В 1996-м на финал «Уимблдона» выбежала обнаженная девушка. Смутила одного игрока, зато другой успокоился и взял титул
Наследие Мелиссы Джонсон.
Наследие Мелиссы Джонсон.
В 1990-е у «Уимблдона» была проблема: из-за того, что трава на кортах росла слишком мягкой, они получались чрезвычайно быстрыми. Бывший главный агроном турнира Эдди Сиуорд вспоминал: «Тогда шли разговоры, что с травяным теннисом покончено, потому что это сплошные бум, бах и так далее».
Покрытие было настолько мягким, что Патрик Макинрой рассказывал, как перед подачей не стучал об корт мячом, потому что он просто не отскакивал ему обратно в руку.
В итоге игра строилась исключительно на подаче и быстрых розыгрышах. А это приводило к тому, что теннис получался субъективно скучным и одномерным и объективно непредсказуемым – особенно у мужчин. Пиком непредсказуемости стал «Уимблдон»-1996, где в финал вышли Рихард Крайчек (только после отказа одного из участников попавший в посев) и Маливай Вашингтон (никогда в карьере не входивший в топ-10 и до этого всего однажды добиравшийся до четвертьфинала ТБШ).
Тот матч уже мало кто помнит, но теннисной легендой стало то, что случилось во время фотографирования перед началом. Когда игроки стояли у сетки, на корт выскочила девушка – и на ней не было ничего, кроме маленького передничка.
Крайчек потом рассказывал, что перед финалом задыхался из-за нервов, а появление стрикерши помогло ему расслабиться – и он победил в трех сетах. Вашингтон, наоборот, объяснял: «Я увидел, как у нее все прыгает, а потом она мне улыбнулась. На ней не было ничего, кроме передника, а потом она и его задрала – и продолжила мне улыбаться. Я засмущался и три сета спустя пропал».
На трибунах все смеялись – включая герцога и герцогиню Кентских. На телевидении тот матч комментировал Джон Макинрой, требовавший повторить появление девушки со всех доступных углов. А после игры Всеанглийский клуб выпустил заявление: «У нас никогда не было стрикеров на Центральном корте, так что, наверное, это было неизбежно. Хотя мы не одобряем эту практику, она хотя бы предоставила развлечение для наших верных и терпеливых болельщиков, которым в этом году пришлось непросто из-за плохой погоды».
Девушку с корта увезли в Скотленд-Ярд, где выяснилось, что ее зовут Мелисса Джонсон. Тогда ей было 23 года, и на турнир она попала в качестве официантки в одном из уимблдонских ресторанов. Из полиции ее отпустили без предъявления обвинений.
После этого Джонсон, естественно, нашли британские таблоиды и расспросили про акцию. «Я просто сказала коллегам: «Я это сделаю. Я разденусь». Это была моя идея, но, конечно, остальные меня подбадривали. Просто захотелось посмеяться. Я шалунья, и во мне точно есть что-то дикое. Я знала, что так никто раньше не делал – но кто-то же должен стать первым? Стыдно мне не было», – рассказала Мелисса.
После Джонсон стрикеры на Центральном корте появлялись несколько раз – но это всегда были голые мужчины. В 2002-м на мужском финале между Ллейтоном Хьюиттом и Давидом Налбандяном на корт выскочил легендарный британец Марк Робертс, который 565 раз врывался на разные мероприятия в 23 странах. С Центрального корта его увели замотанным в красные покрывала.
То появление на «Уимблдоне» он назвал главным в своей жизни, и для него оно было не первым: в 2000-м он прорвался на корт во время парного матча Анны Курниковой, и на груди у него был написан слоган ее рекламной кампании спортивных бюстгальтеров «Прыгать должны только мячики». Правда, в его случае у balls было другое значение.
А в 2006-м на четвертьфинале между Марией Шараповой и Еленой Дементьевой появился голый голландский ведущий Сандер Лантинга – и прошел по корту колесом. Эту выходку он учудил для передачи на голландском телевидении. Шарапову его появление разозлило, но трибуны хлопали и радовались.
Подписывайтесь на лучший инстаграм о теннисе
Фото: Gettyimages.ru/Adam Butler – PA Images, Brunskill/Allsport UK, Bongarts, Clive Brunskill
