Почему молчат футболисты о ситуации в Беларуси и как на них это влияет. Первый игрок сборной говорит об актуальном
И за последствия интервью не опасается.
Мнение Ивана Маевского.
К сборной Беларуси по футболу у болельщиков традиционно не самое однозначное отношение, а в последнее время оно резко ушло в сторону негатива. Коллектив упустил реальный шанс пробиться на Евро, проиграв в плей-офф чемпионата Европы грузинам, а после скатал серую ничью с Литвой в Лиге наций. Даже победа на Казахстаном осталась почти незамеченной, потому что основная претензия значительной части аудитории сводится не к футболу, а к тому, что игроки никак не реагируют на происходящее в стране. Крайне странные выборы, жестокие разгоны протестующих и даже убийства безоружных людей – может показаться, будто футболистов в Беларуси все это мало трогает, словно они живут на отдельной планете, где ничего этого нет.
Почему молчат футболисты? Как обстановка в Беларуси влияет на них, если, конечно, влияет? Об этом с «Трибуной» согласился поговорить хавбек сборной Беларуси и «Астаны» Иван Маевский.
– В пятницу ты ездил на МРТ, так как в матче с Казахстаном получил повреждение. Что показал снимок?
– На МРТ посмотрели, но ни доктор сборной, ни в медцентре ничего не смогли определить. Потом я улетел в Казахстан, в субботу начал тренироваться с командой, и снова почувствовал дискомфорт в области ягодичной мышцы. Может, на снимок не попала та область, где как раз и случилось повреждение. Сделаю еще здесь МРТ, надеюсь, оно покажет, в чем дело.
– Как тебя встретили в «Астане» после победы белорусов над казахами?
– Поздравили :). У нас в клубе никакой зависти, ревности нет по этому поводу. Все нормально. Я же с некоторыми ребятами из клуба еще перед матчем сборных пересекся в Минске, на предыгровой тренировке, обменялись парой слов. С Михалом Билеком, который недавно руководил «Астаной», немного пообщался. Все в рабочем режиме.
– С каким настроением ты возвращался в Казахстан с учетом того, что октябрьские матчи сборная завершила победой, но начала очень неудачно – поражением от Грузии.
– Понятно, после победы над Казахстаном настроение было неплохое, но оно было бы намного лучше, если бы все-таки обыграли Грузию и продолжили борьбу за путевку на Евро. Но это футбол, значит, где-то недоработали, плохо подготовились. Можно много найти причин, но результат на табло, этот матч – уже история. Поэтому, как уже сказал, настроение не очень.
– Сборная не перегорела перед матчем с Грузией?
– Не думаю. Я вообще хочу сказать, что сборной Беларуси нужно научиться больше играть самой, а не от соперника. Та же сборная Грузии ничего необычного или сверхъестественного не показала, тем не менее, мы проиграли. А если бы мы изначально готовились играть первым номером, тогда, может, все сложилось бы по-другому. Реально, хочется, чтобы сборная играла смелее, напористее. К этому можно и нужно двигаться. И отталкиваться только от своей игры, независимо от соперника. Тем более, например, сейчас нам противостоят команды, сопоставимые по классу. С ними мы однозначно можем играть с позиции силы.
– Согласишься с Михаилом Мархелем в том, что если бы мы попали в финальную часть Евро, то это был бы настоящий подвиг?
– Если бы нам по пути на Евро противостояли сборные Бразилии, Англии или Аргентины, тогда это был бы подвиг. А сейчас – Люксембург, Молдова, Грузия. Команды, как я уже сказал, сравнимые по уровню с нашей сборной. Да, есть у соперника качественные футболисты, играющие в неплохих клубах, но, будем откровенны, не суперзвезды. Грузия – это команда, которую мы определенно могли проходить. Но как есть. И, знаешь, понимание того, что пора прощаться с надеждами на Евро, ко мне приходило еще во время матча, когда поединок близился к концу. Надежда была, что отыграемся, но чем ближе был финальный свисток, тем понятнее становилось, что все, свой шанс мы упустили. Поэтому какого-то взрыва эмоций после окончания матча не случилось.
***
– Ничья в последующем матче с Литвой – отголоски поражения в Тбилиси?
– Естественно, после неудачи с Грузией все были расстроены. Плюс у нас получилось так, что из Тбилиси прилетели в Минск, побыли тут день, потом отправились в Литву. Потом еще и играли на синтетике. В общем, есть ряд причин, повлиявших на результат. В целом, игра для нас получилась сложной как в физическом плане, так и в психологическом. И тем не менее, считаю, побеждать мы были обязаны независимо от всех обстоятельств.
***
– Какое настроение в сборной в связи со всеми событиями, происходящими в Беларуси?
– Однозначно, каждый футболист думает о том, что происходит в стране, прокручивает у себя в голове. Очевидно, никто равнодушным не остается, и нынешние события никому настроения не прибавляют. В итоге это немного отражается и на игре сборной. И даже по себе скажу, что оградиться от всего этого просто нереально.
– Ты долгое время был в Казахстане и наблюдал за событиями со стороны. Когда приехал в Беларусь, ощутил напряжение?
– Конечно. Сидя в Казахстане, я обо всем судил по новостям в интернете. Когда в августе только начинались все события, тяжело было уснуть, несколько ночей подряд только и делал, что читал новости. И настроение, естественно, было, мягко говоря, отвратительным.
Сейчас, когда прилетел в сборную, старался свободное время проводить с пользой – с родителями встретился, с друзьями, – но все равно заглядывал в интернет, чтобы знать, что происходит в стране. К тому же в сборной никто не говорил, мол, не смотрите это, не читайте ничего, чтобы не отвлекаться перед матчем с Грузией. Все мы взрослые люди и сами понимаем, что нам делать.
– Обсуждал с игроками, которые выступают в Беларуси, то, что творится в стране?
– Глобальных обсуждений не было, но все равно периодически поднималась эта тема в диалогах. Мы, легионеры, воспринимаем события немного по-другому ввиду того, что находимся далеко от эпицентра. А вот ребята, которые играют на Родине, видят все вживую и воспринимают, естественно, все немного острее. Но когда я приехал в Минск, ехал по городу и старался обращать внимания на дома, на окна, замечал немалое количество флагов, белых листиков. Интересно было понаблюдать за этим.
– Когда улетал в Минск, в клубе не говорили, чтобы был осторожнее?
– Нет, такого не было. Потому что, как мне кажется, за границей немногие до конца понимают, что происходит в Беларуси. И в том же Нур-Султане видят новости по телевизору, получают какую-то информацию, но полностью понимают и осознают белорусские события, уверен, не все. Иногда спрашивают меня, как там у меня на Родине дела, успокоилось ли все или продолжаются волнения, потому что, повторюсь, люди не вникают в подробности. Им нужно посидеть в интернете и почитать те источники, которые действительно показывают правдивые новости, те же телеграм-каналы.
Когда меня о чем-то спрашивают, то, конечно, рассказываю, стараюсь подробнее дать информацию. Помню, как-то ехал в такси, и водитель интересовался, что же происходит в Беларуси. В Казахстане люди реально не видят всей картины, поэтому им сложно понять, что сейчас переживают белорусы.
– А как бы ты охарактеризовал все эти события?
– Когда казахстанцы спрашивают, отвечаю, что в Беларуси люди вышли на улицы, потому что просто хотят выразить свое мнение, они хотят добиться правды, перемен, белорусы недовольны тем, как власти и силовики обращаются с простыми гражданами. Применять насилие к мирным белорусам – это, мягко говоря, неправомерно.
Всегда в своих объяснениях привожу один пример. В 2018 году я был во Франции с «Астаной», играли тогда с «Ренном» в еврокубках. И перед поединком проводили в Париже, скажем так, мини-сбор. Как раз в то время был самый пик протестов «желтых жилетов». Если бы ты видел, сколько эти демонстранты в столице побили витрин, сожгли машин! Я видел все это вживую, сам гулял и наблюдал, как магазины, кафе закрывали витрины, чтобы никто не разбил стекло. Но даже с этими демонстрантами в Париже силовики так не обходились, как это делают с белорусами. С людьми, которые больше чем за два месяца не разбили ни одной витрины, не сожгли ни одной машины. В Минске реально все мирно, но с людьми все равно обходятся очень жестоко.
При этом белорусы, по сути, выходят на улицы, потому что банально хотят новых выборов, прекращения насилия, но к ним относятся, мягко говоря, не по-человечески. Это то, что есть. Войны в классическом понимании, слава Богу, в стране нет. И я очень надеюсь, что ее не будет. Потому что война – это действительно страшно.
– Да, война – это страшно, но, глядя на фотографии и видео с некоторых акций, все равно становится страшно.
– Безусловно, тут даже не поспоришь. Никто не мог себе представить, что в 2020 году в стране, которая находится в центре Европы, могут происходить такие события.
– В том числе то, что сажают на 15 суток таких легенд белорусского спорта, как Елену Левченко.
– Конечно, это неправильно. Елена представляла страну, защищала честь Беларуси, выступала в той сборной, которая добилась немалых успехов на международной арене. Елена – настоящий патриот, а с ней так поступают. Когда прочитал, в каких условиях Левченко находилась на Окрестина, был шокирован.
А еще в Беларуси прессуют нашу сборную по фристайлу. Команду, которая постоянно приносила стране олимпийские медали, в том числе золотые. Мягко говоря, власти поступают со спортсменами неправильно.
***
– События в стране, как ты сказал, оказывают влияние на футболистов и их игру. А отношение болельщиков к команде вы ощущаете?
– Да, и это также оказывает влияние на спортсменов. В любом спорте поддержка и реакция болельщиков очень важна, но, конечно же, не всегда она может быть положительной. В спорте всегда есть место критике, и это, по-моему, нормально.
– Ты вообще понимаешь, почему болельщики сейчас особенно сильно прессуют команду?
– Здесь все очевидно – люди хотят, чтобы футболисты высказались по поводу ситуации в Беларуси. Плюс свое влияние оказывают результаты наших последних матчей. Все просто.
– Перед последними матчами сборной в раздевалке были какие-то особенные мотивационные речи?
– Думаю, то, что было сказано в раздевалке, должно там и остаться. Но, скажу честно, перед Грузией и не нужно было произносить каких-то особенных слов, потому что все ребята и так понимали, что это за игра и что стоит на кону.
– Многие белорусские спортсмены высказываются, рискуя своими зарплатами и званиями, но футболисты почему-то молчат. Почему?
– Это сложный вопрос, потому что каждая ситуация сугубо индивидуальна. Нельзя всех приравнивать к чему-то одному.
– Когда ты приезжал в августе в Брест с «Астаной», ты давал интервью и высказался по поводу событий в стране, выразил свое негативное отношение ко всей жести. Почему тогда не стал молчать?
– Я видел, что происходило в стране. И когда мы прилетели в Брест, появилась возможность высказать свое мнение по поводу всей ситуации. Посчитал нужным это сделать. Я не сижу часто в соцсетях, где можно выразить свою точку зрения, поэтому решил, что можно это сделать в прессе.
– Почему остальные молчат?
– Так ребята же записали видеообращение, в котором выступили против насилия. Кто-то выкладывает посты в соцсетях. Но, повторюсь, каждая ситуация сугубо индивидуальна, тем более мы не знаем, что происходит внутри коллективов.
– Наверняка ты слышал о реакции АБФФ на то, что после голов некоторые игроки показывал кулак и знак победы. Федерация сказала, что так делать нельзя.
– Честно, для меня такое решение очень странное. Сам смотрю много различных соревнований, и везде спортсмены отмечают какие-то свои успешные действия самыми разнообразными способами, в том числе показывая какие-то жесты. Насколько знаю, это никак не ограничивается. Самый яркий пример – движение «BlackLivesMatter» (общественное движение, выступающее против расизма и насилия в отношении чернокожих, – Tribuna.com).
– Нынешней осенью уже экс-массажист сборной Виктор Булат дал два интервью. И после первого председатель АБФФ Владимир Базанов сказал, что специалиста нельзя больше привлекать к работе с командой.
– Сложно что-то комментировать. Но, однозначно, такого быть не должно. Во всем мире есть свобода слова и волеизъявления, и это право нигде не ограничивается. Я уверен, что любой гражданин, в том числе в Беларуси, может высказываться на любую тему без каких-либо запретов и ограничений. Но АБФФ решила поступить по-своему…
А вообще, возьми работников театра, искусства, предприятий, заводов. Тех же спортсменов. Случаи увольнений за выражение своей позиции происходят сплошь и рядом. И это, естественно, неправильно. Это даже коснулось лучшего тренера нашей страны по фристайлу Николая Козеко, которого лишили президентской стипендии. А фристайл – вид спорта, который на международной арене приносил много олимпийских медалей.
– Не боишься последствий за свое интервью?
– Мне кажется, я не сказал чего-то необычного. Просто констатировал факты, рассказал о тех вещах, которые недопустимы, на мой взгляд, в европейской стране. И я считаю, что не должно быть насилия по отношению к простым гражданам лишь за то, что они выражают свою позицию и точку зрения.
– Когда и чем все это закончится?
– Очень сложно найти ответ на этот вопрос, если вообще реально. Но однозначно нужно, чтобы вся эта жестокость на улицах закончилась.
Фото: abff.by, kazfootball.kz
