Гонки «Ф-1» шикарно снимают с воздуха. Такие кадры не найти в других сериях
Зрители наслаждаются трансляциями «Формулы-1» не только благодаря первоклассным машинам, лучшим гонщикам мира и захватывающим заездам: без отличной картинки на телеэкране Гран-при воспринимались бы совсем по-другому. Могучую роль видеоматериала трудно не признать, а «Ф-1» снимают лучше, чем какую-либо другую серию мира. Ключевым инструментом производства столь впечатляющих трансляций является вертолетная камера. Официальный ютуб-канал серии поговорил с международным директором по съемкам Филом Рорком и аэрооператором Ливеном Хермансом о создании тех самых впечатляющих кадров и процессе запечатления всего гоночного действа с высоты птичьего полета.
«Камера на вертолете — реально ключевой элемент всего производства трансляции, – признал Рорк. – Важнейший инструмент не только для создания красивых кадров: фактически первые мгновения трансляции — всегда съемки с вертолета».
«Перед стартом уик-энда мы постоянно обсуждаем и расписываем желаемые кадры», – объяснил Херманс.
«Мы практикуем все нужные ракурсы на протяжении всей пятницы», – подтвердил Рорк.
«Да, практики на Гран-при не только для пилотов «Формулы-1», но и для нас, – подчеркнул Херманс. – Они дают нам нужное время для репетиций нужных ракурсов».
«Вот наша камера, – показал оператор. – Шикарная детка, позволяет нам снимать пролеты и статичные кадры даже во время маневров — когда мы резко поворачиваем или ныряем вниз. Она все равно остается стабильной».
«Здесь у нас контрольная панель, джойстик для движения камеры, для контроля приближения/отдаления съемки. Все выводится на монитор прямо перед глазами вместе с фильтром солнечного света — что очень важно, если Гран-при проходит в очень яркий день».
«Работа с пилотом очень важна — мы делаем все в тандеме и должны быть уверены, что понимаем друг друга. Пилот, конечно же, настоящий ас, но у него должен быть хороший глазомер, чтобы понимать, что я хочу и какой угол съемки мне нужен. Я могу сказать ему, но если он не поймет — он не повернет как надо».
«Ливен создает список ракурсов и предоставляет ее продюссеру Джону, который контролирует все с пульта управления. – сказал Рорк. – Моя задача — принять от него указания и вписать их в программу наиболее эстетичным образом».
«Я получаю указания от Джона с земли, – уточнил Херманс. – И тогда говорю пилоту, за какой машиной нужно следовать. Ему тогда тоже нужно посматривать за моими действиями и съемкой, чтобы адаптироваться.
Я уже несколько лет работаю оператором. Помню свою первую гонку — Гран-при в Стамбуле, я очень нервничал. Но мы отлично справились с первым заездом, сняли еще несколько — а затем закончили так весь сезон».
«Развитие вертолетной съемки принесло огромное количество динамики в трансляции! – восхитился Рорк. – Много лет назад вертолет висел в одной статичной точке и снимал один кусок трека либо делал панорамный кадр всего трека и машин.
Теперь же все стало намного динамичнее: пейзажи, рельефы, деревья. В Малайзии мы постоянно делаем шикарные сцены пальм рядом с трассой. И мы постоянно ищем что-то новое!».
«На некоторых трассах мы можем быть очень изобретательными, – заявил Херманс. – Например, мы сделали великолепные кадры с закатом — вышло просто фантастически.
Вся красота заключается в верном позиционировании камеры — такой кадр не сделать с обычного монорельса.
На производство картинки влияет множество факторов: скорость машины, скорость вертолета, окружающая среда. В один из дней может быть фронтальный ветер, в другом — хвостовой, и в итоговой скорости будет разница в 60 км/ч. Каждый день не похож на предыдущий, и надо переделывать и перерепетировать все пролеты и сцены. Природа может помешать, но пределы ее реальной опасности невысоки: мы можем летать и с низкой видимостью. Дождь влиял только на камеру старой системы: на ней оставались капельки воды, и можно было видеть, как они «пляшут» и ездят по стеклу, ведь стабилизация изображения присутствовала только внутри.
У новой камеры есть противодождевая вращательная система: она вертится со скоростью 12 тысяч оборотов в минуту, и все капли просто исчезают. Это просто невероятно».
«Мой любимый кадр с вертолета — трек в Бразилии, – признался Рорк. – На заднем плане видно озеро, повсюду видны здания, фавелы...».
«Обожаю свою работу, – согласился Херманс. – Это лучшее место в мире для просмотра гонки. Мне всегда видно, что происходит. Больше всего я люблю контроль над камерой: у меня есть возможности направить ее практически как пожелаю».
Фото: youtube.com/FORMULA 1
