«Формула-1» будет еще безопаснее

Представлена новая концепция защиты головы гонщиков.

Что это такое?

Система под названием «щит», которая призвана уберечь спортсменов от попадания мелких обломков, которые появляются во время аварий. ФИА утвердила ее к использованию со следующего сезона на заседании Стратегической группы «Формулы-1» в Париже 26 апреля 2017 года.

Разработка прошла различные крэш-тесты и готовится к пробной обкатке на треке во время первой пятничной практики Гран-при Великобритании. Более масштабные испытания ждут «щит» в сентябре в Монце. Скорее всего, новинку поставят на болид «Феррари».

Кстати, американский «Индикар» тоже протестирует похожую систему в сентябре. Похоже, ФИА всерьез взялась за безопасность всех серий с открытым монококом.

Как выглядит этот «щит»?

В качестве подиумной модели выступил болид команды «Уильямс».

Систему разработали на основе предложенной «Ред Булл» концепции «аэроэкрана». Производство и установку на болиды поручили итальянской компании «Изоклима», которая уже имеет опыт сотрудничества с топовыми гоночными сериями по другим продуктам.

Как заявила ФИА в пресс-релизе, устройство «обеспечит отличную защиту от обломков и не будет мешать обзору пилота».

А есть отрицательные стороны?

Да. В процессе длительных тестов выяснилось, что «щит» и вправду хорошо отражает обломки, но они зачастую далеко и высоко отскакивают от экрана, что угрожает другим участникам гонки, персоналу трека и зрителям. Похоже, именно эту проблему пытались решить на последних испытаниях — заставить систему поглощать больше кинетической энергии и не провоцировать дополнительные проблемы.

Кроме того, иногда при авариях колеса отрываются от болидов и могут «прыгать» по трассе. От такой угрозы «щит» все равно не спасет, а шея пилота окажется даже в большей опасности. Оперативно добраться до гонщика в таком случае тоже будет намного сложнее.

С видимостью тоже не все так просто. Пилоты не стали спорить с тем, что в идеальных условиях существенных проблем не возникнет, но в случае осадков все может измениться.

Кевин Магнуссен уверен, «что с этим «щитом»под дождем пилот вообще ничего не сможет увидеть из кокпита болида. В Бразилии в 2016 году мы с трудом различали происходящее вокруг и без дополнительной помехи».

Даниил Квят заметил, что экран будет постоянно загрязняться, особенно если впереди следующий пилот вылетит на гравий или траву. В туман видимость тоже будет отвратительная.

Стоит признать, что здравое зерно в этих суждениях есть. Все, что вырывается из-под колес, будь то брызги воды или масла, «червячки», оторвавшиеся с шин при износе, трава и грязь, — осядет на экране следующих машин, а протирать его смогут лишь на пит-стопе. В случае попадания болида в дымный след от горящего двигателя степень загрязнения может оказаться критической. Не стоит забывать и про выхлопные газы, которые формируют эффект «грязного воздуха». Продукты горения тоже способны оседать на «щите», и к концу семидесятого круга при езде «паровозиком» обзор определенно ухудшится. Стекла для экрана намерены делать из того же материала, что и визоры для шлемов (на которые пилоты не жалуются), но опасения по поводу видимости в экстремальных условиях все равно высказываются. Задача совмещения поглощающего энергию покрытия с грязеотталкивающим считается экспертами достаточно сложной.

Конечно, все пилоты в любом случае останутся в одинаковых условиях и никто преимущества не получит (даже лидеры — круговые окажут им «теплый прием»), но после введения «щита» опасность гонок к концу дистанции может как минимум не уменьшиться. Когда скорость машины разгоняются, а видимость падает, столкновения могут случаться буквально на ровном месте.

Тогда почему выбрали «щит»? Были другие варианты?

Дополнительную защиту решили ввести после смерти пилота «Индикара» Джастина Уилсона в 2015 году именно от обломков, прилетевших в незащищенную голову. До него от похожего удара фатальные ранения получил Жюль Бьянки в «Формуле-1», а еще раньше — Мария де Вильота и пилот «Формулы-2» Генри Сертиз. Фелипе Масса пережил похожий случай в 2009 году, но оправился и смог вернуться в гонки.

И «щит» не был первым прототипом. Сперва ФИА предложила другую концепцию защиты и назвало ее «гало».

Однако механики «Ред Булл» предложили более эстетичное решение, и от «гало» решили отказаться. Причин было сразу несколько — от затруднения обзора до уязвимости от мелких обломков (например, Масса все равно пострадал бы с такой системой на болиде).

Тем не менее, «гало» прошла все необходимые испытания и исследования, а потому если «щит» не получит зеленый свет от команд и пилотов — введут именно ее. В любом случае, болиды выйдут на старт в 2018 году с дополнительной защитой — ФИА, похоже, больше не собирается отправлять идеи на доработку.

Как отреагировала общественность и пилоты?

Ромен Грожан емко выразил настроения обитателей паддока: «Мнения пилотов разделились. Кто-то хочет как можно быстрее ввести «гало», а кто-то вообще не хочет ничего менять. Лично я против введения гало или показанного нам нового защитного экрана. Сейчас «Формула-1» стала такой, какой и должна быть. Мы вернулись к классным, агрессивно выглядящим болидам, и я не хочу устанавливать на них что-то новое, что все это уничтожит».

Ники Лауда, пострадавший в аварии в 1976 году и известный своими высказываниями про «20% приемлемого смертельного риска, но ни процента больше», тоже считает, что изменения безопасности подобного рода нужно хорошенько обдумывать: «Честно говоря, [над защитой пилотов] отлично поработали после смерти Сенны [в 1994 году], без сомнений. Но в будущем нам нужно увериться, что любые изменения, которые мы захотим внести, не уничтожат ДНК «Формулы-1». С идеями, которые не позволят больше видеть шлем пилота и сделают кокпит закрытым, следует обращаться очень осторожно. Чтобы гонки остались прежними, как сейчас». 

Мартин Брандл, бывший пилот «Формулы-1» и комментатор Sky Sports, полностью согласился с мнением трехкратного австрийского чемпиона.

А реакцию болельщиков можно выразить вообще без слов.

pic.twitter.com/JVGRXgJ1dD — Francesco⚪⚫ (@relupo85) 8 июля 2017 г.

Фото: twitter.com/fia; Gettyimages.ru/Mark Thompson; Global Look Press/Hoch Zwei