Играл за Беларусь в гандбол, а потом ушел в покер, где собрал $4,6 млн прибыли: деньги не тратит, горд поведением экс-коллег после выборов, в гневе от угроз силовика маме

Сын знаменитого в прошлом игрока СКА Александра Малиновского Виктор дал большое интервью YouTube-каналу «ЧестнОК», в котором рассказал о своем прошлом и настоящем. Ранее парень играл в гандбол – и довольно неплохо: выступал в Бундеслиге и за молодежную сборную Беларуси. В 2014 году Малиновский-младший завершил карьеру и сконцентрировался на игре в покер. Беларус специализируется на кэш-играх в безлимитный холдем со средними и высокими ставками.

В 2021-м Малиновский выиграл турнир на Кипре Super High Roller Bowl Europe, который принес ему 3,69 миллиона долларов. Сейчас Виктор представляет Польшу и идет от этой страны втором в денежном списке покерных выигрышей за все время. Общий выигрыш Малиновского в живых турнирах превышает 4,6 миллиона долларов.

Не срывало голову из-за больших выигрышей

– Я только по глупости купил себе тачку, когда начал профессионально играть. А так, в принципе, такого не было. Еще во времена гандбола не тратил деньги. Я люблю комфортную жизнь – перелеты, вот такие вещи разные. Просто хорошее чувство, когда перестаешь об этом думать.

Если играть ради денег, чтобы башню срывало... У нас в покере жесткая работа. У меня даже такой загон есть: пока гуляю, другие занимаются – и из-за этого они перевес получат.

Самая дурацкая покупка? Наверное, [дорогие] перелеты на самолетах, первый класс. Дорогие отели. Я больше любил вкладываться, чтобы подороже играть. 

Ложился под капельницу прямо на турнире

– Раз мы так долго играем, думал получить дополнительный перевес. Метаболизм ведь ухудшается после того, как человек сутки не спит. Не то, чтобы мне было плохо, и я специально лег под капельницу. Подумал, что это неплохая идея в плане того, чтобы восстанавливаться. Это не очень полезно в плане того, что мало сна.

Бывает, играешь 20 часов хорошо, а потом на секунду потерял концентрацию, ошибку сделал и проиграл свои фишки. Иногда нужно поесть и поспать. Если хорошо отыграл, то чувствуешь удовлетворение.

Получил повестку в армию, как только поругался с трененрами

– У нас [в молодежной сборной Беларуси по гандболу] реально классная команда была. Сейчас ребята все классно выступают. Потом мы поехали на Европу, я поругался там с руководством, с тренерами. Если не ошибаюсь, мы вылетели в 1/4 финала. Я думал, что недостаточно времени играю. Был молодой, горячая голова. В раздевалке послал, разозлился. Ладно, если бы мы выигрывали, то слова не сказал бы. С точки зрения профессионализма это не очень. 

Я тогда сказал, что все, буду за сборную Польши играть. Я уже написал тогда польскому тренеру. Тем более в молодежке можно быстро поменять [гражданство]. Тогда уже решение для себя принял. И, что интересно, меня сразу в Беларуси в армию призвали. Реально после этого чемпионата повестка пришла. Я не мог приезжать в Беларусь два-три года. 

Мне не нравится совдеп СССРовский. Своего мнения у тебя не должно быть, уравниловка, вся эта фигня. Понятно, что тренер – это фигура, которой нужно респектовать. Но когда человек на тебя без какой-либо причины на тебя орет, что что-то не сделал... А он сам часто не прав, должен пример подавать. А как тренер может тренировать, если он орет на своих игроков? Это неправильно. Я играл в Германии в команде Бундеслиги. Может, это на кого-то действует, но если не конструктивно все... Да, я поругался – были Коноплев, Шевцов. Странная уравниловка эта, все эти связи.

К сожалению, спорт привязан к государству. Почему чиновник, который не разбирается в спорте, сидит и решает, что нам делать? Потому что его туда поставили, наверное, деньги отмывать. В России тоже весь спорт государственный. К сожалению, нет такого, чтобы реально продвигать команду. И у нас так же.

Как переходил из гандбола в покер

– Я был на контракте в Германии. Вроде бы все хорошо, но колени болят. В первый месяц [в покере] тысяч 30 или 40 долларов заработал, а у меня зарплата в команде две тысячи. Думаю, у меня физиотерапевт два дня, потом другое. И я такой: «Реально, Виктор, тебе нужно либо это [покер], либо это [гандбол]. Если ты не будешь следить за своим здоровьем или не будешь там [в покере] подвигаться, то это не годится. Нужно реально выбирать». Я доиграл до конца первого круга и зимой пошел к руководству, сказав, что заканчиваю карьеру. Там подофигели в этом плане.

Больше мама переживала. Никому не озвучивал, как у меня [в покере] дела идут, говорил, что это хобби. В итоге сказал [родителям]. [Был] большой шок. После месяца все поняли, что все хорошо и что я с ума не сошел.

Папа меня никогда сильно не призывал быть спортсменом. Мне реально очень нравится гандбол. Не было давления со стороны родителей.

Гордится сборной из-за позиции

– Я 1994 года [рождения], Королек – 1996-го. Его только подключали к сборной. Я больше с Кулешом играл, Вайлуповым. Это мое поколение.

Удивился ли позиции Королька [против насилия] после выборов? Всех не пересажают. Реально, если коллективно собраться, как вас после этого можно дубинкой? Понятно, если кого-то съедят... Сейчас вообще треш творится, сложно судить людей: кто-то ляпнет – и могут закрыть. Я горжусь ребятами, которые высказали свою позицию. Тем более, тогда же чемпионат [мира] намечался. В других видах спортсменов поотстраняли, а тут у нас все так коллективно сложилось. В итоге все играли.

Все забыли о пропаганде, мимо ушей пролетело – и все. Жесткая позиция у всех ребят была. И что человек сделает? Игроки мирового класса собираются на чемпионат. Их всех посадить и поставить молодежь? Если коллективно принять решение – это отлично.

Удивился, что Корольку дали играть на ЧМ? Нет. Это коллективный выбор команды. Звезду своей команды не допускать до игры? Ну как? Еще гражданство дадут другой страны. Им [чиновникам] результат надо показывать. 

Маму чуть не задержали в Беларуси

– [В последний раз в Беларуси] был в 2016 году, если не ошибаюсь. Вот тогда я PP-паспорт [для постоянно проживающих за пределами Беларуси] сделал, тогда уже в армию не надо было. Потом уже, когда все началось [в Беларуси в 2020-м] – на это было конкретно больно смотреть. Я был уверен, что рано или поздно режим точно падет. [В 2020-м понял,] что будет возможность, чтобы это случилось, но я не знал, что именно в тот момент [произойдет]. А потом, когда весь треш начался, я просто офигел. 

Сейчас сказал своим родителям, чтобы они не приезжали [в Беларусь], а так они любят летом приезжать и после всех протестов [были там]. И мама мне рассказывала, что она просто стояла и курила. На том месте не было знака, что нельзя курить. Человек [силовик] подходит, ну я его даже человеком не буду называть: «Тут курить нельзя». Мама моя говорит, что докурит и спокойно уйдет, там дождь был. А он ей сказал: «Я тебя сейчас упакую». Женщине 50 с чем-то лет! Как так можно вообще относиться к своим гражданам?

Человек живет на наши налоги и у него такое отношение злое. Вот это просто неприемлемо. У меня реально чувство ненависти появилось. Я довольно спокойный человек, но когда я подумал, что моей маме человек с грубостью так ответил... Ну что это такое? Тем более они же должны служить народу, а тут появляется отдельная каста. Ну это вообще. Я злюсь, когда об этом думаю.

Оптимистичен по поводу Беларуси

– Отношение [к Беларуси у меня] хорошее. Я просто искренне не люблю систему, этот совок. Интересно, что все это еще с СССР взялось. Почему раньше взрослые говорили: «Ой, тише говори, не высовывайся»? Это просто раньше такие репрессии [были]. Сейчас это все, к сожалению, возвращается. И это ужас, что в XXI веке. Ну реально нужно перебороть как-то это все, потому что запугивания работают до поры до времени. Надеюсь, что рано или поздно это все закончится. Это как будто в нашу культуру влилась СССРовская фигня.

[По Беларуси прогноз] оптимистичный, конечно же. Мир движется. Чуть менее оптимистичный насчет России. Там просто страна очень большая, неспокойно там сейчас.

Недавно уехал из России

– [Из Москвы] пару недель назад окончательно выехал. Москва куполом огорожена. Меня никогда не тянуло в политику. Но сама мысль о том, что я выйду на площадь и меня закроют... Я понимаю, что в этом месте [Москве] не могу больше находиться.

Все люди адекватные, с кем я общаюсь. Понятно, что мало кто [что-то] может, что там творится весь этот империализм. Люди рано или поздно осознают, что на самом деле творится. Потихоньку уже доходит. Никто не ожидал, что все может быть настолько плохо.

[В первые дни войны] листал чаты и так далее, смотрел, что происходит. Кстати, реально плакал. Это было дня меня открытие, что могу испытывать такие эмоции. Из Беларуси все игроки в покер повыезжали. Большинство, по крайней мере, точно.