Институт сербского. Как Синиша Михайлович спасает «Сампдорию»

Александр Скворцов разбирается в причинах успешного старта Синиши Михайловича во главе «Сампдории».

Как тренер Синиша Михайлович никогда еще не был так интересен. Вернее, он откусывал определенный кусок нашего внимания в самом начале своей карьеры – это всегда случается, если звездный футболист меняет бутсы на лакированные ботинки и начинает самостоятельно руководить командой (это сейчас происходит и с Зеедорфом). Однако его первые приключения откровенно разочаровали. Пилотная серия привлекла внимание, а дальше началась рутинная скука с банальным сюжетом, и Михайловича из главного футбольного сериала планеты прогнали. Он не сдался и, потренировавшись на кошках в сборной Сербии, снова решил вернуться на Апеннины.

На этот раз Синишу прибило к берегам Генуи – места, в котором он провел несколько замечательных сезонов в середине девяностых, играя под руководством Свена-Йорана Эрикссона. Заменив в «Сампдории» Делио Росси, он предпринял четвертую попытку взять серию А на абордаж: «Я счастлив вернуться сюда, я вернулся домой».

Ранее все подобные маневры провалились полностью или около того (лишь в «Катании» дело шло более-менее ровно), и лично мне казалось, что ничего путного из Михайловича уже не выйдет. По правде говоря, я не уверен в этом и сейчас, но кое-каким вещам Синиша определенно успел научиться.

Пока он обеспечивает очень достойный результат, и «Сампдория» постепенно превращается из аутсайдера в качественного середняка. С Михайловичем у бровки «Дория» провела 14 матчей и проиграла всего в четырех.

В плюс сербу идет то, что он очень оперативно развернул активную реанимационную деятельность в очень неблагоприятных условиях (первые два матча под его руководством «Сампдория» проводила против «Лацио» и «Интера», и обе игры закончились ничейными результатами).

Первым делом Михайлович решил избавиться от тактического наследства, оставленного Делио Росси (речь о популярной схеме с тремя защитниками, адаптироваться к которой генуэзцы так и не смогли). С первого же матча основной стала расстановка 4-2-3-1, ее атакующая модификация. На первых тренировках Михайлович постарался досконально изучить возможности имеющихся в распоряжении футболистов и пришел к интересному выводу: позицию и игровые задачи некоторых игроков можно скорректировать, что должно сделать команду сильнее.

Так, Шкодран Мустафи окончательно отказался от проходов по флангу и стал крепким центральным защитником. Роберто Сориано начал играть ближе к левому флангу атаки. Эдер, которому всегда хочется иметь пространство и независимость, стал единственным форвардом (нового нападающего Михайловичу не купили, хотя он просил). А изумительный левша Маноло Габбьядини перебрался направо, где, судя по последним матчам, ему играется даже комфортнее. Кроме того, Анжело Паломбо наконец занял прежнее место в опорной зоне, оставив центр обороны другим партнерам.

Эти и другие мелочи помогли Михайловичу выжать из игроков чуть больше, чем выжимал Делио Росси, и пока выделяемого ресурса вполне хватает для уверенной игры даже в матчах против таких соперников как «Рома» (пусть «Сампдория» и была разгромлена, но отрезками выглядела очень привлекательно).

Но самая сильная сторона сербского тренера все-таки не в умении отладить тактический механизм, а в извлечении максимальной пользы из собственной харизмы. Михайлович не тянет на роль мотиватора калибра Моуринью (его лучших образцов), но он хорошо знает, когда, о чем и как долго нужно разговаривать с футболистом, чтобы его заинтересовать. Игроки «Дории» в один голос твердят, что Михайлович изменил их психологию и заставил снова поверить в себя. Те, кому на роду написано ощущать себя бесстрашными морскими волками, почему-то упорно боялись любого шороха и накладывали в штаны после первой же ошибки. Михайлович это быстро исправил.

В его команде царит железная, почти коммунистическая дисциплина, но при этом он не строит из себя диктатора – обедает в одной столовой вместе со всеми (Делио Росси предпочитал уединяться с тарелкой в своем офисе), забавно шутит и охотно участвует в игровых упражнениях на тренировках. Фирменная восточноевропейская муштра миксуется с прогрессивным европейским подходом и политикой открытости.

Когда Михайлович был футболистом, он был страшен как смертный грех. Он ласково называл Патрика Виейра «черным дерьмом», плевал слюной в Муту и Йеремиса, был не прочь пободаться с молодым Ибрагимовичем и провоцировал, провоцировал, провоцировал. Сейчас он поугас, слегка остепенился и подтянул коммуникативные навыки до уровня среднестатистического homo sapiens.

От речей Синиши уши больше не скручиваются в беломорины, но в его словах чувствуется металлическая бескомпромиссность и жесткий характер. Вот правила жизни Михайловича в «Сампдории»:

«Все, что я могу сказать – в три защитника «Сампдория» играть не будет».

«Важно не хорошо начать, а хорошо закончить».

«Хочу перефразировать Кеннеди: Не спрашивай, что «Сампдория» сделала для тебя, спрашивай, что ты можешь сделать для «Сампдории». Это то, что я говорю команде, каждому ее игроку».

«Мы едем за победой, вне зависимости от того, кто наш соперник».

«Я говорю моим парням думать не о сопернике, а о себе».

«В первую очередь я работаю над менталитетом игроков».

А еще в любом публичном выступлении Синиша Михайлович подчеркивает, что его команда способна на многое. Все честные разборы полетов остаются внутри коллектива, для внешнего мира парни Михайловича – лучшие во всем. И это правильно.

Однажды Паломбо и Мареска затеяли с Михайловичем заведомо проигрышный спор: кто первый не забьет со штрафного – раскошеливается на 50 евро. Первые удары полузащитники реализовали, а вторую попытку оба запороли ударами выше перекладины. Михайлович же, естественно, забил и, вальяжно удаляясь в раздевалку, с улыбкой обратился к вратарю Фьорилло: «Скажи им, чтобы не забыли принести мне мои деньги».

«Он говорит нам играть и никого не бояться, не опасаться лишний раз совершить ошибку. Теперь мы можем проиграть или победить, но уже без какого-либо страха», – говорит Роберто Сориано. Вот то, что принес с собой Михайлович (а не революционные тактические решения).

Во время работы в сборной Сербии он имел уникальную возможность общаться и следить за методами многих топ-тренеров, ездить на стажировки в ведущие клубы Европы и учиться новому. Синиша побывал в гостях у Клоппа, Гвардьолы, Моуриньо, Венгера, Фергюсона и Манчини. Это дало плоды.

Михайлович сделал над собой очень важное усилие и постепенно превратился из совершенно безголового игрока во вполне сносного тренера. Его главная победа заключается в том, что он сумел перенастроить свой буйный нрав на позитивную волну – теперь его остроты никого не обижают, а заряжают подопечных боевой энергией.

Остался всего один вопрос – что случится, когда будни с сербом перестанут быть в новинку, а его мотивационная программа перестанет воодушевлять?

«Я играл на высоком уровне на протяжении 20 лет. Это мое преимущество, потому что я знаю, что игрок может думать или чувствовать в определенные моменты», – рассуждает взъерошенный Михайлович с видом доктора психологических наук.

Когда он был футболистом, периодически его хотелось как можно скорее закатать в смирительную рубашку и отправить на обследование. Но все меняется. Кажется, что теперь Михайлович стоит по другую сторону безумия.

Фото: Fotobank/Getty Images/Pier Marco Tacca, Gabriele Maltinti