Уэстбрук много лет воюет с журналистом. Тот плохо писал о Дюрэнте

Плей-офф НБА – время, когда все друг друга не любят. Симмонс и Дадли, Беверли и Дюрэнт, Уэстбрук и Лиллард…

Самая неоднозначная история при этом – взаимоотношения Расселла Уэстбрука и журналиста The Oklahoman Бэрри Трамела.

Лидер «Тандер» воюет с газетчиком уже пять лет, но каждый раз, когда они выходят на национальный уровень, это привлекает дополнительное внимание и вызывает всеобщее недопонимание.

На пресс-конференции после третьего матча с «Портлендом» Уэстбрук опять делал вид, что Трамела не существует и попросил «следующий вопрос».

Противостояние с Трамелом началось в 2014-м.

После двух поражений в серии с «Мемфисом» The Oklahoman вышел с разгромной статьей о Кевине Дюрэнте, которую усугубил заголовок «Мистер Ненадежный».

Публикация получила резонанс, так как была революционной для того времени. Тогда с Дюрэнта сдували пушинки и считали самым идеальным человеком на Земле. Форварда не осмеливались критиковать даже крупные американские издания, не говоря уже о местных, которые традиционно болеют за свои команды.

Заголовок раскритиковали практически все. Журналисты, мама Дюрэнта, Уэстбрук охарактеризовал его как «полную *****». Все, кроме самого Дюрэнта, который пытался оставаться самым идеальным человеком на Земле вплоть до тотального перевоплощения в гостинице «Хэмптонс».

Трамел был автором заметки, но не имел к заголовку никакого отношения. Его предложил редактор. Через несколько дней тот уже принес извинения и вновь исчез из общего поля зрения. 

Вопрос вроде бы закрыли.

Все, кроме Уэстбрука.

У Уэстбрука тяжелые отношения почти со всеми журналистами. Но Трамела он выделил сразу же после той полосы с «Ненадежным».

«Неделю назад вы называли его MVP, а теперь уже «Мистер Ненадежный». Я этого не понимаю».

В какой-то момент на Уэстбрука напало полное неприятие общения с прессой – он отделывался односложными ответами или строил интервью вокруг повторение одного и того же слова. И тогда же оказалось, что ему физически тяжело отвечать на вопросы Трамела.

– Вы чем-то расстроены?

– Вы мне не нравитесь.

– Не нравлюсь?

– Нет.

– А Ник вам тоже не нравится?

– Мне нравится Ник. Мне не нравитесь вы.

– Ну вы нам дали одинаковые ответы.

– Ну да. У вас есть еще вопросы?

С Трамелом он еще разговаривал, но фон их личных взаимоотношений уже начинал сказываться на всем остальном.

Еще одно великое интервью Уэстбрука:

– Сегодня он провел хороший матч. Но в сезоне 82 игры. И я делаю это в каждом матче. Так что не надо перевирать.

Продолжение – Уэстбрук отвечает так холодно и так резко обрывает журналиста, что Дион Уэйтерс даже спиной почувствовал угрозу.

Трамел не смущается. В следующий раз он атаковал Уэстбрука по самому щекотливому вопросу:

– Вы сегодня как-то слишком нормально одеты. Вы не думали надеть что-то из того, что вы обычно носите?

– А что я ношу обычно?

И так далее.

Уэстбрук – едва ли не самый критикуемый игрок НБА за последние пять лет. Но нападки остальных журналистов его нисколько не смущают, с ними он может общаться, не очень внятно, но общаться, Трамела же совершенно не переваривает.

Потому что Уэстбрука не трогают выпады в его адрес.

Уэстбрука напрягает весь негатив об остальной команде. О том, что «Тандер» нужен новый тренер, о том, что клуб совершил ужасную ошибку, когда обменял Джеймса Хардена, о том, что ему, лидеру «Оклахомы», не хватает квалифицированной поддержки.

Трамел в какой-то момент это уловил и сам.

Уэстбрук нисколько не реагировал на ответные набросы: например, Трамел опубликовал текст «Я не единственный, кто не нравится Уэстбруку».

Изначальный вариант статьи быстро исчез и впоследствии был отредактирован. Из него вырезали слова: «Когда Расселл Уэстбрук на любой вопрос говорит «Хорошо исполнили», он, на самом деле, имеет в виду: «Я не люблю болельщиков».

В интервью Grantland он потом скажет:

«Когда меня спрашивают, «почему ты не нравишься Уэстбруку», у меня два ответа. Сначала я шучу: я ему нравлюсь, просто он пока этого не знает. А потом отвечаю: на самом деле, я не нравлюсь ему так же, как ему не нравятся все остальные. Он бы не смог обнаружить меня в толпе».

Уэстбрук бесился, когда Трамел начинал бить по его партнерам.

Важная точка во взаимоотношениях – пресс-конференция после поражения «Оклахомы» от «Рокетс» в 2017-м.

Трамел спрашивает Стивена Адамса:

– Что происходит с командой, когда Расс садится на скамейку?

Уэстбрук вмешивается:

– Не надо нас раскалывать. Мы – одна команда, мы вместе, не важно, кто находится на площадке, а кто – на скамейке. Не хочу это слышать.

– Да, Расс, но это происходит в двух матчах из трех.

– Напишите, что команда сыграла плохо, не надо говорить, что команда играла плохо, когда Расса не было на площадке. Это все неважно. Мы – вместе.

– Возможно, так оно и есть, Расселл, но это оправданный вопрос… Я задал Стивену вопрос.

– Давайте следующий вопрос.

– Я не отдам микрофон. У меня был вопрос к Стивену, и я не получил на него ответа.

– Давайте следующий вопрос, пожалуйста.

Трамел окончательно попал в «черный список» Уэстбрука три месяца назад.

«Они играли с «Лейкерс». На протяжении всего сезона он не мог попасть с линии: за две секунды до конца на нем сфолили на трехочковом, и он реализовал все три броска и обеспечил «Оклахоме» овертайм. После игры кто-то спросил его о проблемах при бросках с линии, и он по сути не ответил. Так что я спросил, как он нашел в себе уверенность реализовать все три броска, хотя у него не шло с линии. И он по сути снова не ответил. Тогда я сказал: «Вы не хотите говорить не только о тех штрафных, которые мажете, но и о тех штрафных, которые забиваете». Я пытался пошутить и разрядить ситуацию. Он посмотрел на меня. Он никогда не смотрит на людей, которые задают ему вопросы, а когда смотрит, вы понимаете, что он расстроен. С тех пор он все время говорит «следующий вопрос».

Как на это реагирует Трамел?

«Мне вообще плевать. Мне кажется, что это довольно забавно. Интересно, что кто-то считает это сколько-нибудь важным, ведь он делает это уже на протяжении многих лет. Не всегда по отношению ко мне, но он всегда себя вел воинственно с журналистами. Я не вижу, в чем тут новость».

Теперь, когда он попадает под очередной «следующий вопрос, пожалуйста» на общенациональном уровне, журналисты просят Уэстбрука закопать топор войны, в твиттерах называют Уэстбрука «дивой», а радикалы вроде Стивена Эй Смита призывают к санкциям… Но пока ничего не меняется: Уэстбрук – один из лучших лидеров в НБА и при этом один из самых злопамятных героев лиги.

У Трамела, естественно, альтернативная точка зрения.

Очередной игнор – очередная заметка: «Почему я продолжаю задавать вопросы Расселлу Уэстбруку»:

«Корень всего – желание Уэстбрука контролировать вообще все. Он не может принять того, что у него нет возможности повлиять на медиа. Это хорошо было видно во время плей-офф 2017-го, когда он начал отвечать на мой вопрос за Стивена Адамса и так и не дал ему слова.

…

Неправильно считать, что у нас с Уэстбруком какие-то личные проблемы. Это не так. Уэстбруку не нравятся журналисты в принципе. Я не понимаю, откуда это взялось, но Уэстбрук проявлял неуважение к журналистам в течение десяти лет. При том, что журналисты ему никогда не отвечали. К Уэстбруку всегда хорошо относились все, кто освещают «Тандер», как лично, так и в своих статьях.

При этом Уэстбрук показывает негативное отношение даже к тем, кого считает своими друзьями. Он может время от времени идти на контакт – участвовать в интервью в прямом эфире и на паркете. Но в раздевалке местные журналисты получают те же ответы, что и все остальные. И к ним относятся так же, как и ко всем остальным – никакого личного контакта, никого не называют по имени, ни с кем не разговаривают напрямую.

…

Не думаю, что он плохой парень. Мне кажется, что Уэстбрук во время сезона надевает маску. Когда он дает интервью, он играет роль и никогда не выходит из нее. Он хочет выглядеть угрожающе. И именно поэтому я буду задавать ему вопросы дальше, потому что он не оставляет мне другого выбора».

Фото: Gettyimages.ru/Streeter Lecka