В футболе все еще есть тайные трансферы – игроков покупают не только клубы. ФИФА пока бессильна

В июле 2016 года Сэм Эллардайс возглавил сборную Англии (и даже успел выиграть один матч), а в сентябре журналисты The Telegraph под прикрытием вытащили тренера на разговор.

Они представились работниками азиатской компании, которая очень хочет покупать права на футболистов и зарабатывать на трансферах. Тренер за 400 тысяч фунтов в год предложил помощь в оформлении сделок – и так, чтобы у Футбольной ассоциации Англии не было претензий. 

Впрочем, спустя пару недель Эллардайса уволили, оставив единственным тренером в истории сборной со стопроцентным результатом (у него 1 победа в 1 матче). FA объяснила, что такое поведение для тренера сборной неприемлемо, а сам Большой Сэм ничего не оспаривал.

После этой истории не осталось никаких сомнений: с футболом явно что-то не так, в его темных углах неизвестные продают и покупают игроков, перекладывая миллионы из кармана в карман. 

***

Что не так с продажей прав на игроков третьим лицам? Почему это запрещено? Отвечает бывший президент УЕФА Мишель Платини. 

«Владение прав на игроков третьими лицами – это современная форма рабства, – уверенно рассуждал Мишель Платини, когда был президентом УЕФА. – Я очень старался повлиять на ФИФА, чтобы был введен запрет на владение правами на игроков третьими лицами. Это ужасно, когда в наши дни одна рука футболиста принадлежит какому-то человеку, правами на левую ногу обладает какой-нибудь пенсионный фонд, находящийся неизвестно где, а правая нога принадлежит еще кому-то. Это позор».

Если убрать лирику и эмоции, то вот четыре главных претензии к этой схеме.

•‎ Возможные конфликты интересов (например, у владельца одного клуба есть процент от продажи игрока из другого клуба. Чему он будет больше лоялен – клубу или возможности повысить трансферную стоимость футболиста?).

•‎ Возможная зависимость и влияние третьих лиц (влияние инвесторов может вырасти так сильно, что они будут продавать игроков каждые полгода. В таком случае связь футболистов и фанатов растворится, игроки будут проводить в клубах не больше года, что тогда останется от традиций?).

•‎ Влияние на ценообразование (у агента есть процент от продажи игрока, он помогает клубу в поиске футболистов, а также работает советником в инвестфонде. Будет ли он продвигать своего футболиста?).

•‎ Этика (люди становятся предметом спекуляций и лишаются самостоятельности).

Покупать права на игроков в обход клубов придумали в Южной Америке – и это даже помогало развитию футбола

А теперь давайте на конкретных примерах. 

Владение игроков третьими лицами (TPO – Third-party ownership) пользовалось популярностью в Бразилии и Аргентине – вы наверняка помните, как при трансфере Неймара в «Барселону» «Сантос» получил что-то в районе 50 миллионов евро, хотя весь трансфер обошелся «Барсе» в 88 млн, а остальные деньги достались фондам: семейному и стороннему.

Нюансы сделки не понимали даже правообладатели – в частности, фонд DIS Esporte чувствовал себя обманутым. Они рассчитывали на 40% от общей суммы трансфера, а не от 17 млн. Но вопросы к сделке есть и у испанской прокуратуры, финальная точка в деле не поставлена до сих пор. Под обвинениями сам Неймар (прокурор требует два года тюрьмы), его отец (тоже два года), а также бывший президент «Барселоны» – Сандро Россель (пять лет). 

Зачем вообще кто-то покупает права на футболистов? И зачем клубы их продают сторонним компаниям?

Все очевидно.

Во-первых, так пытались заработать на молодежи агенты. Они с детства вели самых талантливых футболистов и либо сами покупали на них экономические права, либо добивались этого через инвестиционные компании, а потом влияли на клубы своих клиентов.

Во-вторых, так зарабатывали и сами клубы, в первую очередь – те, которые заточены на рост и продажу игроков. Когда они понимали, что не тянут зарплату игрока, то просто шли к инвесторам и продавали часть экономических прав на дорогостоящих футболистов. Получали деньги прямо сейчас и делились будущими доходами. В случае успешного трансфера в топ-лигу или в топ-клуб выигрывали и те и другие.

Такой метод владения футболистами был очень популярен и в Европе – например, в направленной на экспорт Португалии. На момент запрета ТРО у «Спортинга» 100% экономических прав было только на треть игроков команды, у «Порту» – на 12 человек, у «Бенфики» был собственный фонд, через который продали экономические права на 13 футболистов.

Переход Маскерано и Тевеса встряхнул АПЛ. «Вест Хэм» купил футболистов, но мог потерять их в любой момент – клуб никто бы не спросил

Известнейший пример трансферов с участием третьих лиц – переход Карлоса Тевеса и Хавьера Маскерано в «Вест Хэм» в 2006-м. Их привез агент Киа Джурабчиан, который, впрочем, не обладал тогда лицензией. Так как это не особо регулировалось, Джурабчиан просто особо не светился, но фактически ему принадлежала часть прав на Маскерано и Тевеса – Киа был руководителем инвестиционного фонда MSI, которому принадлежали аргентинские звезды. 

Как так получилось? Фонд в 2004 году подписал с проблемным на тот момент «Коринтианс» 10-летний контракт о партнерстве. Но по факту оказалось, что инвесторы получали контроль над клубом: покрывали долги (чуть больше 20 млн евро) и почти столько же давали на расходы, но с одним условием – 51% от всех трансферов на выход достается MSI. 

Кстати, в 2007 году бразильская прокуратура связывала с «Коринтиансом» и Джурабчианом российского олигарха Бориса Березовского (и у нас был про это текст). Считали, что через «Коринтианс» и MSI он отмывает деньги (в денежном маршруте MSI – «Коринтианс» существовали еще и офшоры). Причастных даже объявили в розыск по линии Интерпола, но через год ордер на арест Джурабчиана отозвали, а в 2014-м дело закрыли за отсутствием состава преступления. Правда, Березовский не дожил до этого момента – за год до этого его нашли мертвым в своем доме в Лондоне.

«Коринтианс» разорвал контракт с MSI в 2007-м, а через год рухнул во второй дивизион. Тогда Джурабчиан увез своих клиентов в «Вест Хэм» – а там только и были рады перспективным новичкам. Как вспоминают источники The Athletic, все подавалось как свободный трансфер, «Вест Хэм» скрыл от FA, что в переходе замешаны третьи лица (они получили около 12 млн фунтов). Уже в те годы в Англии действовало четкое правило: только клубы могут распоряжаться правами на футболистов. Позже выяснилось, что в сделке «Вест Хэма» с Тевесом прописали нарушающее этот пункт условие: у MSI было решающее право голоса по сумме будущего трансфера и возможность забрать игрока, если «Вест Хэм» не идет на нужные условия.

Маскерано не вписался в игру Алана Пардью, провел всего 5 матчей и уже зимой ушел в аренду в «Ливерпуль» (тем пришлось запрашивать разрешение на его дозаявку у ФИФА, потому что в ходе сезона-2006/07 он сыграл за две команды), а чуть позже «красные» его выкупили.

Тевес же доиграл сезон до конца и даже своим голом спас команду от вылета, а потом ушел в «МЮ». Все это протекало на фоне громкого расследования FA – в ассоциации напирали на то, что договор «Вест Хэма» с MSI нарушает «целостность соревнования» и влияет на трансферную политику клуба. Лондонцев оштрафовали на 5,5 млн фунтов и на этом отстали. Больше всего возмущался «Шеффилд Юнайтед», который тогда остался 18-м. Он добивался снятия очков с «Вест Хэма», но в итоге клубы согласились на мировую: лондонцы выплатили 15-18 млн фунтов вылетевшим йоркширцам в течение 5 лет. И вряд ли бы те согласились, если бы знали, что вылетают из АПЛ на долгие 13 лет.

Реакция на дело Тевеса и Маскерано – полный запрет FA на владение третьими лицами прав на игроков с 2008 года, до этого третьим лицам запрещалось только влиять на клубы. Общемировой запрет ввели с 1 мая 2015-го. 

Под третьими лицами подразумевается любое физическое или юридическое лицо, кроме клубов-участников сделки, предыдущего клуба игрока (это сделано для учета компенсаций) и самого игрока. 

Последний пункт может вызывать вопросы, но тут все довольно просто. Речь о случаях, когда футболисту при подписании контракта предлагают процент от суммы последующего трансфера. Юридически это работает именно так: если клуб договаривается с футболистом при подписании договора, что от суммы его дальнейшей перепродажи он получит 10%, то ему отходят 10% экономических прав на себя. Но влиять на итоговую сумму сделки он, разумеется, не может. 

Но действительно ли работает запрет? УЕФА даже заказал исследование, чтобы все проверить

И выяснил, что, конечно, ничего не работает.

В мире нет никого хитрее человека! На каждый новый футбольный (и не только) запрет придумывается новый вариант обхода. В 2018-м УЕФА уже без Мишеля Платини с помощью Центра футбольных исследований (CIES) проверил,а действительно ли проблема ушла? Главный тезис неопубликованного в итоге отчета звучал так: «Владение третьими лицами прав на игроков – это твердая и стабильная реальность».

Существует несколько вариантов (их описывали BBC и итальянский юрист Стефано Мальвестио).

1. Кто-то просто работает по-черному (без документов, на договоренностях).

2. Серая схема через тот самый пункт о правах футболиста на себя. Дело в том, что, в отличие от клубов, футболист не обязан передавать информацию, кому и в каком виде принадлежат на него права и – что самое важное – избегает жестких финансовых проверок. Поэтому игроки часто идут на сделки с теневыми дельцами, но редко понимают риски, отмечал Мальвестио.

3. Некоторые агенты/инвесторы покупают акции клуба – и получают долю от последующей продажи футболиста. 

4. Денежный займ клубу от инвестора/агента. Клуб при продаже футболиста возвращает этот займ с процентами, а процент зависит от стоимости продажи и включает в себя часть от этой суммы. 

Как говорят авторы доклада, главная проблема именно в нечистоплотности большинства агентов, а клубы здесь скорее жертвы. Намерения провести чистую сделку гасятся одним предложением: «Не заплатите вы, заплатит кто-то другой». Но в то же время такое поведение агентов провоцирует такое же поведение руководителей клубов – они просят обратный откат, а деньги выводят в офшоры.

В докладе отмечается, что подобные схемы формируют круг элитных посредников. То есть клубы перестают доверять игрокам – поэтому готовы сотрудничать с более крупными агентами. И это наносит ущерб посредникам, которые работают по-белому.

ФИФА понимает, что меры не работают. И придумывает новые ограничения

Футбольные боссы пока не могут придумать ничего лучше политики запретов всего подряд. Их главный враг – агенты. В 2019-м (посчитаем доковидный год, чтобы понимать масштаб) комиссионные посредников составили 653 миллиона долларов (данные ФИФА). При общем рынке в 8 млрд. Эти цифры пугают ФИФА и провоцируют на новые шаги. Вот два недавних. . 

1. Запретили агентам удерживать процент от будущей суммы трансфера игроков.,

2. Ограничили агентские комиссионные (запрет на лимит в 10% должен вступить в силу в 2021 году). По прогнозам Стефано Мальвестио, это вряд ли повлияет на темные сделки, разве что приведет к появлению новых схем обхода.

УЕФА, кажется, думает более изящно, но пока без особой пользы. Вот предложения авторов отчета: максимально обелить агентский бизнес и создать что-то вроде расчетной базы, куда бы заносили все-все выплаты посредникам. И такой центр действительно начали создавать в ФИФА (но независимо от отчета).

Правда, пока деятельность этого центра затрагивает только выплаты за молодежь – а вот агентские компенсации планируют туда включать только в будущем. Как это будет работать и будет ли работать вообще, неясно. 

Среди других предложений авторов отчета: не выдавать агентскую лицензию судимым раннее и создать следственный орган для рассмотрения споров и проверки движения денежных переводов, ввести строгую систему санкций и создать образовательную программу.

Пока больше похоже на абстрактные тезисы и борьбу ради борьбы.

Запрет ФИФА сломал трансферную политику «Порту», которой восхищалась вся Европа

Неудивительно, что клубы часто попадаются на нарушениях ТРО: «Сантос», «Порту», «Севилья», «Сельта», «Райо Вальекано», «Спортинг», «Бенфика» и даже катарский «Аль-Араби» (и это еще не полноценный список).

Во многих трансферных сделках этих клубов присутствовали третьи лица. Правда, сверхсерьезных санкций ФИФА не применяла – в основном штрафы в пределах 150 тысяч франков и, разумеется, требование переподписать соглашение.

Но самый интересный кейс был с «Порту». Португальский клуб, который активно использовал эту практику, пошел против ФИФА в деле полузащитника Яссина Браими. Его подписали в 2014-м с помощью фонда Doyen Sports (который, например, ведет дела Сержиу Консейсау). 

Сообщалось, что «Порту» продал 80% прав на алжирца Doyen Sports, в результате у инвестфонда были права на будущую перепродажу, в том числе если бы «Порту» отклонил предложение о трансфере. Клуб уверял, что не давал Doyen никаких полномочий распоряжаться будущим игрока.

ФИФА же нашли в сделке попытку «влияния на независимость клуба и его политику в вопросах, связанных с трансферами». Суд продолжается, однако тот же Doyen Sports уже проигрывал ФИФА в этом вопросе, представляя льежский клуб «Серен».

«Порту» вообще прекрасный пример синергии с инвестфондами. Португальский клуб привозил молодежь из Южной Америки за копейки, доводил ее до уровня топ-чемпионатов и продавал за десятки миллионов евро. Причем почти не тратили собственные деньги. Как правило, португальцы покупали незначительную долю экономических прав, а остальное оставляли инвестфондам. 

И вносили в договор с третьими лицами очень важный пункт: «Порту» может увеличивать долю в согласованные сроки за определенную сумму. Это позволяло постепенно повышать собственный процент экономических прав на футболиста и выгодно продавать его. Во-первых, так «Порту» снижал риск ошибки при трансфере (его почти полностью брали на себя третьи лица), во-вторых, оставался в профите даже после выкупа игроков у инвестфондов: суммы, за которые они повышали процент, легко покрывались будущими доходами.

Тотальные запреты точно не помогут, а сделают хуже – богатые станут еще богаче, бедные разорятся

Пожалуй, самый интересный вопрос: а действительно ли TPO убивает футбол? Без сомнений, бесконтрольная продажа прав на футболистов вредит – и у третьих лиц действительно получается влиять на определенные клубы. Но в этих схемах были и плюсы – как ни странно, они тормозили расслоение в топ-футболе. 

Вряд ли бы «Вест Хэм» смог бы себе позволить Тевеса без фонда MSI. Клуб заплатил всего 12 млн, а АПЛ избежала обвинений в подрыве трансферного рынка. В нынешних условиях Маскерано и Тевес ушли бы в топ-клуб.

Как говорит автор книги Done Deal Дэниэл Ги, уход TPO с рынка может привести к гигантской пропасти между богатыми и бедными. Понятно, «ПСЖ» и «Сити» и так могут позволить себе кого угодно, но для многих сотрудничество с фондами – способ держаться на топ-уровне и развиваться. «Порту» – ярчайший пример, ведь еще недавно медиа восхищались их трансферным балансом, а теперь ФИФА видит в «Порту» злостного нарушителя.

Ги предполагает, что новые ограничения притормозят прогресс многих футболистов. Маленькие клубы больше не рискнут вкладываться в молодых (ведь придется вкладывать свои собственные деньги, а гарантия успеха небольшая) и переключатся на бюджетные варианты – проверенных футболистов среднего уровня без особых перспектив. По наблюдениям автора Done Deal, любая сделка по футболисту – высокий риск. И разделение рисков может помочь, ведь в случае прогресса в выигрыше останутся все. А если что-то не сработает, то каждый возьмет потери на себя.

Авторы исследования «Действительно ли уместен запрет TPO в футболе?» Флориан Ведлих, Тим Хербергер и Андреас Элер с этим согласны. Они предлагают:

•‎ вместо запрета ввести регулирование (например, инвесторам не следует разрешать инвестировать в футбольную компанию и одновременно участвовать в соглашениях TPO в отношении конкурента компании).

•‎ игрокам нужно помогать решать самостоятельно – без влияния инвесторов и агентов. Это поможет уменьшить их зависимость от третьих лиц, например, с помощью правовых ограничений.

•‎ максимальная прозрачность: чтобы все заинтересованные сделки при потенциальном соглашении о TPO знали все и обо всем. Для этого нужно регистрировать все сделки в базах данных федераций.

Похожая точка зрения и у юриста Стефано Мальвестио. Он тоже полагает, что владение третьими лицами просто нужно регулировать: «Их нужно регистрировать в базе, тем самым возлагая на них обязательства по соблюдению правил трансферов». Мальвестио добавляет, что влияние TPO в ближайшие годы будет только расти, а ФИФА и УЕФА и местные федерации замучаются мониторить рынок в поисках темных схем. 

Подытожим: владение прав на игроков третьими лицами может навредить – но если его использовать бесконтрольно. Если же его регулировать – оно даже может помочь, особенно небольшим клубам.

Футбольный рынок дико сложный: топ-клубы путаются в правилах, а игроки не знают свою зарплату

Фото: Gettyimages.ru/ Christopher Lee / Staff; globallookpress.com/ Global Look Press/Keystone Press Agency, Marco Alpozzi, Global Look Press/Keystone Press Agency, imago sportfotodienst, Attila Volgyi