«Пять лет в США – огромный опыт. Там меня научили забывать поражения». Андрей Мезин итожит свою карьеру

Попытки стать «старшим тренером вратарей сборной», успехи в гольфе, признание лучшим вратарем ЧМ и другие приятные моменты долгого игрового пути. «Скала» переходит на новую работу.

«Рачковский считает, что пока рано быть «старшим тренером вратарей»

- После октябрьского кэмпа сборной о вас практически ничего не было слышно.

– Владимир Крикунов вернулся в «Нефтехимик», а федерация не захотела, чтобы тренер сборной работал на два фронта. После этого все затихло – со мной на связь никто не выходил. Во время кэмпа разговаривали о работе со сборными с Анатолием Варивончиком. Я ему предложил свою концепцию. Анатолий Михайлович пообещал, что донесет мою позицию выше. Но после этого, снова-таки, мне никто не звонил.

Я был рад поработать в сборной. Инициатива моего приглашения исходила от Крикунова и Сафонова. К слову, на том сборе я был не тренером вратарей, а консультантом. После ухода Крикунова понял, что в сборной мне место вряд ли найдется. Вообще же я готов к работе с вратарями. Причем, готов работать не только со взрослыми голкиперами, но и с молодыми.

- В чем заключалась ваша концепция?

– Я считаю, что у сборных всех возрастов должен быть один тренер вратарей – и в националке, и в молодежке, и в юношеской команде. Cейчас в федерации и в сборной новые люди, они меня не видят на этой должности и имеют свой взгляд на проблемы хоккея.

Хотя предложение работать в федерации у меня было, но очень невнятное. Как вы знаете, сейчас создан отдел, занимающийся развитием детско-юношеского хоккея. После моей встречи с Игорем Рачковским в тот же вечер звонил Юрий Файков, предлагал работать в этом секторе. Но никакого разговора про мои новые функции или их объем не было. После возвращения с товарищеского турнира сборных со мной никто не разговаривал…

- Работа со сборными всех возрастов – не большой ли это объем?

– Нет. В национальной команде по сути и работы-то нет. Сборы короткие – три-четыре дня. В сборную приезжают взрослые мастера, которых ничему учить не нужно. Ну чему мне учить Коваля или Лаланда? Они все знают. Моя максимальная помощь для таких вратарей – какой-то совет и контроль функциональной готовности. На молодежном и юношеском уровнях занятий найдется гораздо больше. В этих командах работы непочатый край.

- Не желаете сами подъехать в федерацию и поговорить с Рачковским?

– У нас была беседа сразу после его назначения. В принципе, пока голова Игоря Анатольевича забита немного другими делами – не отдельными позициями в национальной команде. Игорь Анатольевич считает, что мне пока что рано быть «старшим тренером вратарей».

«Физически я нормально готов. Но морально...»

- Получается, после осени уделяли время исключительно семье.

– Да. Никаких предложений ни тренерских, ни игровых мне не поступало. Хотя физически я еще готов нормально. Но морально… А без моральной готовности на лед лучше не выходить. Пора заканчивать и уходить в тренеры.

Сейчас сижу с родными, занимаюсь детьми. Наконец-то, папа дома! Но долго так сидеть я вряд ли смогу. Уже есть желание поработать.

Чем еще занимаюсь? Мое хобби известно всем – гольф.

- Значит, тяжелое решение принято – Андрей Мезин завершил карьеру?

– Да, когда-то это должно было произойти. В принципе, завершить я мог уже давно – после моего отъезда из сборной. После «Динамо» было сложно найти новое место работы. Тем не менее, я еще два сезона провел на серьезном уровне – отыграл в «Тракторе» и «Авангарде». В Челябинске и вовсе получилось стать вице-чемпионом КХЛ. В Омске переиграл вратарей-легионеров. Считаю, вполне неплохо.

Ну и, конечно, домашний чемпионат мира. Я попал в сборную, сыграл в стартовом матче турнира против США. Конечно, все хотели, чтобы тот матч стал победным – у Америки мы никогда не выигрывали. Я тоже хотел победить. Получилось же не лучшим образом. Наверное, тот матч так и останется моей последней официальной игрой.

Сейчас немножко передохну и снова в работу. Хоккей – это моя жизнь. 35 лет отдал этому виду спорта. Хочется передать свои знания другим.

- Психологически вы были готовы к завершению карьеры?

– Даже не задумывался об этом. Будь предложение – еще поиграл бы. Но в последнее время я больше думаю об игре в гольф, чем в хоккей. А это говорит о том, что пора заканчивать.

- Анжела, вы довольны, что Андрей закончил с хоккеем?

Анжела Мезина: Довольна. Хотя если Андрей начнет тренировать, он все равно будет в разъездах-разлетах. Возможно, станет появляться дома даже реже, нежели в игроцкую бытность. Всему свое время. Пора двигаться вперед, давать дорогу молодым, обучать подрастающее поколение. Андрей все сделал правильно.

Для того, чтобы играть в хоккей, нужен драйв. Должны глаза гореть. У Андрея этого драйва в последнее время не было. Если заставлять себя играть и тренироваться – это уже совсем не то.

- Андрей, если на вас и дальше не будут обращать внимания?

– На меня всегда обращают внимание :). До этого разговора никто даже не знал, что я завершил с хоккеем. Возможно, я уже имел бы какие-то предложения на руках. Хотя, конечно, лично мне хотелось бы работать в Беларуси и передавать опыт здешним вратарям.

Мысли о вратарской школе тоже остаются. Никто о ней не забывал. Но хочется выработать нормальную программу, концепцию, по которой эта школа будет работать. Я не хочу, чтобы просто существовала школа моего имени. Я хочу, чтобы она реально работала и давала результат. Это не совсем просто. Для начала нужна сильная команда единомышленников, которые будут поддерживать в школе жизнь. Может, создать какой-то тренинг-кэмп для маленьких голкиперов – с привлечением зарубежных специалистов. Определенные связи за время хоккейной карьеры появились. Через лагеря перейдем к школе. Продумаем программу – тогда и можно будет разговаривать подробнее об открытия учебного заведения.

«Если бы не уехал в Америку, не смог бы раскрыться»

- У вас получилась достаточно богатая игровая карьера. А что было самым приятным?

– Все Олимпиады за сборную Беларуси. Первые игры в Нагано… Мы тогда сыграли против всех сильнейших хоккеистов планеты – Канада, Россия, США, Швеция. Смотрели на них рты раскрыв :). И ведь достойно выглядели на их фоне. Да, мы проигрывали – не хватало опыта. Но мы старались, конкурировали. На Солт-Лейк-Сити и победе над шведами долго останавливаться не хочется – все и так все помнят. Ну и Ванкувер: задачу мы не выполнили, но сам факт участия в Играх заслуживает уважения.

Есть много памятных чемпионатов мира. Особенно отложились те, в которых мы играли под руководством Глена Хэнлона. Всегда при Глене я номинировался на лучшего вратаря турнира.

Но самый ностальгический для меня – чемпионат мира-2009. Тогда я был признан лучшим голкипером. Команда играла отлично, вышли в четвертьфинал. Но впечатление от турнира было омрачено последним матчем. У нас были все шансы обыграть россиян и выйти в четверку сильнейших. Не представляете, как я переживал!

- Говорите только о сборной. В клубах эмоций меньше?

– Не стал бы так говорить. Да, в клубах совсем другая работа – монотонная, долгая. Были чемпионства в американских лигах, признание лучшим голкипером в заокеанской юниорке, борьба за чемпионство в «Нюрнберге».

Самый долгий период я провел в России. И из российского этапа мне больше всего запомнились Уфа и Магнитогорск. В «Магнитке» я дважды выигрывал медали, становился обладателем Кубка чемпионов. Пусть на том турнире я и сыграл лишь в одной серии буллитов, но победной.

В принципе, я с теплотой вспоминаю все свои клубы. Омск, Минск, Челябинск, Санкт-Петербург – везде мне было хорошо.

- Вы свои матчи пересматриваете?

– Нет. Хотя на матч со шведами в Солт-Лейк-Сити иногда натыкаюсь. Не люблю смотреть свою игру. Почему? Нахожу кучу ошибок и становится неприятно :).

- Кому вы благодарны за свою хоккейную карьеру?   

– Моим родителям. За то, что мучались, ходили за мной, заботились. За то, что отдали  в хоккей. В принципе, желание играть было у меня самого. Но родителям хватило терпения довести работу со мной до конца.

Спасибо моему первому тренеру – Виктору Васильевичу Дубровину. Этот человек воспитал меня в хоккейном плане, заложил вратарские навыки.

Спасибо братьям Перегудовым. За то, что закалили характер и привезли меня в Беларусь.

Очень благодарен Глену Хэнлону. За то, что вселил в меня уверенность в своих силах. При нем я показывал свой лучший хоккей. Вообще от многих тренеров у меня остались приятные впечатления. Очень плодотворно работали с Сергеем Михалевым в Уфе, с Борисом Михайловым в Питере. Борису Петровичу отдельное спасибо за доверие. Тогда в СКА был вратарь из НХЛ – Гарт Сноу. Но Михайлов был принципиален и ставил в ворота лучшего – у меня получилось задвинуть американца. Вот за эту Михайлову спасибо – за умение противостоять конкуренции.

- С кем у вас было самое ожесточенное соперничество за место в составе?

– Всегда находил общий язык с партнерами и работал на благо команды. Ни с кем я не ссорился, ни про кого не говорил плохо. Многое зависит от политики тренеров и клубного руководства. Например, в Германии было так: меня четко брали на позицию первого вратаря. За спиной у меня были молодые ребята. Но основные надежды возлагались на меня. Главное – отрабатывать свои деньги.

В России тоже часто происходит такая ситуация: берут легионера, на которого и рассчитывают. Мне больше импонирует стратегия с несколькими сильными вратарями. Кто сильнее – тот играет. Считаю, это правильно.

Почему-то во всех моих клубах из-за меня выстреливали молодые. Наверное, я был хорошим раздражителем. Когда-то и я был молодым: прекрасно помню, как хотелось играть, как хотелось переиграть опытного.

- Ваша самая большая ошибка?

– Если я и делал какие-то ошибки, то это шло мне на пользу. Такое осознание приходит с возрастом. Не думаю, что я когда-то ошибся с командой – карьера сложилась нормально. Благодарен судьбе за это.

- Вам всего хватило в хоккейном плане?

– «Золото» Олимпиады мы, к сожалению, выиграть не могли, по сути. В принципе, «чудо на льду» – уже почти «золото». На чемпионатах мира могли проходить дальше – и в 2009-м, и в прошлом году в Минске. Не сложилось. Уже ничего не сделаешь – я со сборной в четверку сильнейших в мире точно не попаду.

- Вы, наверное, единственный белорусский вратарь, имеющий опыт игры в Северной Америке.

– Кстати, да. И это большая ошибка, что наши ребята не хотят уезжать за океан. Не знаю. Может, боятся. Если бы я в свое время не уехал в Америку, не смог бы раскрыться. Я увидел совершенно другой хоккей – не тот, что в Советском Союзе. В Америке меня научили забывать поражения. В Беларуси я очень расстраивался после проигрышей, накручивал себя. Там же все было иначе: из-за плотности матчей предыдущие неудачи забывал мгновенно.

В юниорской лиге мне дали понять: «Да, парень! Ты можешь!» Пять лет в США – огромный опыт. Пусть я и не пробился в НХЛ, хотя был близок к этому. Но правильные шаги навстречу лучшей лиге мира я не сделал. Был слишком горячим – неправильно повел себя по молодости.

- Что случилось?

– Я должен был подписать контракт с агентом, который работал с Русланом Салеем. До этого на двух ребятах я обжегся. Попросил его: «Давай, найди мне работу и сразу подпишем с тобой контракт». Агент на это не пошел. Заключи я с ним соглашение – точно попал бы на кэмп в клуб НХЛ. Пришлось пробиваться самому.

Второй неправильный шаг я сделал перед Олимпиадой в Нагано. За две недели до Игр «Детройт Вайперз» спустил меня в фарм-клуб. В команде «Флинт Дженералз» я играл после Нагано. Начались звонки, предложения, но у меня взыграло самолюбие. Ответил всем отказом и поехал со сборной на чемпионат мира. Назад дороги уже не было.

- И все-таки: не обидно, что не пробились в НХЛ?

– А мне грех жаловаться. Против всех сильнейших хоккеистов мира я поиграл на чемпионатах мира и Олимпиадах. Мир я повидал, в Европе меня знают. Все у меня было хорошо.

«Сейчас мы наблюдаем лучший сезон «Динамо» в истории»

- Сейчас хоккей смотрите или не хотите бередить душу?

– Конечно, смотрю. За минским «Динамо» тоже слежу и очень рад за ребят в этом сезоне. Хотя у меня были некоторые опасения по поводу некоторых позиций.

- В смысле? Вроде качественные игроки пришли.

– Хоккеисты хорошие, но у некоторых ребят были определенные проблемы с травмами. В этом плане приобретения можно назвать рискованными. Динамовское руководство рискнуло и не прогадало. Сейчас мы наблюдаем лучший сезон «зубров» в их истории. «Динамо» может обыграть любого соперника. Вдвойне интереснее будет понаблюдать за минчанами в плей-офф.

- За кем еще следите?

– За «Авангардом». Я провел в Омске всего год, но у меня осталось много друзей в этом городе. Переживаю за них. Часто смотрю матчи «Салавата Юлаева» – клуб Виталия Коваля, моего хорошего товарища.

Главное открытие сезона – «Сибирь». Слежу за ними очень внимательно. Скабелка проделал огромнейшую работу – это видно. Заслуга Андрея Владимировича в этом успехе велика. Очень заметна рука тренера – «Сибирь» здорово играет именно в командном плане.

- На хоккей ходите?

– Нет. Мне дома у телевизора удобнее. Есть повторы, тихо, никто не дергает, не привлекаешь ничье внимание. Не нравится – переключил на другую игру. Конечно, на «Минск-Арену» можно было бы выбраться, но дома мне все-таки комфортнее.

«Если переводить на язык хоккея, то сейчас я играю за детско-юношескую школу»

- Гольф для вас – это уже больше, чем просто увлечение?

– Да, очень нравится. Уже даже принял участие в паре турниров – в Португалии и Турции. Хотя, конечно, уровень у меня пока не очень серьезный. Если переводить на язык хоккея, то я сейчас играю за детско-юношескую школу :).

- Где впервые взяли клюшку для гольфа?

– В Америке. Для меня это было в диковинку. Во время предсезонок проводились тимбилдинговые выездные мероприятия – выезжали за город всем составом, делились на флайты и играли. Лучшая команда получала какой-то приз. Навыки приобрел уже тогда.

А пару лет назад открылось поле у нас под Минском. Хорошее времяпрепровождение, воздух, красивые пейзажи – ничего нет лучше. Сначала играл просто для себя – без всякого спортивного азарта. Затем стали появляться новые знакомые – обычная забава переросла в нечто большее.

- Как часто играете?

– Зимой у нас гольфа нет – поля не работают из-за снега. Приходится летать в теплые страны. Вообще я играю, как могу. Никто меня не учил нюансам – все тонкости постигаю сам. Кое-какое продвижение имеется.

- Какие успехи?

– Думаю, среди белорусских гольфистов я вхожу в пятерочку сильнейших. Что же касается официальных турниров, то тут дело обстоит гораздо хуже. В индивидуальных соревнованиях в Турции я облажался и занял место в третьем десятке. Всего участвовало человек 40. Зато в командном первенстве наша команда победила. Было приятно.

- Максимально расстояние, с которого поражали цель?

– Ой, не могу сказать. Средняя длина одного поля – 350 метров. Вот это расстояние нужно преодолеть за четыре удара. Самый длинный первый удар у меня метров 230. Это слабенько.

Есть короткие лунки – 130 метров. Их нужно преодолеть за три удара. И вот здесь вероятность попадания с первого удара увеличивается. Правда, я ни разу не попадал.

- Снаряжение для гольфа у нас продается?

– При гольф-клубе можно купить мячи и перчатки, взять в аренду клюшки. В магазинах снаряжение не продается. Наши люди покупают инвентарь либо в Литве, либо через интернет. Подержанная клюшка будет стоить долларов 100-200. Вообще цена новой клюшки зависит от фирмы-производителя. Иногда стоимость достигает трех тысяч долларов.

- Надеетесь построить карьеру в этом виде спорта?

– Для меня гольф – чисто хобби. Держит меня в тонусе. Представьте: идем мы играть вчетвером. И одна игра у нас растягивается часов на пять. На гольф-карах по минскому полю ездить запрещено – поле молодое. Приходится ходить пешком. За одну игру преодолеваешь километров десять. К вечеру начинает ощущаться усталость. Но усталость приятная.

«Все общение в соцсетях будет протекать через супругу»

- Вопрос супруге. Идея, чтобы Андрей Мезин появился в соцсетях принадлежит вам?

Анжела: Общая. Мне не нравится, что в соцсетях создается много страничек от имени Андрея. Более того, пишется такой бред от имени мужа, такая информация! Просто ужас! А люди верят, что пишет это сам Андрей. Я не против фанатских страничек, но создавать личные аккаунты – это перебор. Решили, что пора настоящему Мезину появится в соцсетях. Андрей готов отвечать на вопросы болельщиков. Надеемся, они будут интересные.

– Все общение будет протекать через супругу. Я сам не буду лезть в эти странички, но готов принимать информацию. Надеюсь, вопросы будут разнообразные, а не банальные и одинаковые.

Аккаунт Андрея Мезина во «Вконтакте»

Аккаунт Андрея Мезина в «Фэйсбук»

Анжела: Пришли к выводу, что нужно отвечать самим. Очень неприятно читать то, что пишут на фэйковых страницах. Складывается чувство, что хоккеисты – необразованные, простите за выражение, тупые люди. Это абсолютная неправда.

– У меня была неприятная ситуация в «Динамо». Едва до конфликта не дошло. В клубе распечатали какую-то переписку, которая якобы велась от моего имени. А по условиям контракта мы не имеем права разглашать определенные нюансы. В итоге пришлось приложить немало усилий доказать, что это не мой аккаунт.

- Болельщики уже пишут?

– Пока нет. Зато друзья довольны – обрадовались моей социализации :). 

Фото в тексте: Tribuna.com/ Юлия Чепа/ Иван Уральский, из личного архива Андрея Мезина