«Из-за недосыпа и нервов стало пропадать молоко». Герасименя – о депрессии после родов
Лучшая пловчиха Беларуси рассказала о сложностях материнства.
Лучшая пловчиха Беларуси рассказала о сложностях материнства.
Фото: instagram.com/aleksandraherasimenia
Трехкратная медалистка Олимпийских игр по плаванию Александра Герасименя в сентябре стала мамой. Дочку Александра вместе с папой, тоже пловцом Евгением Цуркиным, назвали Софией. «Сегодня один из самых счастливых дней! В нашей жизни появилась Она! Софья Евгеньевна! Спасибо всем за теплые слова и поздравления! И, конечно, спасибо моему мужу Евгению Цуркину за все 9 месяцев поддержки и терпения, понимания и заботы, за то чудо, которое теперь всегда рядом! Люблю вас», – делилась Герасименя эмоциями после рождения дочери.
Однако через два месяца психологическое состояние спортсменки сильно изменилось в негативную сторону. В субботу Александра опубликовала в инстаграме фото с большой подписью с переживаниями. Крик души о «скалах реальности» Герасименя оформила с хэштегом #послеродоваядепрессия.
«Быть мамой не легко.
Я осознанно готовилась к этому событию, много читала, ходила на курсы, настраивалась морально. Как мне казалось, я готова. Но мои иллюзии о прекрасном этапе материнства жестоко разбились о «скалы» реальности. Я поняла, что стать мамой не значит быть ею.
Одной из «скал» была диета.
Никогда в жизни, исключая юношество (и то по дурости), я не сидела на диете. Я ела не много, но что хотела и когда хотела. Сейчас же, сев на жесткую диету и давясь пресными кашами и травяными чаями, мне снились жирный стейк и кофе с шоколадом! За первую неделю я потеряла 5 кг – собственно, почти все, что набрала за беременность. Я глотала слюни и тихо завидовала людям в кафешках – кроме зеленого чая, мне там взять было нечего.
Второй «скалой» оказалось отсутствие движения.
И в моральном, и в физическом плане. Несколько месяцев нахождения дома, без путешествий, почти всегда одна в четырех стенах без привычного общения и без физической нагрузки... Мне хотелось лезть на стенку и завывать!
И, наверное, самой сложной для меня «Скалой» оказался сон. Точнее полное его отсутствие.
Для меня сон всегда был на первом месте. Даже дикий голод или жажда не могли поднять меня с кровати. Не выспавшись, я была злая и угрюмая.
Первый месяц я еще держалась. Успевала убраться дома, покушать приготовить, заняться домашними делами. После стало хуже: малышка стала спать меньше, вставать чаще, плакала по ночам. Я валилась с ног уже в 8 вечера, засыпала на ходу и готова была плюхнуться в кровать и моментально отрубиться, но София думала иначе, поднимая меня каждые 15 минут. Я не понимала, чего она хочет, постоянно злилась на Софи. Она чувствовала, начинала нервничать и спать еще хуже. Затем я злилась на себя – из-за того, что злюсь на малышку. Из-за недосыпа и нервов стало пропадать молоко. Я нервничала еще сильнее – и молока становилось еще меньше. Софи стала отказываться от груди. Замкнутый круг... Финиш!
А потом мы попали в больницу. Рассказать что было дальше?»
Подписчики Александры желают спортсменки сил и помогают советами.
