуан-Пабло, не дожидаясь увольнения, сообщил о подписании контракта с Чипом Гэнасси и переходе в NASCAR.

Многие из современников Монтойи, вероятно, более благонадежные, но менее талантливые – Ник Хайдфельд, Дэвид Култхард, Джанкарло Физикелла – продолжали карьеру еще несколько сезонов, а он в 30 лет оказался за дверью. Я знаю многих, кто хотел бы видеть его и дальше в чемпионате. Но кажется, после поколения Ронни Петерсона, Жиля Вильнева и Кеке Росберга «Ф-1» разучилась любить дух свободы, и это вызывает большое сожаление.

Фото: REUTERS/Mark J. Rebilas/USA Today Sports; Gettyimages.ru/Andreas Rentz/Bongart (2,3)

Источник: grandprixtimes.com

Автор Иван Беликов