Не буди Ли Хо. Как парилась сборная России

Репортаж Кирилла Благова и Дениса Романцова из душной Куябы, где Акинфеев ошибался, Капелло исправлялся, а Кержаков забивал.

По случаю матча сборной Бразилии и сопутствующего ему выходного Куяба пожелтела с самого утра. Даже рубашки на полицейских были желтого цвета. Дорога к стадиону, на котором России предстояло сыграть свой первый матч, пролегала мимо стройки. Она заставляла все вокруг дышать терракотовой пылью, а затем выплевывала в трущобы с домами, выкрашенными всеми цветами радуги, и переполненными бельевыми веревками.

На подъездах к стадиону шумели кафе, местные предлагали парковать машины в своих гаражах. Без дела оставался только хозяин лавки, торгующей подержанной бытовой техникой. Охранники в черных костюмах наблюдали за всем этим и между делом вытирали пот со лба подкладкой пиджаков – духота весь день стояла невыносимая.

Корейские болельщики в окрестностях «Пантанал Арены» начали появляться где-то за четыре часа до матча. С каждой минутой, приближающей игру, они организовывались во все более заметные и шумные группы. Они смешивались с бразильскими зеваками и желающими сфотографироваться, но не теряли при этом в стройности и внушительности.

Россияне поначалу вели себя скромнее. Самый яркий персонаж, встретившийся нам на площади перед стадионом – мужчина, облачившийся в костюм Деда Мороза.

Между делом выяснилось, что билеты на матч ему передал Юрий Жирков. Полузащитник не стал этого отрицать.

– Не знаю, Дед Мороз, или не Дед Мороз, но своему знакомому билеты передавал. Значит, это он был, – говорил Жирков после игры.

Внутри стадиона российские болельщики не растерялись. Их было слышно и на фоне корейских попыток зарядить свою сборную, и на фоне бразильцев, так до конца и не определившихся, кого они поддерживают.

Флаги болельщиков поначалу удивляли больше, чем игра, предложенная Капелло. Российский триколор с надписью «Донецк» соседствовал с флагом Казахстана и самонадеянным полотном Vsem Piz****.

На противоположной трибуне семья из четырех человек развернула три флага. Если вам интересно: мама с дочерью держали российский, папа – имперский, а сын – вот этот:

Когда игра кончилась, к Акинфееву подбежали двое: первый – Комбаров, второй – Игнашевич, проводящий с Акинфеевым все рабочее время уже второй десяток лет. В их отношениях было всякое: и слова Игнашевича, что они с Акинфеевым не общаются, и бодание на Евро-2008, а несколько дней назад, после тренировки в Иту, скупой на откровения Акинфеев внезапно обронил: «Мы с защитниками ЦСКА жить друг без друга не можем». После Кореи стало понятно, что стоит за этими словами: Игнашевич крепко обнял Акинфеева за шею и прошел с ним так треть поля.

Фото: REUTERS/Paul Hanna

Потом Игоря утешали уже все подряд и было заметно, что Акинфееву это начинает надоедать и он хочет поскорей скрыться в туннеле, ведущем в раздевалку. Акинфеева преследовал доктор сборной Эдуард Безуглов. Акинфеев сначала отмахивался, но потом стало понятно, что врач гонится за ним не просто так.

– Я не успел поговорить с Игорем после матча, – признался Фабио Капелло. – Его захватила в свои руки ВАДА, его проверяют на допинг.

Игру Акинфеева Капелло прокомментировал со спокойствием, которое может быть только у человека, живущего на свете седьмой десяток лет.

– Акинфеев меня очень радует, он большой вратарь. Конечно, кто-то всегда ошибается – кто-то при исполнении пенальти, кто-то при приеме мяча головой, но в логике вещей существует возможность допустить ошибку и со стороны вратаря.

Из-за допинг-контроля Акинфеев шел к автобусу одним из последних. К своей ошибке он отнесся не так терпимо, как его тренер.

– Это не волнение. Может, неуверенность. Может, еще что-то. Не знаю. В итоге это привело к голу. Дело не в мяче, дело в руках.

– О чем думали, когда лежали?

– О чем может думать человек, который сделал детскую ошибку? Ребята помогли. Спасибо большое им и тренеру. Это ключевой момент. Вратарь национальной сборной должен выручать. Прошу прощения. Надеюсь, такое больше не повторится.

Тему результативной ошибки Акинфеева закрыл Фабио Капелло:

– Мы принимаем эту ошибку от такого большого вратаря, как Акинфеев. Мы принимаем ее, потому что смогли отыграться.

Отыграться сборная смогла не только потому, что впряглась за своего вратаря, но и потому, что сам Капелло признал свои ошибки. Капелло последние два года доказывал что-то Дзагоеву, год – Денисову, в основном на замену выпускал в последнее время Кержакова, но когда приперло – бросил на поле всех троих. С Дзагоевым обострилась игра на корейской половине (Шатов почти не пасовал вперед), Денисов добавил надежности опорной зоне, где до его выхода прилично сквозило (Ли Гын Хо пробил как раз с места, куда не успел Глушаков), и наладил спокойный выход из обороны, а Кержаков, показалось, вложил в удар всю ярость от того, что перестал быть основным форвардом в обеих командах, где еще год назад был незаменимым.

– Ошибки у всех были сегодня, – говорил после игры Кержаков. – Игорь Акинфеев – часть нашей команды. Каждый ошибается – каждый старается исправлять свои ошибки.