Надаль теряет волосы: пересадка не помогла, а лекарство под наблюдением WADA

Все о мужском облысении.

«Я теряю волосы! Вот разгадка индивидуальности, мой секрет, который не могу сообщить журналистам, – писал в великой автобиографии Андре Агасси. Я ношу длинную пышную стрижку, чтобы не было заметно, насколько стремительно я лысею. <...> Каждый день я нахожу часть своей индивидуальности на подушке, в раковине, в ванне».

Речь шла о конце 80-х, когда Агасси еще не было 20. Он начал носить накладку, за которой его брат Филипп специально съездил в Нью-Йорк и с которой что-то пошло не так перед его дебютным финалом «Шлема» на «Ролан Гаррос»-1990 («Особо не двигайся, чтобы не слетела», – мрачно шутил тогда Филипп). Несколько лет Андре экспериментировал со стилем и цветом волос, прежде чем в 1994-м по совету Брук Шилдс все же побриться наголо.

Терять волосы уже в тинейджерстве – это очень рано, но вообще-то каждый пятый мужчина страдает от этого еще до 20-летия, а с возрастом вероятность столкнуться с проблемой растет: среди мужчин старше 30 волосы теряют 30 процентов, старше 40 – 40 и так далее. Вообще, риск стать жертвой мужского типа облысения (он же андрогенетическая алопеция, АА) зависит не от возраста. Его определяет чувствительность к дигидротестостерону (ДГТ) – производному тестостерона, атакующему волосяные фолликулы, – просто именно с возрастом по толщине и густоте волос становится понятно, насколько она высока (это относится и к женщинам, несмотря на то, что речь о мужском типе). «Если к среднему возрасту вы сохранили основную часть волос, значит, у вас низкая чувствительность к ДГТ, – объясняет специалист по пересадке волос Алан Баумэн. – То есть вы можете надеяться остаться с волосами дольше».

Говоря проще, от потери волос не застрахован вообще никто независимо от происхождения (см.: Уильям, герцог Кембриджский и Гарри, герцог Сассекский), общей привлекательности (Крэйг, Дэниэл), масштаба личности (Пенн, Шон) и возраста (последние исследования говорят, что лысеют уже и милленниалы с их повышенной тревожностью и разбалансированным питанием, тоже не способствующими здоровью волос). В спорте, помимо Агасси, хорошо известна кровавая война за волосы Уэйна Руни и защитный механизм Пепа Гвардиолы (пошути сам, пока не пошутили другие).

***

Ко второму подходу склонен и главный теннисист Великобритании сэр Энди Маррей. Еще в 2013-м он пошутил: «Кто раньше облысеет: я или Рафа?» – имея в виду товарища по несчастью Рафаэля Надаля. За шесть лет с тех пор Маррей выиграл еще один «Шлем», а Надаль – четыре. В гонке за блестящий затылок победителя пока нет, но лидирует, похоже, тоже испанец.

В середине нулевых молодой Надаль взорвал теннис не только своей атлетичностью и неутомимостью, но и неконвенциональным имиджем, важным элементом которого была копна густых длинных волос. По мере того, как Надаль обрастал титулами и рекордами, она уменьшалась: где-то на стыке десятилетий позврослевший Рафа просто перешел на короткую стрижку, а уже в 2012-м специализированная лондонская клиника Belgravia Centre, яростно пиарящаяся на селебрити-облысении, разбирала состояние его головы во время знаменитого уимблдонского матча против Лукаша Росола и экспертно соотносила его с теннисными результатами:

«Там, где у теннисиста раньше была густая черная грива, теперь видны явные признаки потери волос, особенно вдоль пробора. <...> Андрогенетическая алопеция усугубляется стрессом: мужчины и женщины, часто нервничающие на работе, больше подвержены потере волос. Поэтому вполне вероятно, что потеря звания первой ракетки мира обусловила удручающее состояние рафиных волос».

Любому, кто хоть что-то знает о Надале, понятно, что №1 – последнее, из-за чего он станет переживать, но волосы с его головы и правда убывали все стремительнее, и осенью-2016 в Мадриде он перенес операцию по их трансплантации. По информации El Mundo, Надалю сделали пересадку самым дорогим бесшовным методом FUE, когда фолликулы с предварительно выстриженного затылка (или другой зоны, не подверженной АА) по одному пересаживаются на пораженную область (макушку). Процедура болезненная (делается под местным наркозом), занимает до десяти часов и стоит под 10 000 евро, а результаты проявляются не сразу, часто требуют повторной операции, а еще сходят на нет без дальнейшего лечения лекарствами.

***

С фармакотерапией все тоже не так просто. Активные вещества лекарств по борьбе с облысением – финастерид или миноксидил – относятся к группе бета-адреноблокаторов, к которым Всемирное антидопинговое агентство относится с подозрением, потому что они могут маскировать использование запрещенных препаратов. Именно из-за лекарства от облысения, содержавшего финастерид, например, в 2006-м был дисквалифицирован и пропустил Олимпиаду в Турине американский скелетонист Зак Лунд.

В актуальном бан-листе WADA ни финастерида, ни миноксидила нет (но список там неконкретный), да и теннис вроде бы не относится  к видам спорта, в котором бета-адреноблокаторы запрещены. Но прическа Рафаэля Надаля на нынешнем «Ролан Гаррос» все так же оставляет желать много лучшего.

Тем временем в недавнем опросе Tennis Talk «Пересадка волос Надаля: успех или провал?» максимум голосов получили два варианта ответа: «да подождите вы, скоро у него вырастет густая шевелюра, как у рокера из 80-х» и «все пропало, надо бриться как Агасси».

Пока ждем.

Фото: Gettyimages.ru/Bongarts, Gary M Prior/Allsport, Jan Kruger, Quinn Rooney, Clive Mason