Борис-бритва. Метаморфозы Бориса Дьо

«Сан-Антонио» принято называть семьей. Это уже превратилось (особенно в последние пару лет) в расхожий журналистский штамп. И, как и все штампы (а штамп — это, по сути, моментальная фотография на двухмегапиксельную камеру в мобилке), он прочно схватывает поверхность, но довольно слабо проникает в суть явления. Метафора — она и в Африке метафора, но, как ни странно, люди стали относиться к ней более серьезно, чем она того заслуживает. 

Давайте разберемся. Семья – это, по сути, очень закрытое и консервативное образование, в которое не так-то просто попасть. Вот смотрите: вы примете к себе в семью абсолютно левого чувака с улицы, только потому что вам понравилось, как он насвистывает «Постой, паровоз»? А помчитесь ли вы усыновлять проблемного подростка из детдома — не милого малыша, а именно великовозрастного толстомордого оболдуя, который к своим пятнадцати годам уже имеет несколько приводов в детскую комнату милиции и условный срок за кражу курицы из супермаркета? А? Не факт? Вот-вот. 

Больше, наверное, подойдет аналогия не с настоящей, а с мафиозной «семьей»: ты пытаешься завоевать — чаще всего по чьей-то рекомендации – доверие босса, если смог — ты полноправный член клана со всеми сопутствующими правами и обязанностями. Тебя, так сказать, «усыновляют», а ты должен оправдать доверие. Если же нет, что ж, дырка во лбу — украшение мужчины. 

Именно это «Сан-Антонио Сперс», которые не семья, а просто продуманная организация с хорошей внутриклубной атмосферой, сделали с французским центрофорвокомбогардом Борисом Бабакаром Дьо-Риффиодом. Приняли в свой клан. 

Я, как и многие болельщики «Сперс», в свое время отнесся к подписанию Дьо довольно критически. Это казалось простым заполнением ростера, да еще не без кумовства со стороны Тони Паркера, который наверняка хотел видеть в команде приятеля и партнера по сборной. К тому времени в Дьо уже почти ничего не осталось от быстроногого сухощавого поинт-форварда, важной детали в нападении одной из самых быстрых команд в истории, человека, который мог выйти на позиции разыгрывающего при росте в 203 сантиметра и оказаться первым в быстром отрыве. 

Раздавшийся вширь до бочкообразного состояния, круглоголовый, апатичный, неприятно обрюзгший Дьо уже не был «Мэджиком для бедных». Он осел на скамейке чудовищной «Шарлотты» с худшей статистикой в карьере, если не считать первых сезонов в «Атланте». Быстрые отрывы ему теперь удавались, только если преследователи поскальзывались на расплескавшемся у него с боков жире. Тренер Пол Сайлас прямо заявил, что Дьо снизил требования к себе до критических величин, а раз так, то и держать его в команде больше незачем. 

Вдумайтесь: игрока отчисляют из абсолютно худшей команды в истории лиги за низкие спортивные результаты. Это трудно комментировать; еще труднее подобрать адекватное сравнение. Это как занять последнее место на конкурсе придурков – неуважение к себе, команде и баскетболу запредельного уровня. Казалось, что Бориса Дьо ожидает судьба в лучшем случае Эдди Карри, а в худшем — несчастного Роберта Трейлора: потеря интереса к игре, прозябание в китайской или мексиканской лиге, проблемы с сердцем, забвение, пыль и паутина. 

«Сперс» спасли карьеру толстяка. 

Конечно, Бьюфорд и Попович всегда принимают решение самостоятельно – но они выглядят теми людьми, кто может прислушаться к мнению своих игроков, не считая их низшими существами без права голоса. Уверенность Тони Паркера в том, что Борис еще не закончился как игрок, наверняка повлияла на них – в этом у меня нет сомнений. Но, конечно, это не единственный и даже не главный фактор. 

«Игровая философия» – понятие трансцендентное и абстрактное, но в случае «Шпор» у него есть вполне практическое воплощение: хитрая геометрия передач с раскидыванием по периметру, альтруистичность, приоритет командного нападения, навязшее на зубах движение мяча... (Это «движение мяча» настолько часто употребляется в материалах про «Сперс», что команду проще было бы переименовать в «Сан-Антонио Боллмувментс» и уже не париться). Всем этим требованиям Дьо соответствовал в полной мере – может, он и стал громадным кабаном, но его мышление и виденье площадки остались острыми, как бритва. 

Люди сильно переоценивают способность Поповича вразумлять заблудших овец: вспомним Блэйра, с которым Поп возился несколько лет, да так и махнул рукой, в результате чего Деджуан ушел из команды злой как черт. Но на Бориса смена обстановки подействовала куда лучше увещеваний. После того, как он перешел под черно-серебристые знамена, апатию как рукой сняло. Он поработал над собой и наконец-то стал входить в раздевалку через обычные двери вместе с остальными игроками (до этого Борис пару раз выломал задом дверные косяки, застревая в проеме, после чего какое-то время пользовался грузовым лифтом). Ему уже никогда не стать тем стройным свингменом, каким он был в «Атланте», но и на бесформенного шоггота времен поздней «Шарлотты» он уже не похож. Для этой метаморфозы ему понадобилось всего ничего — четко сформулированная цель. Дьо пошел по узкому тоннелю с тускло светящим кубком Ларри О’Брайена в конце. 

«Сперс» спасли карьеру толстяка. Толстяк пару раз спас «Сперс» от очень серьезных неприятностей. Клатчевую треху (фактически геймвиннер) в четвертой игре с Далласом в этом году можно было ждать от Джинобили, от Грина, Кавая — но забил ее именно Дьо, на которого поразительным образом не обратили внимания. «Слона-то я и не приметил». 

Болельщики «Сперс» уже после первого же полноценного сезона высоко оценивали вклад Бориса в игру команды. Все остальные оценили этот вклад только в финальной серии-2013. Прорывая, выматывая первую линию шпорной обороны в лице Кавая, Леброн наконец выходил на оперативный простор... чтобы наткнуться на железобетонный противотанковый «еж» французского производства. Гедонист, плейбой, любитель женщин, божоле, рататуя с кок-о-веном под соусом ремуладе и замшевых пиджаков показал лучшему баскетболисту планеты свои клыки. 

Было бы ошибкой думать, что Дьо пользуется исключительно своими габаритами: в защите он перемещает их точно в нужное место благодаря тонкому пониманию игры, а в нападении француз и вовсе поражает изяществом, с которым он иногда забрасывает акробатические лэйапы в стиле Тони Паркера. И все же главное — не это, а то, с какой легкостью он может найти передачей партнера в любой точке площадки. Впрочем, когда нужно, он может с носорожьим упорством продалбливать слабое место в обороне противника, как совсем недавно он делал это в шестой игре с «Оклахомой». Стабильный бросок и уверенная игра спиной к кольцу – трудно представить себе более подходящего запасного именно для этой системы и именно для этой команды. Ар Си и Поп в очередной раз поверили в списанного ветерана — и не прогадали.

Впереди — второй подряд финал «Сан-Антонио» – «Майами». Как Дьо полезен в противоборстве с этой командой, он уже продемонстрировал год назад. Сейчас же он подходит к финальной серии на пике формы – значит, легкой жизни Леброну снова не видать. Закончить хотелось бы старым стишком-загадкой Маршака про отрывной календарь, чуть-чуть переделав его под нашего героя: 

Под Новый Год пришел он в дом

Таким румяным толстяком.

Но с каждым днем терял он вес,

Чтоб перстень на него налез. 

И если это сбудется — кто скажет, что толстяк этого не заслужил?