«Выживет, значит, будет играть»

— Вы ведь играли и начинали тренировать у Анатолия Юревича. — Действительно. Как игрок, а впоследствии и как начинающий тренер я многое почерпнул у Анатолия Ивановича Юревича. — Анатолий Иванович славен своей физической нагрузкой… — Ну, я не могу сказать, что этот тренер в первую очередь славен именно своими заданиями по физической нагрузке. Ведь Анатолий Иванович всегда очень серьезно подходил к работе над командной тактикой, над обучением футболистов игре на своих позициях, общих перемещениях и при атаке, и при отборе мяча. А физические кондиции всегда важны. Возможно, Юревич и уделял им повышенное внимание. В принципе, Анатолий Иванович не щадил футболистов. Выживет, значит, будет играть. Нет — ну, что поделать? Значит, такой у этого игрока уровень — ниже, чем планировалось. — Вспомните какое-нибудь самое сложное упражнение от Юревича? — Вряд ли. Забылось уже. Могу сказать одно: в бытность подначаленным Анатолия Ивановича все его задания я переносил. — Говорят, на сборах Юревича нужно было вставать в 6:30 и приходить на утреннюю командную встречу обязательно выбритым. Это правда? — Ну, да :). Не то чтобы он следил за нами. Юревич не такой уж деспот. Но Анатолий Иванович настаивал на том, что внешний вид футболистов и тренеров должен быть опрятным. Вот и просил бриться ежедневно. — В плане нагрузок вы такой же тренер, как и Юревич? — В футболе нет мелочей. Каждое существующее направление требует внимательной проработки. И в тренировочном процессе не должно существовать приоритетных сфер. То есть уделять больше внимания физической подготовке, чем технической или тактической, нельзя. Вот я и стараюсь планировать свою работу, чтобы поровну распределять все типы нагрузки. Ведь мы трудимся в первую очередь для результата. Для того, чтобы команда побеждала, а не для того, чтобы красиво играла или же быстро бежала. — Какой тренер жестче: Кононов или Юревич? — Я думаю, Анатолий Иванович. Я не жесткий тренер. У меня другие способы воздействия. — Говорят, вы — подчеркнутый интеллигент. Когда в последний раз кричали? — Таким проявлениям есть место в моей работе. Когда идет чемпионат, эмоции выплескиваются. Они могут случиться во время игры или в раздевалке. Если надо, конечно. Если нет, не вижу смысла ругать футболиста или наказывать его за счет собственного голоса. Считаю, можно обойтись без этого. И объяснить игроку суть проблемы в совсем другом тоне. — Изначально вы являлись генеральным директором «Севастополя». — Пришел в клуб именно на эту должность. — Как вам работалось в неспортивной должности? — В этом есть свой интерес. Определенный азарт, который увлекает. Когда сам участвуешь в построении работы и организации клуба, получаешь новые знания, общение, опыт. За счет этого идет развитие. Профессиональное развитие. — Вы согласны с выказыванием о том, что тренер должен убить в себе игрока? — Конечно. Оно абсолютно верное. — А кого должен убить в себе генеральный директор футбольного клуба? — Думаю, генеральный директор должен быть в первую очередь причастен к работе всех департаментов клуба и убивать в себе единоначалие. Единоуправление, при котором слово главного является истиной в последней инстанции. Думаю, такой вот царизм — это уже ошибка. Если работаешь в футбольном клубе, нужно подбирать в управленческую команду профессионалов и доверять им. А в итоге получать удовольствие от работы и как результат — развитие клуба. — Откуда генеральный директор может получать знания, о которых вы говорили выше? — Если говорить о моей практике, то я стажировался во многих клубах. Общался не только с главными тренерами, но и с руководителями, президентами. В частности, с президентом дортмундской «Боруссии» — Доктором Райнхардом Раубалем. А в последнее время у меня наладилось общение с генеральным директором греческого «Олимпиакоса» Янисом Врентзосом. — Откуда эти отношения? — Так получилось, что будничная стажировка в этом клубе завязалась в крепкие рабочие отношения. И теперь связь «Севастополя» и «Олимпиакоса» очень серьезная. То есть клубы уже подписали договор о сотрудничестве. — Объясните, пожалуйста, в чем смысл этого сотрудничества? — Мы только-только начинаем эту работу. В первую очередь предполагается сотрудничество между структурами детско-юношеского футбола. В прошлом году в Севастополе уже был проведен турнир, в котором приняли участие «Олимпиакос», донецкий «Шахтер», московское «Динамо». Играли команды U-20. Это первое. А второе — сотрудничество между клубами в трансферной плоскости. Футбол первичен в этих отношениях, хотя и руководители клубов, думаю, в будущем наладят сотрудничество на уровне бизнеса. Это выгодно для молодого «Севастополя», которому всего лишь десять лет. — Какие у вас отношения с руководством «Севастополя»?   — Доверительные. — Одноименные городу команды обычно курируются местными властями… — Нет, «Севастополь» — частный клуб. Имеется владелец. Выступаем на муниципальном стадионе, но никак к городу не относимся. Хотя в последнее время началось улучшение отношений. Мэр сперва начал активно посещать все матчи команды, а теперь и вовсе стал самым преданным болельщиком. — Насколько успешен в плане бизнеса ФК «Севастополь»? — Пока абсолютно не успешен, как и практически любой другой клуб. Все же для успешного бизнеса ФК должен стать еще и коммерческим предприятием, которое не только будет забирать деньги, как это принято в СНГ, но и приносить определенные дивиденды владельцам. Потому требуются работа с клубной структурой и контроль всех менеджерских направлений. Плюс очень важен результат. Многое зависит от лиги, в которой выступает команда, задействованности в еврокубках, стадиона, вмещаемости и посещаемости. Это серьезный и относительно долгий процесс. — Украина, кажется, продвинулась в этом направлении. Гранды вроде бы окупаются. — Не сказал бы. Они затрачивают очень большие деньги на осуществление успешной работы на всех направлениях, отчасти компенсируя затраты еврокубковыми деньгами. И выход в ноль — пока наилучший вариант. Есть большая зависимость от наполнения года. Какие трансферы были проведены, как команда играла, какой была посещаемость, сколько на этом удалось заработать, какими были поступления от рекламы и телетрансляций, как клуб экономил деньги, каких новых спонсоров удалось привлечь менеджерам? Не стоит идеализировать Украину. Да, у страны есть неплохая история с по-настоящему замечательными динамовскими успехами. Есть «Шахтер», который является локомотивом всего украинского футбола. Этот клуб действительно вышел на европейский уровень с максимальной проработкой всех мелочей. Но хватает в стране и команд, управляют которыми четверо-пятеро сотрудников, и о грамотном современном менеджменте в которых никто даже не думает. — Сколько зарабатывает «Севастополь» и зарабатывает ли вообще? — Я не думаю, что мы зарабатываем. У нас небольшой стадион на 5800 зрителей, но он заполняется постоянно. За четыре-три дня до матча билеты уже проданы. Уверен, была бы у нас арена на 20-25 тысяч мест, она бы заполнялась. В плане заработка это стало бы для «Севастополя» шагом вперед. — Говорят, белорусская высшая лига и российская ФНЛ одинаковы по уровню. А что такое украинская первая лига? — Я бы не стал сравнивать белорусскую высшую лигу с украинской первой. Могу сказать, что турнир, в котором играет «Севастополь», представляет собой довольно серьезное соревнование. Раньше я никогда не участвовал в нем, потому был удивлен увиденным. Турнир не проходной, очень непростой. Уровень серьезный. Все же на Украине достаточно много талантов, ребят среднего возраста и бывших представителей премьер-лиги, которые ныне выступают в первой лиге. И быть в этом соревновании в числе лидеров непросто. — Раньше вы работали во Львове, жители которого совершенно особенны. Теперь же в Севастополе. Чем примечательны обитатели этого города? — Они чем-то похожи. Специфику Львова и западной Украины  все знают. Жители этого региона очень дорожат своей историей, культурой, расположением. То же самое можно сказать и об обитателях Крыма. Да, говорят, Севастополь — очень русский город. И там действительно хватает выходцев из России, но они живут на Украине и любят эту страну, дорожат ее культурой и историей. — Вы работаете на Украине с 2004 года. Что взяли для себя от украинцев? — Не могу сказать прямо вот так. Но каждый человек развивается. Хотя бы из-за течения лет. И место, понятное дело, дает свой отпечаток. Хотя мне кажется, что я такой же, какой и был. Просто жизнь нас, так или иначе, меняет. Мы можем этого не замечать. А Украина на данный момент — место, в котором мне нравится, в котором нравится моей семье. — Вы родились в России, играли в Беларуси, тренировали в Молдове и Украине. Кем себя ощущаете? — Я родился в СССР, и с этим пока живу. Возможно, мои дети уже по-другому рассматривают эту ситуацию. Да, я родился в России — эта страна номер один для меня. Беларусь — это моя супруга, дети и теперь уже внук. Украина — теперешнее место работы, в котором много друзей и знакомых. И все эти страны мною любимы. — Насколько интересно вам было бы поработать в Беларуси? — Знаете, у меня на данный момент есть еще определенные амбиции на Украине. А если и работать в белорусском клубе, то в том, который будет ставить самые высокие задачи перед собой. Я тренер, который еще хочет чего-то добиться. И так получилось, что вся моя работа связана с достижением результата. Передо мной всегда ставились какие-то задачи, и, кажется, я их выполнял. Да и сейчас я тружусь в «Севастополе» не для того, чтобы просиживать в первой лиге. Есть четкая цель попадания в премьер-лигу. А насколько меня хватит, наверное, зависит от моих амбиций и здоровья. — Как у вас, кстати, со здоровьем? — Пока не жалуюсь. — Насколько можно понять, вы человек, у которого очень мало свободного времени. — Все зависит от того, как ты построишь свою работу и каких помощников подберешь. Если грамотно распределить нагрузку, время всегда останется. Разговоры о слишком большом количестве работы — для ленивых. Если хочешь жаловаться, всегда найдешь возможность. А если подходить к своему делу организованно и любить его, будешь везде успевать и, конечно же, двигаться вперед. — Вы присутствовали на спарринге «Зенита» и БАТЭ. Просто захотелось посмотреть? — У меня достаточно теплые отношения с главным тренером БАТЭ. С Витей мы недавно общались, вот и хотелось посмотреть на его команду. Также у меня хорошие человеческие отношения с Александром Глебом. — Откуда? — После расставания с «Торпедо» был приглашен в БАТЭ. Мы поработали с Сашей еще как игроки. Да, был такой период. БАТЭ тогда тренировал Юрий Пунтус. Он позвал меня в команду. Но я не смог задержаться в БАТЭ только из-за своей травмы. Сам подошел к Юрию Иосифовичу, потом к Анатолию Капскому, объяснил, что не могу подводить команду. Хотя был уже заявлен за БАТЭ на второй круг чемпионата и Лигу чемпионов. Это произошло в 2000-м. После этого я перешел к Юревичу на тренерскую работу. А Юрий Иосифович предлагал другой вариант. Он звал меня доигрывать и потом начинать в БАТЭ тренерскую карьеру. — Также во время спарринга с «Зенита» и БАТЭ вы общались со Станиславом Драгуном. — Это давнее знакомство. Я работал в СКВИЧе тренером, а Стас был игроком. Мы начинали с набора ребят 1985/86 годов рождения. В той команде играли Леша Кучук и Сережа Кривец, которого я заприметил в Гродно. С их возрастом мы заняли первое место в чемпионате Беларуси. Потом был период работы, когда я тренировал команду 1988 года рождения. В ней играл Драгун. P.S. Goals.by выражает благодарность компании «Интерспорт» за помощь в организации командировки в Белек.

«Юревич не такой уж деспот. Но Анатолий Иванович настаивал на том, что внешний вид футболистов и тренеров должен быть опрятным».

«Генеральный директор должен быть в первую очередь причастен к работе всех департаментов клуба и убивать в себе единоначалие».

«Хватает в Украине команд, управляют которыми четверо-пятеро сотрудников, и о грамотном современном менеджменте в которых никто даже не думает».

«Я родился в России — эта страна номер один для меня. Беларусь — это моя супруга, дети и теперь уже внук. Украина — теперешнее место работы».

«Был уже заявлен за БАТЭ на второй круг чемпионата и Лигу чемпионов. Это произошло в 2000-м».