Свободное падение. Чем опасен фристайл

Во второй записи блога «Freestyler» фристайлист Дмитрий Дащинский повествует о последних китайских соревнованиях. Радуется медали Антона Кушнира. Вспоминает свои самые жесткие падения и травмы. Объясняет, как спортсмены контролируют полет. А также рассказывает о состоянии Дмитрия Рака. Всем привет! Уже прошли первые этапы Кубка мира — пробы пера. Для меня соревнования в Бейда Лэйк оказались не очень приятными. Во время квалификации не справился с приземлением и коснулся рукой склона. Естественно, пошла сбавка, и о финале можно было забыть. В итоге занял только 17-е место. Тяжеловато было, честно говоря. Наверное, сказалась акклиматизация. Пока не припрыгался. Например, в квалификации я надеялся на стабильность и заявил «три с тремя». Да и склон приземления был не очень под меня — слишком пологий. Я люблю приземляться на крутую поверхность. Вообще, организация в Китае удивила. Обычно здесь соревнования проводятся на высочайшем уровне — склон готовят идеально. В этот же раз все сделали не лучшим образом — кривенько-косенько. Китайцы всегда делали из трамплинов настоящие глыбы — с размахом, как они любят. И все выглажено до чистоты. Сейчас разгон каким-то кривым был. Пошел снег — никто не удосужился почистить. Персонала подготовили очень мало. И шеф склона поменялся. Раньше был крутой мужчина — за всем следил, быстро раздавал строгие команды волонтерам. Сейчас же человек практически ни за чем не следил — персонал на расслабоне работал. Возможно, просто не знает всех нюансов. *** Отлично вкатился в сезон Антон Кушнир — занял второе место, уступив только местному спортсмену. Правда, успех товарища по команде так и не успели отметить. Работаем по очень сложному графику — подъем в пять утра. После соревнований чуть живые завалились спать. Кушнир очень рад, ведь давно у него не было таких успехов. Еще один респект Антону — свои финальные прыжки он впервые попробовал на разминке перед соревнованиями. Но функционально у парня еще есть проблемки — колено периодически беспокоит. На сборе в Финляндии Кушнир пару раз прерывал тренировки из-за своего повреждения. Но, как видите, на соревнованиях справился. Главное — желание. *** В первой записи своего блога я рассказывал о тактической и технической стороне прыжков в фристайле. На этот раз напишу о самом неприятном, что может быть в спорте, — травмах. Практически каждый фристайлист проходит через повреждение коленей. Такова специфика нашего вида — на ноги приходится огромнейшая нагрузка, и нередко колени просто-напросто не выдерживают. Травмы связок, мениски — это все очень «популярно». Наверное, единицы избежали подобных повреждений. В том числе и я. Небольшая травма колена была, но это произошло еще в детстве — году в 1994-м. Прыгал двойное сальто и скрутился при приземлении. Повредил мениск, но несерьезно. Всего пару недель в гипсе проходил. Быстро вернулся. Наверное, возраст повлиял. Все-таки чем старше становишься, тем ощутимее любая болячка. Почти вся наша команда мучилась с коленями. Тот же Антон Кушнир. У Аллы Цупер оба колена «вылетали». Даже молодежь успела травмироваться — Аня Гуськова недавно перешла на взрослый уровень, а уже имеет подобные проблемы. Сейчас объясню, почему колени — такое травмоопасное место. Часто винты «продолжаются» на земле. То есть ты открутил свою воздушную программу в воздухе, вроде ровно приземлился на ноги, но тебя продолжает крутить. Вот колени и выстреливают. Еще один момент — приземление на спину. Ноги у тебя зафиксированы в ботинке и голень держится прямо. Тело же резко отклоняется назад. Естественно, коленям в такие моменты тяжело. *** В основном, все травмы спортсмены получают при приземлении. В полете что-то «вывихнуть-растянуть» невозможно — ты просто паришь в нескольких метрах над землей и не испытываешь никакой физической нагрузки. Но иногда происходят исключительные и неординарные случаи. Например, на замерах скорости. Это сейчас их проводят сбоку от трамплина. Но раньше замер скорости производился прямо на разгоне, а тормозили фристайлисты в боковой плоскости на трамплине. Иногда происходили неприятные моменты. Был случай с американцем: разогнался, замерился, но зацепился лыжей и врезался плечом в трамплин на торможении. Все — перелом ключицы. Бывали случаи, когда люди цеплялись лыжей, выкручивали непонятную штуку и приземлялись на верх более маленького соседнего трамплина или вообще плюхались между двумя трамплинами. Такие эпизоды тоже грозят травмами. Но это редко происходит. *** В воздухе ты сосредоточен на том, что нужно приземлиться на ноги. Бывают случаи, когда ты набираешь слишком высокую скорость и во время полета тебя тянет на еще одно лишнее сальто. Опытный спортсмен понимает, когда у него идет перекрутка. Уже в воздухе ты способен почувствовать, что падения не избежать. Зачастую во время соревнований можно увидеть такую вещь: спортсмен вытягивается в струнку и поднимает вверх руки. Это все неспроста — таким образом фристайлисты останавливают вращение и замедляют скорость. Хотя идеально, когда руки располагаются во время полета под углом 90 градусов относительно тела — ровно по сторонам. А бывает обратная ситуация — скорости не хватает. Тогда приходится поджимать колени, чтобы придать телу дополнительное ускорение. Если же скорости в конечном итоге не хватает, то падение происходит не на спину, а вперед. И тогда уже либо кувыркаешься, либо на животе съезжаешь вниз. В любом случае, в воздухе ты контролируешь ситуацию. Если же доходит до критического, фристайлист попытается исправить свое положение. Но не всегда это получится. *** У меня тоже хватало разного рода падений и травм. Самое жесткое приземление получилось на Кубке Европы в Раубичах в 1996-м. Тогда я только начинал прыгать тройное сальто. Был сильный мороз — склон жесткий. Прыжок я не докрутил — воткнулся носками, а лыжи не поехали. Соответственно, ноги остановились, а тело полетело вперед. Приземлился на живот, да так жестко, что на некоторый момент отключился — потерял сознание. Слава Богу, никаких последствий не было. Самая жесткая травма случилась в 2002-м — перед Играми в Солт-Лейк-Сити. Приземлился вроде на ноги, но немножко присел на склон. После этого меня стало разворачивать. В итоге упал плечом. И ведь не скажешь, что падение было тяжелое — с виду обычное. Но попал в критическую точку и сломал ключицу. Боли сразу даже не почувствовал — щелчок только резкий. Когда скатился вниз и встал, понял, что рука работает как-то необычно. На Олимпиаде пришлось выступать с пластинами в плече. Каждое приземление отдавало в ключицу — будто кто-то лупит сзади. Секунд 10-15 болит и только потом проходит. Обезболивающие не помогали. Мыслей не выступать у меня в голове вообще не было, но и насильно на склон меня никто не тянул. Успокоил канадский тренер австралийской команды, которая с нами в Уистлере работала. Он сказал, что на заре фристайла какой-то француз выступал после перелома с пластинами. Это успокоило. В итоге я занял в Солт-Лейк-Сити 7-е место. Хотя изначально, конечно, рассчитывал на большее — в хорошей форме подходил к соревнованиям. Вторая по серьезности травма произошла в сезоне-2010/11 — порвал ахилл в Китае. Опять же — одна лыжа воткнулась в снег, а вторая поехала. Когда рвешь ахилл, боль не резкая. Тебя будто ударили чем-то тяжелым по пятке — бах! Скатился вниз и только тогда понял — нога не моя, не слушается совсем. Боль была секунд 20, а потом нога просто повисла и не выполняла свою функцию. *** Склоны в Кубке мира отличаются. Не могу сказать, что какой-то один неудобнее, чем остальные. Все зависит от нескольких факторов — погода влияет на многое, подготовка самого трамплина. Но я бы хотел отметить сложность олимпийского склона в Дир-Вэлли — там соревновались фристайлисты во время Игр в Солт-Лейк Сити. По техническим параметрам там все идеально. Но возникает другой момент. Разминка начинается, когда светит солнце. Во время же соревнований становится темно и холодает градусов на 5-7. Естественно, и скорость меняется. Постоянно нужно корректироваться и следить за разгоном. Потеряешь концентрацию — и улетишь по протоколу далеко-далеко вниз. *** Для Дмитрия Рака роковым стал трамплин в китайском Цзилине. Никто не понимал, что с Димой произошло — все в шоке были. Суета, скорая, у Димы судороги… Никто ничего толком по-английски объяснить не может — с китайцами тяжело в этом плане. За всей ситуацией я наблюдал из домика на старте. Дима прыгнул, скатился вниз. Затем поднялся по канатке, подъехал к Николаю Ивановичу Козеке. Что-то сказал, обмяк и начал падать. Очень быстро все произошло. Серьезность ситуации поняли, когда Диму перевезли в Минск. Это просто ужас. Мы его в больнице не сразу узнали — потерянный взгляд и сплошные кости, покрытые кожей. В межсезонье заезжаем к товарищу по возможности в гости. Тяжело Диме сейчас. Главная проблема — короткая память. Хотя нас и родных он узнает прекрасно. Очень трудно Дима запоминает то, что происходит в данный момент. Кстати, свой китайский прыжок он помнит. Но не может освежить в памяти то, что происходило дальше. Тело же у него практически восстановилось — лишь одна рука и нога похуже работают. Так бывает после инсультов и кровоизлияний. Страшно, конечно. Каждый день для Димы начинается заново. Ему тяжело от этого психологически — часто сидит, погрузившись в себя. *** Фристайл — далеко не безопасный вид спорта. Хотя тяжелые травмы случаются везде — и в футболе, и в хоккее, и в обычной жизни. Мячом или шайбой убить могут, с велосипеда падают и погибают. Никто не застрахован от неудач, хотя, конечно, хотелось бы, чтобы их было поменьше.

«На сборе в Финляндии Кушнир пару раз прерывал тренировки из-за своего повреждения. Но, как видите, на соревнованиях справился».

«В основном, все травмы спортсмены получают при приземлении. В полете что-то «вывихнуть-растянуть» невозможно».

«Самое жесткое приземление получилось на Кубке Европы в Раубичах в 1996-м. Тогда я только начинал прыгать тройное сальто».

«В больнице Диму Рака не сразу узнали — потерянный взгляд и сплошные кости, покрытые кожей».