«Бегаю в майке сборной с 55-м номером». Дочь Юрия Курненина вспоминает отца
Кристина Курненина душевно рассказала Игорю Петрулевича о коте Юрасике, веселых историях Пудышева и поддержке дяди Жоры Кондратьева.
Кристина Курненина душевно рассказала Игорю Петрулевичу о коте Юрасике, веселых историях Пудышева и поддержке дяди Жоры Кондратьева.
30 июля 2009 на 56-м году жизни умер выдающийся белорусский футболист Юрий Курненин. Но его не забывают. Ежегодно проходит юношеский турнир памяти защитника. «Приятно , что помнят», – несколько раз до, во время и после интервью повторяет дочь Курненина. Кристина встретилась с корреспондентом Tribuna.com, чтобы рассказать о своем отце.
– Ты вообще футбольный человек?
– Еще в детстве я пошла в спорт. В 6 лет мама отдала меня на танцы. Благодаря им и маминой настойчивости я хорошо развилась физически. Так всю жизнь и танцую. Закончила школу – долго думала, куда поступить. Сначала хотела пойти в БГУ на факультет международных отношений, но потом передумала. Всегда знала, что спорт – это мое любимое занятие. Подала документы в БГУФК на менеджера по туризму. Во время учебы в университете тоже бесконечно танцевала.
Сейчас работаю тренером в фитнесс-клубе – преподаю силовые направления. Уже полгода. Хотя еще недавно не знала, чем хочу заниматься. Но сейчас меня так затянуло. И мой старший тренер говорит, что в преподавании мне передались все папины качества. Дело в том, что я очень заботливо отношусь к каждому человеку. Я же беру за них ответственность. И мне нравится чувствовать эту заботу. Этим отличался и папа. Все-таки гены пальцем не заткнешь :). Хотя он мне не выдавал свои тренерские секреты. Вообще, в детстве я очень была похожа на папу, но с возрастом проявились и мамины черты. Например, глаза точно взяла от мамы. А по характеру я больше в папу.
– На спорте настаивал отец?
– Да я сама была очень активной. Правда, хотела именно в танцы, а не в командный вид спорта. Хотя когда стала постарше, высказывала мысль: «А может мне пойти в женский футбол?» Папа не советовал :). Так я начала танцевать, каталась по гастролям – классное было время.
– Когда поняла, что твой папа – кумир футбольных болельщиков?
– Где-то в 10 лет. Когда на танцы приходила, родители других сверстников говорили, мол, вот мы вашего папу видели по телевизору. Да и преподаватели в школе часто говорили, что в 80-е годы активно болели за папу, за «Динамо». Тогда я и начала понимать значимость его достижений. И когда в университет поступила, то на фамилии Курненин многие делали паузу и спрашивали, связана ли я как-то с футболом. Кстати, почему-то многие думали, что я внучка, а не дочь. Наверное, из-за того, что я поздний ребенок – все-таки я появилась у родителей только в 36 лет.
– Кто чаще других рассказывал о достижениях минского «Динамо»?
– Да все. Даже учителя физкультуры в красках описывали, как они ходили болеть на стадион. Правда, многие еще делали акцент на том, что раньше арены были забиты до отказа. И приводили в пример те славные годы. И добавляли, что сейчас им стало совсем неинтересно... Как-то даже обидно за это.
– А сам Юрий Анатольевич делился успехами?
– Нет-нет, он был очень скромным.
– Хоть знаешь о матче с «Кайратом»?
– Когда папа сделал хет-трик... Я вот точно не помню, кто мне об этом рассказал. Но в детстве все эти факты были на слуху. Повторюсь: вокруг всегда рассказывали о достижениях папы.
***
– В воспоминаниях Сергея Алейникова в книге «И жизнь, и слезы, и футбол...» есть описания, как Курненин заводился на поле. Был злым. А как вел себя дома?
– Мне кажется, просто папа всегда хотел добиваться положительного результата – из-за этого и активничал на поле. Злился ли? Ой, нет. Дома не злился. Я вообще была его любимицей. Если мама иногда вела себя строго, то папа всегда все разрешал. Папина дочка :).
– Правда, что Юрий Анатольевич очень тяжело переживал поражения?
– О, да... Он жил футболом. Его команды – это вторая семья. Каждый проигрыш – сильнейшее разочарование для него. Это очень страшно, если честно. Он отдавал себя полностью игре... Любое отклонение – это сразу тяжелое переживание. И что еще плохо – он все держал в себе. Никогда не хотел делиться с нами.
– Как проходил вечер после игры?
– Все было как обычно. Не было никаких разговоров о футболе. Мы с мамой пытались что-то спросить, но папа продолжал упорно держать все в себе.
– Это и сказалось на здоровье?
– Наверное, да... Когда «молодежка» проиграла на чемпионате Европы, он прилетел очень подавленный . Мы все вместе должны были лететь отдыхать. Но папа решил остаться дома. И вот тогда эта трагедия и случилась...
– Юрий Анатольевич действительно был столь восприимчив?
– Да, очень. В газетах говорили много плохих слов о нем. Тем более писали неправду. Я толком уже не помню, в чем его обвиняли. Но поняла, что в СМИ просто наговаривали. А папа каждый день читал эти газеты. Критику накапливал в себе. Папа всегда был за честность, даже если она ему вредила. В нашем мире иногда эта черта характера сильно мешает.
***
– Каждый год проходит турнир памяти Юрия Курненина. Насколько это важно для вашей семьи и как вы в нем задействованы?
– Нас каждый год приглашают. Мы вручаем медали победителям. Признаться, это очень приятно. Если честно, мы с мамой думали, что турнир пройдет однажды. Но после федерация объявила, что мероприятие станет ежегодным. Поверьте: очень приятно. Тем более малышам, которые принимают участие в матчах, тренеры ставят в пример папу. И вот Эдуард Малофеев в напутственной речи рассказывает, каким папа был замечательным футболистом.
Это очень хорошее время. На турнир приходит вся команда «Динамо-82». Пудышев, Кондратьев и Байдачный всегда были. Очень хорошие люди. Кондратьев – мой крестный папа. Кстати, он очень похож на отца. Тоже часто уходит в себя. Много думает... Дядя Жора по-прежнему продолжает ходить в гости. Очень хороший человек. Часто предлагает билеты на футбол. Правда, жаль, что сейчас все классные матчи проходят в Борисове. Мне трудно туда доехать.
Когда папа брал меня на тренировки, со мной часто веселился Пудышев. Да и сейчас продолжает поддерживать. Любит поднять настроение анекдотами или жизненными веселыми историями, которые происходили раньше.
Вот его любимый рассказ. Сидят он и мой папа в зале ожидания в каком-то аэропорту. А тут какой-то грузин-уборщик метет возле них. Папа просит перестать. Один раз, второй. Потом не выдержал и сломал метлу о колено. Как-то не похоже на папу, но дядя Юра каждый раз ее повторяет. Я уже и поверила.
Вспомнила еще одну историю. Кондратьев, Пудышев и мой папа бегут на троллейбус. Не успевают. Папа кричит, чтобы подождали. Он хотел еще лотерейный билетик купить по дороге. Успел вроде. Заходит в троллейбус, стирает в нужном месте на билете – выигрывает машину «Жигули». Мне многие говорили, что папа был удачливым человеком. Мама подтверждает это.
«Свой тайм на земле отыграли…» Чемпионы СССР-82 продолжают терять своих друзей
Мама, кстати, тоже рассказывает интересные истории из детства. Когда мы уехали в Сирию, где папа тренировал, мне было всего лишь три годика. Я вообще ничего не помню. Когда мы ходили на местный рынок, из-за моей экзотической внешности (я была единственная беленькая девочка среди всех темнокожих) продавцы всегда меня дергали за щечки и угощали фруктами.
– Кто еще вас поддерживает?
– Бывшие игроки, которые тренировались с папой, иногда звонят. Некоторые не только морально помогают, но и материально. Но самое главное, что не забывают и продолжают помнить. И тот же турнир хорош тем, что я и мама не уходим из футбольного мира. Курненин остается в спорте. Да и маленькие игроки смотрят на нас с таким большим уважением!
***
– Как твой отец относился к тренерству?
– Мне кажется, он нашел себя после карьеры игрока. Все футболисты постоянно восхищались им. Рассказывают, что он всегда находил правильные слова, перед матчем поддерживал. Мне кажется, это было его истинное умение. И даже если кричал, то всегда по делу. Не было бессмысленной ругани, а только трезвая оценка. Папа переживал за каждого игрока как за себя. Это тоже сказывалось на его здоровье. Но при этом очень показательно – на церемонию прощания на стадионе «Динамо» пришла вся его молодежная сборная.
– Ты знакома с игроками той команды?
– Ну, в детстве я иногда приезжала на базу вместе с папой. Знала Сергея Кисляка и Сергея Гигевича. Здоровалась с ними. Меня воспринимали как дочку тренера. Они вот бегали по лесу, а я рядом с мячом игралась. Лично я мало с кем общалась.
– Как футболисты отреагировали на смерть любимого тренера?
– Все были очень разочарованы. Люди пребывали в настоящем шоке... Никто не мог принять это. Когда была церемония прощания на «Динамо», многие не сдерживали слез... Их можно понять. Для них тренер – это второй отец.
– Неужели папа не рассказывал о своих делах даже в телефонных звонках с турниров?
– Ну, он звонил. Но во время разговоров никогда не показывал истинных эмоций. У него всегда все было хорошо, но было понятно, что переживает. Он только спрашивал, какие подарки привезти. Меня и маму всегда чем-то радовал с поездки.
– Вы вообще говорили о футболе?
– О его работе дома мы никогда не болтали. Только могли поговорить о мировом футболе. Мне всегда было интересно. С удовольствием смотрела с папой футбол. Он объяснял правила, уточнял, в какой команде и на какой позиции выступает интересующий меня игрок. Кстати, разобралась, что такое офсайд. Хотя в детстве мне казалось, что правильно говорить «апсайд» и сильно спорила с папой, когда он меня поправлял. Просто как-то услышала по телевизору «апсайд»...
– А матчи команд под руководством отца смотрели?
– Конечно. В Минске всегда ходила на стадион. Выездные – смотрела по телевизору. Помню, когда наша молодежная сборная проиграла 1:5 Швеции... Не могла усидеть. Уходила в другую комнату. Мама вообще не смотрела. Она всегда сидела далеко от телевизора. Мама у меня тоже очень эмоциональная. Переживает за каждого игрока.
– Как родители познакомились?
– Там такая история была. «Динамо» что-то выиграло. Все пошли отмечать это дело в ресторан. Одна подруга футболиста пригласила мою маму за компанию. Там она и познакомилась с папой. Но точно не вспомню, кто их свел.
– Что в вашей квартире напоминает о великом футболисте и тренере?
– Мы часто пересматриваем памятные фотографии. Папины медали и кубки напоминают об успехах. Еще на турнире памяти каждый год нам дарят новый кубок. Мы их ставим в определенное место на столе. Рядом с ними лежат вымпелы. Что интересно: самый младший наш кот любит спать на одном из них. Есть у нас еще два кота. Один из них – Юрасик – папин любимец. Юрасик любил мячик гонять, когда мы с папой смотрели футбол.
Остались и папины вещи... Дома хожу в папиных байках. Мне нравится такая красная, которая у него в сборной была. Есть еще майка сборной Беларуси с 55-м номером и фамилией Курненин. Надеваю ее на тренировки и пробежки.
Фото: из личного архива Кристины Курнениной
