«В Караганде четыре раза резали барана на удачу. Было неприятно». Что за словак приехал в солигорский «Шахтер»
Полузащитник Юлиус Сзоке рассказывает о себе.
Юлиус Сзоке – о любви ко сну и негативных людях на аренах.
За зиму «Шахтер» расстался почти со всем легионерами, которые завоевывали «бронзу»-2017 (или теряли «золото» – как вам угодно). На месте только Томислав Киш, Иван Караджов Пири Сойри. При этом велика вероятность, что болгарин и финн в Солигорске не останутся. Караджов может перейти в «Пирин», а Сойри на просмотре в датском «Силькеборге».
От иностранцев «горняки» не отказываются и уже завезли новых варягов. Одним из них стал словак Юлиус Сзоке, перешедший из карагандинского «Шахтера», где отыграл два года. В интервью Андрею Масловскому полузащитник рассказал о родных горах, в которых он никогда не бывал, о сонном марафоне в Казахстане и девизе, который подсмотрел у Мартина Лютера Кинга.
***
Футболисты «Шахтера» весело проводят игровую тренировку. Соскучившись за зиму по мячу, они энергично двигаются по полю под громкие выкрики Марека Зуба, оставшегося рулить «горняками».
Больше других выделяется словак Юлиус Сзоке. Полузащитник здорово действует в отборе и начинает атаки хорошей проникающей передачей. Зуб реагирует на действия словака возгласом: «Отлично!» Юлиус выглядит довольным собой. Длинные развивающиеся на ветру волосы делают его похожим на аргентинца Эрнана Креспо.
– Креспо? Я похож на него только из-за прически :), – улыбается Юлиус. Словак извиняется за небольшой бардак в комнате, плюхается на кровать и начинает рассказывать о себе. – Хотя и дома, и в Казахстане говорили, что я больше похож на Давида Луиза. Бразилец мне гораздо ближе, чем аргентинец. Мне нравится, как Луиз действует в центре обороны, в опорной зоне. Это мой идол.
Такие длинные и кучерявые волосы были у меня всегда. Это от природы. Я их не накручиваю. Как-то в подростковом возрасте хотел сделать короткую стрижку, но вовремя опомнился. Понял, что с длинными волосами буду выделяться. С короткой стрижкой себя не представляю. Да ее и не будет никогда.
– Даже если тренер скажет, что нужно постричься?
– Да, в таком случае будет небольшой конфликт :).
– В Фэйсбуке у тебя есть и второе имя – Вальдерама.
– Маленьким меня так называли папа, друзья и тренеры. Все из-за прически, как у легендарного колумбийца Карлоса Вальдерамы. Сейчас иногда в шутку тоже называют. Если в кафе услышу «Вальдерама», обернусь.
– Ты как-то говорил, что твоими кумирами были Алессандро Дель Пьеро и Сеск Фабрегас. А из словаков кто больше всего нравился?
– Юрай Куцка. Тот самый, который поиграл в «Дженоа» и «Милане», а сейчас выступает в «Трабзонспоре». Он, как и я, выпускник академии «Подбрезова». Когда я только попал туда, говорили, что из меня может вырасти новый Куцка.
– Думал, ты Марека Гамшика назовешь.
– Все Гамшика любят. Мне же нравится Куцка.
– Ты с ним общался?
– Нет. Он большая звезда. А вот с еще одним большим футболистом – Вратиславом Грешко, выступавшим за «Интер», «Парму» и «Байер», – общался. Мы даже играли вместе. Он вернулся в «Подбрезову» заканчивать, а я как раз начинал. Хороший футболист.
– Ты родился в небольшом словацком городке Гнуштя. Что это за место?
– Маленький спокойный городок недалеко от Венгрии, в котором живет всего семь с половиной тысяч человек. Раньше считался рабочим, но сейчас, когда заводы закрыты, Гнуштя потихонечку преображается. Когда-то в городе был завод по добыче какой-то руды, были даже шахты, но сейчас ничего этого нет. Ну и работы тоже нет. Люди уезжают зарабатывать в крупные города страны – Братиславу, Тренчин, Нитру. Но наша семья в большие города ездит нечасто.
– Почему?
– Очень далеко. Братиславу я впервые посетил, когда мне было 14. Ну как посетил… С командой академии «Подбрезова» приехал на игру против «Слована». Сам понимаешь, города не видел. Если честно, по-настоящему, чтобы побродить по улицам, посмотреть музеи, посидеть в кафе, в Братиславе я до сих пор не был. И не очень тянет.
– Рядом с твоим городом есть горы.
– Да. Места красивые. Для Словакии такие пейзажи, когда города окружены горами, – это нормально. Вся страна такая. Возле Гнушти горы не самые высокие – 800-900 метров, может быть, километр.
– Совершал восхождения?
– Нет. Я ленивый.
– И даже в детстве в горы не забирался?
– В детстве я только и делал, что занимался футболом, ел и спал. Меня никогда не тянуло наверх и мне никогда не хотелось взглянуть на город с высоты. Даже не знаю почему.
После школы встречался с друзьями и на несколько часов зависал на поле. Каждый день. Никто из нас не думал ни о чем кроме футбола. Играли и тренировались на небольшом городском стадионе. В Гнуште даже своя команда есть. Правда, играет где-то в пятой лиге. Люди собираются и бегают в свое удовольствие. На трибуны приходят старики, дети и домашние.
– Футбол – единственный популярный вид спорта в Гнуште?
– Одно время очень популярен был волейбол. Городская команда даже выступала в высшей лиге чемпионата Словакии. Кстати, моя мама была волейболисткой. Сперва выступала дома, а потом уехала играть в Венгрию. Но из-за того, что народ уезжал из города, количество занимающихся сокращалось. В итоге не стало детей, чтобы заниматься, и волейбол загнулся.
Семья у меня спортивная. Папа – бывший футболист, играл в словацкой лиге за «Римавску Соботу» и «Дуклу» из Банско-Быстрицы. Но вскоре после моего рождения получил травму и с карьерой закончил.
Маленький Юлиус с командой отца (стоит второй справа)
– На каком уровне находится футбол в Словакии?
– Все крутые футболисты играют за рубежом. Из-за этого чемпионат очень молодой. В Словакии хорошие академии. Поэтому к чемпионату приковано большое внимание скаутов. Как только они замечают талантливого парня, который, по их мнению, может заиграть на хорошем уровне, его сразу забирают. Все футболисты к этому готовы и стремятся себя показать.
Есть три-четыре команды, у которых более-менее все хорошо с финансами. Остальные примерно равны. Зарплата около двух тысяч евро. Если у тебя жена и двое детей, то этого не всегда хватит на жизнь. Поэтому и уезжают люди из Словакии играть в футбол в другие страны.
– Две тысячи евро – это средняя зарплата футболиста в лиге?
– Нет. Средняя где-то полторы тысячи.
– Насколько это выше, чем зарабатывают обычные люди?
– Примерно в три раза. К примеру, рабочий на заводе получает 500 евро. Учитель – чуть больше.
– В комедии «Евротур» главные герои на два с небольшим доллара чувствовали себя в Братиславе королями.
– Это очень смешной момент. В Словакии нормально на это отреагировали. Хотя и не понимали, почему американцы так все показали. Да, в начале нулевых были определенные экономические проблемы, но не такие уж страшные. В нашей семье все было нормально. Папа работал учителем физкультуры в школе, а мама была главным экономистом города – работала в мэрии. В общем, от зарплаты к зарплате доживали спокойно. Иногда даже получалось что-то откладывать.
Словакии здорово помогла подняться Чехия. Это балканские страны после разделения воевали между собой, а мы с чехами настоящие братья. Живем спокойно и без проблем. Чехия экономически более развита. Она растет – мы вслед за ней. Без Чехии в Словакии не было бы так хорошо. Конечно, есть люди, которые не любят чехов и не считают наши народы братскими. Но таких очень и очень мало. Вообще же большинство словаков не любят венгров.
– А что с ними не так?
– Не знаю. Не любят – и все. В деревнях возле границы венгров даже больше, чем словаков. Из-за этого словаки говорят на каком-то особенном диалекте, который никто не может понять. У меня хоть и есть венгерские корни, я тоже ничего не понимаю.
– Известный сайт Transfermarkt.com утверждает, что у тебя имеется венгерское гражданство.
– Это неправда. Я тебе скажу, что словацкий флажок там появился только после того, как я переехал в Казахстан. Изначально был только венгерский. Но паспорт у меня словацкий и другого гражданства нет.
– А корни какие?
– Дедушка родился в Венгрии, прожил там 5 лет и вместе со своими родителями переехал в Словакию. Я в Венгрии вообще не был.
– Помнишь свою первую футбольную зарплату?
– В 16 лет в «Подбрезове» получил 400 евро. Средняя зарплата по стране тогда равнялась примерно 330 евро.
– На что потратил?
– Я уже тогда жил один. Поэтому на себя и потратил: платил за квартиру, готовил кушать.
– С какого возраста ты жил один?
– С 12 лет, как уехал в академию. Было тяжело, но я понимал, что хочу быть футболистом, и шел к цели. Хотя первое время было очень трудно. Даже плакал ночами – так хотелось домой. Старался ездить каждые выходные. Но как становился старше, дома появлялся реже. Сперва на две недели оставался, потом на три, а вскоре через месяц мама звонила: «Может, заедешь уже?»
– Как ты начал заниматься футболом?
– С мячом с трех лет. Папа был тренером и брал меня с собой на тренировки старших ребят. Ну и завертелось. Футбол всегда рассматривал, как возможность уехать играть за границу. У меня есть мечта: играть хорошо, заработать денег, вернуться в родной город, построить дом и тренировать детей. И я к ней стремлюсь.
– Кто-то еще из Гнушты стал большим футболистом?
– Если считать папу, нас двое :).
Вместе с отцом и друзьями
– Когда приезжаешь домой, чувствуешь себя звездой?
– Нет. Хотя на районе меня все знают. Когда играл в Казахстане, то по 11 месяцев не бывал дома. Приезжал – и новость разлеталась быстро: «Юлиус дома!» В магазин не выйти. Обступают и заваливают вопросами. Люди смотрели мои игры за «Шахтер». Серьезно! Даже ставки делали. Знали всех игроков и все про Караганду. Сейчас изучают Солигорск.
Дома у меня всегда много дел. Я стараюсь помогать людям. Дарю форму юным футболистам, например. Или прихожу к ним на тренировки, показываю финты, что-то рассказываю, а потом мы вместе идем на пиццу. Им весело, мне здорово – всем хорошо.
– Как ты оказался в Казахстане?
– Два года назад «Шахтер» тренировал словак Йозеф Вукушевич, с которым мы вместе работали в «Ружомбероке». Он позвонил и сказал, что хочет меня видеть, так как команде нужен шестой номер. Вукушевич хорошо знал меня и мои возможности. Я приехал на просмотр. Был немного травмирован – побаливало колено, – но вышел в товарищеском матче и даже забил, после чего подписал контракт. А уже через 10 дней дебютировал против «Астаны».
Дома было много разговоров о моем переходе. Родные, друзья, знакомые – все говорили примерно одно и то же: «Казахстан!? Куда ты идешь? Оставайся». Отпугивали. Но мне было интересно посмотреть другую страну и узнать другую культуру. И я удивился, что все в Казахстане нормально. Хотя слышал, что голландцам, которые играли в «Шахтере» до меня, не нравилась Караганда. Они говорили, что это старый город. Мне же было нормально. После Гнушти любой город отличный :).
Меня очень поразило отношение болельщиков. Уже после первой игры услышал с трибун: «Юлиус! Юлиус!» А на выходе из раздевалки подбежал парень с криком «Фото, фото!» Было очень приятно! Болельщицкая культура совсем не такая, как в Словакии. Фаны ждут игроков после матчей: просят фото, автограф. Ты постоянно слышишь: «Это наши игроки! Наши ребята!» По городу спокойно не пройдешь: «Юлиус, можно сфоткаться? Юлиус, подпиши карточку!» Я сперва удивлялся, а партнеры говорили, что это нормально. И я после игр всегда шел к болельщикам, а не в раздевалку. Благодарил за поддержку и разговаривал. И в городе никогда не отказывал в общении. И они это ценили.
В Словакии не так. На стадионах собираются или спокойные болельщики, или негативные люди. Народ приходит на стадион просто посмотреть футбол. И никто не ловит игроков, чтобы сделать фото.
– Что ты имеешь в виду, когда говоришь «негативные люди»?
– Это те, кто поливает грязью игроков и отзывается о них плохо во время матчей. Говорят, они зарабатывают больше, чем мы. Мы работаем на заводах сутками, а они работают несколько часов в день, да еще и играют плохо. И так далее.
– В Беларуси в целом похожая ситуация.
– Значит, ты меня понимаешь :).
– Делясь впечатлениями о Казахстане, ты вспомнил 27-часовую поездку на поезде. Почему именно это?
– Просто в Словакии нет таких расстояний. Чтобы проехать страну с Запада на Восток, хватит шести часов. А ближайший к Караганде город – Астана, и до нее 250 километров. А между городами ничего. Пустота. Степи и прямая дорога без поворотов. Глянешь в окно – степь. На полчаса отвлечешься и снова посмотришь – тот же самый вид. И так все 250 километров. Я потом прикалывался над нашими новичками.
– Сейчас поедем в Астану. Смотри в окно – ничего не будет.
– Как ничего?
– Ну, вот так.
Они смотрели и удивлялись.
Что касается той поездки на поезде, то команда выкупила целый купейный вагон. Рядом был вагон-ресторан. Никто не мешал – можно было спокойно спать. Я в принципе этим и занимался :).
Еще запомнился ритуал, когда режут барана. Был период, когда «Шахтеру» не удались несколько матчей подряд. Тогда перед тренировкой пришел какой-то шаман с бараном. Все – игроки, тренеры, работники клуба – стали в кружок, а он резанул животное по шее. Казахи помолились, а некоторые игроки даже обмакнули бутсы в кровь, также помазали штанги. И что самое интересное – сработало. Мы выиграли несколько матчей. Вообще за два года, что я был в Караганде, баранов резали шесть раз! Дважды на праздник, когда это обязательно. Остальные четыре раза – на удачу. Я ни разу не смотрел на это и всегда отворачивался. Убийство животных для меня неприемлемо и неприятно.
– Нашел одну твою цитату про Казахстан: «4 часа тренировки, остальные 20 сон».
– Так и было. Все свободное время я сплю. Ну, может, не сплю, но лежу на кровати. Для меня это важно. Я должен быть готов к тренировке.
Первые полгода в Караганде я особо никуда не ходил: не бродил по городу, не шатался по магазинам. Перемещался только между стадионом и базой. Я не люблю больших скоплений народа. Нашел неподалеку маленький ресторан и ходил кушать только туда. Работники меня запомнили, «выделили» персональный стол и знали, что я люблю кушать. Получился персональный ресторан :).
– Не устаешь лежать?
– Я привык. После обеда 2-3 часа всегда сплю, и в 10-11 вечера спокойно засыпаю.
– Твой девиз – «Ешь, молись, тренируйся». Что ты в это вкладываешь?
– Это слега перефразированные слова Мартина Лютера Кинга «Ешь, молись, работай». Просто моя работа – это тренировки. Вот и переделал. Я тебе уже говорил о своей мечте. Для этого нужно здорово играть. А для этого надо тренироваться и молиться. Я католик. И в каждом городе стараюсь посещать костелы. Но если их нет, молюсь дома перед сном или утром.
– Вижу на твоей тумбочке несколько книг. Что читаешь?
– Сейчас читаю историю «Лестера», но предпочитаю в основном биографии известных людей. Из последних прочитанных понравилась история жизни Арсена Венгера. Книга очень хорошо написана. Не только он рассказывает о себе, но также мнением о нем делятся игроки и другие тренеры. Очень понравилась одна мысль Венгера. Он считает, что футбол всегда справедлив. Что если сейчас футбольная жизнь у тебя что-то заберет, то потом это вернется. Я сразу вспомнил, как, будучи молодым, считал несправедливым то, что тренер выпустил на поле другого парня, а не меня. Сейчас я не такой.
– Ты очень хорошо говоришь по-русски. Выучил язык в Казахстане?
– Да. Хотя когда ехал, ни слова не знал. Но русский и словацкий в чем-то похожи. Поэтому достаточно легко освоил. Я очень хотел побыстрее заговорить. Здорово помогал тренер по физподготовке. Он тоже из Словакии и первое время переводил для меня, а уже через два месяца я свободно говорил.
– Казахский пытался освоить?
– Ой, не. Это очень сложно. Знаю всего три слова: салем (привет – Tribuna.com), рахмет (спасибо – Tribuna.com) и калайсын (как дела – Tribuna.com). Партнеры пытались меня учить чему-то еще, но я был не в состоянии это повторить.
– Как появился вариант с солигорским «Шахтером»?
– Первые разговоры появились в середине прошлого сезона, но окончательно договорились после окончания сезона.
– Твои первые впечатления от Беларуси?
– Я пока особо нигде не был. Минск очень понравился. Большой, красивый, европейский город. Попали с отцом как раз на праздники. Было очень классно. Солигорск? Я кроме базы и стадиона «Шахтер» пока нигде не был. В центр не выбирался. Ты же знаешь мой режим дня :).
Бездепозитный бонус за простую регистрацию сразу на счет Казахстан
Проверенные онлайн-казино с выводом денег Казахстан
Онлайн игры на деньги с выводом на карту Казахстан
