Она скрывала пол и дралась с мужиками. Выиграла 3 боя

У Татьяны Дваждовой, 22-летней жительницы Санкт-Петербурга, необычная жизнь. Она скрывала свой пол, чтобы драться с мужчинами на ринге и в околофутбольных забивах. Владимир Морозов узнал, зачем ей это нужно.

- Вы около года жили под именем Владимир Ермолаев. Боясь разоблачения, отращивали на ногах волосы и прятали грудь. Не все поймут: ради чего?

– Я добиваюсь участия в соревнованиях в мужской категории, так как выступаю против деления спорта по гендерному признаку. Это не является нормой – так же, как когда-то было принято раздельное образование. Существу­ющие категории – унизительные и ограничивающие. Единственное, чем обусловлена дифференциация, – это представления о том, что женщины физически неполноценны и не готовы конкурировать с мужчинами. Для женщин создали отдельный мир, с облегченными услови­ями. О нем говорят как о привилегии, однако без права на отказ от нее. Занимать свое реальное место среди всех не представляется возможным, а тех, кто не согласен принимать эту «истину», коллективно травят. Я проводила много времени в мужских коллективах и в итоге решила, что скрывать реальный свой пол – единственный шанс получить те же возможности и нормальное отношение.

- Сколько боев вы провели под видом мужчины?

– Пять, три выиграла. Когда получилось один раз, уже было жалко возвращаться к прежней жизни. Я чувствовала себя обычным бойцом, таким же, как все. Опыт колоссальный. На тот момент я занималась боксом меньше года. Хотела провести больше боев, но стало чересчур тяжело – роль Владимира Ермолаева невольно перетекает и в повседневную жизнь. К тому же последний открытый ринг отменился. Решила: это судьба.

- Вспомните самый безумный день в тот период.

– Наверное, первые соревнования в Москве. Ты в чужом городе, вообще не похожа на свое фото в подлинном паспорте, даже при посадке в поезд возникли сложности. Далее – взвешивание за два дня до турнира, где проверяют все документы: справки, копию паспорта, даже СНИЛС. На взвешивании со мной тренер и друг, который тоже подал заявку, – вдвоем легче пройти регистрацию. В абсолютной тишине мне задавали вопросы об опыте, возрасте и прочем. Похвалили за готовность не гонять вес и драться в категории выше – мне не хватило считаных граммов, а снять футболку я не могла. Перед соревнованиями вообще простудилась и заболела, а еще меня тошнило за полчаса до боя, наверное, из-за нервов.

- Вас допускают к боям после того, как все узнали о вашем обмане?

– Начиная с сентября я езжу почти каждые выходные на все открытые ринги Питера. Один бой выиграла, второй – ничья. Это потолок, на большее не могу сейчас рассчитывать. Ни на какие календарные соревнования меня допускать не планируют. Отделять женщин – их политика. Они скорее уйдут из спорта, чем дадут мне возможность победить мужчину или даже честно ему проиграть.

Мы с тренером постоянно выслушиваем оскорбления и угрозы, причем используют все время разные схемы и вообще ничего не стесняются. Несколько раз говорили, что предстоящий мой бой – последний. В другом случае уверяли, что моего веса нет, однако когда мы уже сами подошли к участнику явно в моем весе, он сказал, что его уже поставили в пару. В третий раз меня не допустили, зато сделали унизительный бой мужчины и женщины после закрытия соревнований и награждения, без объявления победителя, где женщина была менее опытная, чем ее оппонент. «А ты со своими убеждениями иди драться на улице», – сказали мне.

Также я рассчитывала выступить в клубе, где ранее боксировала под видом парня. Там и вовсе меня отказывались взвешивать. Спорили мы больше часа: доводы приводили самые разные, противоречащие друг другу, начиная с того, что женщина слабее мужчины и это природа, и заканчивая тем, что я слишком опытная со своими шестью боями и якобы парней моего уровня здесь нет. Со мной была подруга, которая сказала, что ее тоже оскорбляют эти слова, и нам предложили драться друг с другом. Предлагали позвонить кому-то и устроить меня в любую профессиональную лигу, продвинуть в сборную и еще много чего, лишь бы я только уехала.

Есть и те, кто не имеет предвзятого отношения, допускает к боям. Я с удовольствием езжу на их мероприятия, очень уважаю организаторов и участников. Но в целом я пожалела, что раскрыла карты.

- Вы и единоборства: как это вышло?

– Изначально меня заинтересовал околофутбол, привлекли стеночные драки фанатов. Я пошла в секцию, чтобы научиться драться и попасть в фирму. Никогда не думала, что вообще буду связана с этим по жизни. Теперь понимаю, что мой приход в этот спорт был не случайным.

- Где и как вы тренируетесь?

– В двух залах, боксом занимаюсь почти полтора года и около пяти раз в неделю. Никакой особой методики тренировок у меня нет.

- Почему вы не признаете бои женщин?

– Я не против постоять с женщиной на тренировке и считаю ее таким же партнером, как любого другого. Соревнования – иная история. Женщин стравливают друг с другом, специально ищут пару заранее. Часто вижу такие ситуации, что другой желающей выступить не оказывается, тогда участница просто уезжает. Если бы разделений не существовало, я бы спокойно дралась и выходила со всеми, но это нереально. Пока женский спорт сегрегирован, эта конкуренция не имеет никакого смысла. Те, кто пытается представить меня как не уважающую женщин в спорте, просто подменяют понятия, потому что я борюсь за другие вещи.

- Ваши слова о мужчинах: «Драться с женщиной – означает признать себя равным ей, признать ее достойным соперником, что, видимо, непозволительно для нашего общества». Об этом можно вести разговор, если вам нет равных в женском боксе. Однако вы в нем ничего не добились. Даже непобедимая Наталья Рагозина не позволяла себе боев с мужчинами.

– Нет, о том, что ты – соперник для человека своего опыта и веса, можно вести разговор просто на основании своего рождения, своей жизни и прихода в спорт. У меня не было и не будет никаких достижений в женском боксе. Бороться против системы и одновременно быть ее частью – вот что было бы действительно странно. Однако представление о том, что необходимо быть чемпионкой мира среди женщин, чтобы претендовать на то, чтобы стоять на одном ринге с каким-то новичком, мне кажется оскорбительным.А себя я вообще считаю бойцом среднего уровня, но это нисколько не мешает мне выходить на ринг. Все эти запреты и запугивания о каком-то тотальном превосходстве мужчин больше похожи на попытку скрыть свое ничтожество.Кому-то проще выступать в женской категории и получать сомнительную похвалу и одобрение общества. Тренер юношеской сборной по боксу сказал мне: «С женским боксом уже смирились и приняли как данность».

- Что хотели бы сказать мужчинам, которые не воспринимают женский бокс?

– Ничего, поскольку спорт не должен делиться на мужской и женский. А если речь идет о том, что человек в принципе отрицает возможность женщины заниматься этим видом спорта, препятствует этому, то могу только пожелать перестать бояться конкуренции и начать наконец вести себя достойно, как подобает спортсмену.Одинаковые возможности для всех людей, спорт без ограничений – это будущее, которое, надеюсь, увидят хотя бы следующие поколения.

- Вы обращались к вице-президенту Федерации бокса Санкт-Петербурга. Что вам ответили?

– Я обращалась ко многим уважаемым людям в этой среде, не буду называть их должности и имена. Среди них есть и те, кто поддерживает и признает, что система прогнила или даже была такой изначально. Но они не могут ничего сделать: активно защищая меня, они рискуют потерять работу и расположение людей. Многие предпочитают просто игнорировать.

- В своих интервью вы любите употреблять фразу «настоящая женщина». Дайте свое определение.

– Настоящая, идеальная женщина для меня – это воин и боец. Женственность я характеризую понятиями силы и боевой чести. Часто слышу, как про меня говорят, что я родилась не в том теле, но это совершенно не так.

- Цитируем: «Я могла бы жить такой же жизнью, как и большинство женщин, если бы вовремя не поняла: то, что навязывают, ничего не значит». О чем вы?

– Многие никогда не придут к тем идеалам, что есть у меня, поскольку общество требует совсем другого. И даже спорт возможен только в определенных рамках. Часто вижу, как спортсменки делают фотосессии, где они больше походят на моделей из Playboy, чем на бойцов, слышу высказывания, в которых они сами почему-то негативно отзываются о женских физических возможностях. Я их не виню, скорее испытываю жалость.

- «Я скорее за перерождение современного феминизма в подобие суфражизма XX века». Разъясните и это, пожалуйста.

– Если до весны ситуация не решится и я с моими единомышленниками, которых становится все больше, не будем услышаны, мы выйдем на голодовку возле здания министерства спорта, помимо этого будут организованы митинги. Но вообще я сомневаюсь, что какие-либо акции и разговоры что-то дадут, это не те люди. Они понимают только власть и силу, а пока я одна, этого нет. Сейчас я готова отдать и здоровье, и жизнь уже не ради себя, а ради будущих поколений, которым тоже предстоит жить в этом мире.

- Вы говорили, что получаете много писем с угрозами. Что вам пишут? Как реагируете?

- Да, писали на мейл, звонили пару раз. Требования носят пожелания уйти из спорта и прекратить заниматься ерундой. Помню, писали не давать никаких конкретных названий залов. Но больше всего угроз было связано с видео, которое я разместила в интернете. Там я веду короткую беседу с парнем, он написал оскорбительный пост про женщин в околофутболе. Съемка заканчивается, когда я заливаю его перцовым баллоном, пинаю и он начинает убегать.

- Околофутбол – отдельная глава вашей жизни.

– Да, это очень многое для меня значило. Сейчас я временно отошла от этих дел.

- Вы знаете ответ на вопрос, зачем фанаты дерутся между собой?

– У всех свои причины: кто-то ради адреналина, для кого-то это своеобразная поддержка любимой футбольной команды, кто-то воспринимает околофутбол как спорт.

- Любой человек перед вступлением в фирму проходит просмотр. Как это было у вас?

– Как такового просмотра не было. Когда попала в фирму, все уже знали, что я могу. А первая драка прошла 8 марта составом пять на пять. Помню, что был мороз минус 20, что тема была очень долгая, и что я постоянно вставала, и еще – что была счастлива.

Мое знакомство со стеночными боями произошло раньше, чем я попала в околофутбол. В Питере есть группа, которая постоянно проводит их на перчатках. В 17 лет я пришла туда в балаклаве, надеясь, что никто не поймет, что я не парень. Но организатор уже знал меня – и я просидела все стенки на скамейке, у него так и не проснулась совесть. Было глупо так сделать. Множество ситуаций отвратительного поведения я привожу в каждом интервью, и они не заканчиваются.

- Как коллектив фирмы принял в своих рядах девушку?

– Я была во многих коллективах: и лидером фирмы тоже была, и за московских ездила драться. Относились по-разному: кого-то я могу назвать своими, они хорошо ко мне относятся. А так вам любой скажет, что околофутбол – это среда, где ненавидят женщин.

- История из околофутбола, о которой вы будете помнить всю жизнь.

– Таких много. Тема с псковскими фанатами – пример достойного поведения человека. Когда мы приехали на место, они стали говорить, чтобы я ушла из состава, хотя этот забив был организован благодаря мне. Все, кто был с моей стороны (восемь человек), решили снять футболки и просто усаживаться по машинам – отказывались с ними драться из-за такого хамства. Я в тот раз настояла, чтобы мы все-таки вышли, – мне было жаль, что люди зря проехали 2,5 часа на машинах.

Один раз я должна была просто снимать молодых ребят на забиве, стоять не планировала – всю ночь не спала, отмечали день рождения. В итоге половина народу не приехали, лидер сказал мне встать. Я смыла глаза, подведенные подводкой, стрижка уже была короткая: оппоненты думали, что я обычный парень.

Накрывы запоминаются: в баре встретили оппонентов один раз. Еще в центре города как-то шли втроем после зала, на нас прыгнули превосходящим составом. Честно, мы тогда побежали, но все равно всех догнали. У меня негативных воспоминаний об этом нет, наоборот, думаю обо всех ситуациях с улыбкой. В зале, было дело, меня накрывали в составе 30 человек, но там не на «цветах» все было основано, а на личном конфликте. С этой конторой у нас планировалась совместная тема, но за неделю до встречи они отказались, обосновав тем, что не будут стоять в одном ряду с женщиной. Я собрала состав, чтобы накрыть их за это, но они сделали это чуть раньше, а после представили меня врагом движения.

- Вы говорили, что самые серьезные травмы получали на улице. При каких обстоятельствах?

– На забиве ломали ребра – это, наверное, самое серьезное.

- У вас есть татуировки чуть выше локтей – «Горю изнутри» и «Отомщу за все». Что они значат?

– Они связаны с системой спорта и с тем, через что мне довелось пройти в жизни. Под местью подразумевается рассказ всей стране и всему миру о том, на чем действительно основана эта лицемерная система. Каждое действие, каждый новый единомышленник приближают ее конец. Ну и я свои границы всегда отстаивала как могла: и дралась, и нож применяла.

Фото: Мария Гельман

Текст опубликован в журнале «Большой спорт»

Другие материалы автора:

Светлана Кузнецова: «“Сколько стоит ваш проигрыш?” – самый популярный вопрос теннисистам»

Как уйти из журналистики в агентский бизнес и пережить два покушения