Система Вальтера. Самый бедный клуб бундеслиги несется в Лигу чемпионов

Денис Романцов съездил в Аугсбург, чтобы выяснить, как команда с семнадцатым бюджетом бундеслиги сводит с ума всю Германию.

Один из старейших городов Германии, точнее – второй после Трира, на каждом заборе кричит о скорых гастролях «Московского цирка». Афиш так много (собственно, других афиш особо-то нет, а эти – на каждом углу), что даже интересно стало – что ж за цирк такой. Оказалось, один предприимчивый парень из Мюнстера набрал русских артистов, живущих в Германии, и колесит с ними по небольшим городам – пышная вывеска (там же сообщается, что эти «московские циркачи» еще и Top-Artistik) гарантирует аудиторию.

В субботний полдень цирк в Аугсбурге – прямо на улице. На центральной площади раскинулась рождественская ярмарка, а значит обычное предматчевое пиво болельщики могут отлакировать глинтвейном и апельсиновым пуншем – на выбор или вместе. «Аугсбург» выиграл пять последних домашних матчей подряд, но в субботу к нему приехал помпезный сосед – «Бавария», которая в чемпионате уже давно нигде и никому не проигрывала, так что избежать болельщицких пикировок было невозможно.

Протекали они в творческом русле.

Местом паломничества болельщиков первой и третьей команд Германии по состоянию на 13 декабря стала центральная площадь Аугсбурга, которую уже четыреста лет украшает элегантная Старая Ратуша. На ее фронтоне – шишка итальянской сосны пиния (внешний облик Аугсбурга формировался под влиянием итальянского Возрождения), а слева – семидесятиметровая башня Перлахтурн, ровесница Ратуши.

Матч с «Баварией» – первый домашний для местного клуба после третьего декабря: когда демиург сегодняшнего «Аугсбурга» Вальтер Зайнш, одетый в красно-бело-зеленую майку клуба и строгий пиджак, сказал на собрании акционеров: «Буду краток: сегодня мой последний рабочий день в клубе. Я уже старый пень. Вы освобождаетесь от меня, а взамен получаете молодого привлекательного мужчину». Молодого привлекательного мужчину зовут Клаус Хоффманн, он владелец Minimax Viking — ведущей компании в области противопожарной защиты. Пока он принимает дела, фанаты «Аугсбурга» вывешивают баннер с благодарностью уходящему президенту.

«У него сердце размером с канистру бензина. Он и архитектор «Аугсбурга» – тот, кто своими инвестициями вытащил клуб наверх, но и он же его главный фанат – тот, кто пьет пиво и жует сосиску на фанатской трибуне. Когда на «Аугсбург» ходило 500 человек и мы играли в третьей лиге, он уже грезил бундеслигой и новым стадионом – рассказал в интервью 11 Freunde исполнительный директор «Аугсбурга» Вальтер Зианос. – Самым веселым временем за 14 лет работы Вальтера в Аугсбурге были полгода, на которые его жена уезжала в Австралию. Помню, он пришел к нам и сказал: «Однако, ребята, сегодня мы напиваемся как следует». Но Вальтер плохо переносит шнапс и после двух рюмок его пришлось заносить в такси».

Вальтер Зайнш – 73-летний буддист, отец шестерых приемных детей и трех родных. В конце девяностых Вальтер разбогател, продав две текстильные компании, которые создавал со своей второй женой Ингрид, и осел в предгорьях Альп, в Линдау, на берегу Боденского озера. Он собирался читать, воспитывать детей и смотреть на горы, но протянул в пенсионном режиме всего пару недель. Зайнш стал придираться к жене насчет продуктов, которые она бросала в кастрюлю, достал домашних своей придирчивостью, так что, как сам Вальтер рассказал потом Die Welt, визит представителей «Аугсбурга» с предложением сотрудничества спас его брак.

«Я был футбольным гением, но девушки и алкоголь отняли все мое время», – обрисовал себя однажды Вальтер. Первую попытку сублимировать любовь к футболу Зайнш предпринял двадцать лет назад, когда баллотировался на пост президента «Шальке». Баллотировался безуспешно – заседание наблюдательного совета «Шальке» перетекло в ночь и затянулось на десять часов, а атмосфера накалилась настолько, что дошло до потасовки между кандидатами. (Победил в итоге владелец мясокомобината Бернд Теннис, но всего через несколько месяцев он скончался во время операции по трансплантации почки, а президентом «Шальке» стал его брат Клеменс).

В 1999-м Зайнша пытались раскрутить на финансовую помощь маленькому швабскому клубу «Ройтлинген». Зайнш уже решился было строить там новый стадион на 35 тысяч, но почуял излишнюю корысть со стороны городских властей и вышел из проекта. Наконец, в ноябре 2000-го Вальтер взялся за «Аугсбург» – клуб вышвырнули за долги в четвертый дивизион, и смыслящий в бизнесе футболоман был там как раз кстати. Зайнш договорился о реструктуризации долга в 4 миллиона евро и стал вкалывать, чтобы возвести клубу новый стадион, который генерировал бы доходы и помогал выбираться из долговой ямы. Спустя десять лет Зайнш избавил бюджет «Аугсбурга» от дефицита и уже четыре сезона демонстрирует положительное сальдо, а его правую руку, бывшего менеджера клуба Андреаса Реттига повысили до гендиректора немецкого футбольной лиги.

Стадион «Аугсбурга» (уже три года он зовется SGL-Arena, а сначала был «Импульс-Ареной») – километрах в восьми от центра, даже не на окраине, а за чертой города, по пути на стадион вам попадется перечеркнутая табличка с надписью Augsburg – после нее шагать еще минут десять.

«Аугсбург» продает 96 процентов билетов – в клубе хвастаются, что к ним теперь ездят даже болельщики «Баварии» (от Мюнхена – меньше часа на поезде), которым не достается билетов на «Альянц-Арену», но на одного из лидеров бундеслиги посмотреть охота. На стадионе, где почти не бывает свободных мест, и атмосфера соответствующая.

Новая арена появилась у «Аугсбурга» пять лет назад, после того как Зайнш провозгласил: «Прежде, чем рваться в элитную лигу, нам нужен элитный стадион». «Импульс-Арена» стоила 47 миллионов евро и стала подходящей взлетной полосой для отправки в первую бундеслигу. С бывалым вратарем Симоном Йентчем, толковым снайпером Михаэлем Турком и юрким распасовщиком Ибраимой Траоре «Аугсбург» дошагал до третьего места, но в стыковых матчах за право вселиться в первую бундеслигу уступил «Нюрнбергу». Зато в следующем сезоне «Аугсбург» Йоса Лухукая прискакал к финишу вторым, во многом благодаря классным летним закупкам – например, Паула Верхага, нынешнего капитана команды и бронзового призера чемпионата мира, «Аугсбург» рекрутировал в «Витессе» еще тогда, летом 2010-го, выступая во второй бундеслиге.

Вальтера Зайнша не было на построенном им стадионе, когда «Аугсбург» впервые в своей истории продирался в элиту. Через полгода после открытия «Импульс-Арены» Зайнш признался, что страдает от депрессии и переутомляемости и ему жизненно нужен покой. На стадионе он мог высидеть в лучшем случае тайм, а затем отправлялся гулять в лес или закрывался в кабинете. Это началось еще в региональной лиге: Зайнш уходил со стадиона из-за чудовищного волнения, а после матчей даже боялся спросить счет и пытался угадать его по лицам бредших домой болельщиков – в этом он признался два года назад Frankfurter Allgemeine. Когда «Аугсбург», обыграв «Айнтрахт» 2:1, хлынул в бундеслигу, Зайнш примчался-таки на трибуны и накачался пивом с фанатами. Для Зайнша в этом нет ничего особенного – однажды, после тусклого гостевого поражения «Падерборну», он на четыре часа загудел с фанатами «Аугсбурга» на обратном пути в вагоне-ресторане, пел с ними народные песни и неслабо встревожил полицию. С фанатами у Зайнша особые отношения – почти всех он знает лично: после победы в дерби на «Мюнхеном-1860» во второй бундеслиге он внезапно показал им средние пальцы. Фотографы чуть не выронили аппаратуру, когда убедились, что Зайнш адресует этот жест именно болельщикам своей команды, а разгоревшийся скандал Вальтер потушил в своем стиле: «Да это мои знакомые ребята – я их так с победой поздравил».

Из-за проблем со здоровьем Зайнш переехал из Аугсбурга в вестфальский Мюнстер, чтобы лишить себя физической возможности каждое утро срываться на работу и торчать там до ночи – насильно заставил себя отдохнуть. Зайнш полвека скрывался на работе от детских воспоминаний – в интервью 11 Freunde он рассказывал, что его отец был нацистом и оставался им после Второй мировой войны. Лишившись власти и легитимности, отец истязал жену и двоих детей, а так как жили они вчетвером в одной комнате, все детство и юность Вальтер захлебывался ежедневным, ежеминутным кошмаром, от которого бежит до сих пор.

Первые деньги Зайнш заработал в десять лет, когда вытаскивал свинец и медь из разрушенных домов в Бонне и сбывал их торговцу подержанными товарами. В 14 лет Зайнш бросил школу, устроился в универмаг и с тех пор работал в среднем по 70-80 часов в неделю: «Я был не так привлекателен и мне поскорее нужно было заработать на мопед, чтобы найти девчонку».

Первые два сезона в бундеслиге выдались для «Аугсбурга» турбулентными – в этих чемпионатах «Аугсбург» добыл по восемь побед (столько же, сколько и в первом круге-14/15, который еще продолжается) и весной прошлого года был близок в вылету. У «Аугсбурга» было поровну очков с «Фортуной» и ужасная разница мячей, при этом у «Фортуны» оставалась только игра с решившим турнирные задачи «Ганновером». Тогда Зайнш открыто прибег к стимулированию: «Если игроки «Ганновера» победят, то получат 20 молоденьких девочек». В итоге игроки «Ганновера» забили «Фортуне» три безответных мяча, а «Аугсбург» остался в бундеслиге.

Зайнш признавался, что его цель – не вернуть вложенные в «Аугсбург» деньги и даже не увидеть «Аугсбург» в Лиге чемпионов, хотя к этому все идет, а добиться солидарности, единения между игроками, болельщиками и менеджерами команды, чтоб все они были вместе, какие бы ни были у них цвет кожи, вера и зарплата. Самым активным помощником Зайнша в борьбе с расовой дискриминацией стал опорный полузащитник «Аугсбурга» Даниэль Байер. Он собирает школьников в детской комнате SGL-Арены и рассказывает им о различных формах повседневной дискриминации. На одном из занятий Байер включил детям видео, на котором Самэль Это’О покидает поле из-за расового оскорбления, и предложил им самим разобраться – как себя нужно вести в подобных ситуациях.

Нравственный идеализм не мешал Зайншу в бизнесе. До прошлого лета «Аугсбург» не тратил на футболистов дороже миллиона евро (первым стал Рауль Бобадилья – на его трансфере «Базель» заработал полтора миллиона) и с худшим бюджетом в бундеслиге (19 миллионов евро) дорвался весной до восьмого места, попутно прервав 53-матчевую беспроигрышную серию «Баварии», хотя состав команды не сильно отличался от того, что играл на «Импульс-Арене» во второй бундеслиге – Ферхаг, Кальсен-Бракер, Байер, Вернер, Мельдерс.

Кеды, джинсы, свитер, пуховик – у команды с таким простеньким составом и тренер подходящий. Он не кипит во время матчей, как Юрген Клопп, не щеголяет в приталенном пальто, как Гвардиола, он тих и внешне зауряден. В девяностых Маркус Вайнцирль четыре года пыхтел во второй команде «Баварии». Трапаттони и Хитцфельд привлекали его к тренировкам с основой, как-то даже в заявку включали, но выход на поле оставался безнадежно далеким. В двадцать пять Вайнцирль рванул за игровой практикой в «Штутгартер Киккерс», но через несколько лет драматично травмировал колено и завязал с футболом.

Франк Вормут, руководитель тренерского курса 2011 года, говорил ученикам: «Из вас от силы двое-трое пробьются наверх». Когда произносились эти слова, в аудитории сидели Роджер Шмидт, будущий тренер «Байера», Саша Левандовски, его будущий помощник, Тайфун Коркут, будущий тренер «Ганновера», Маркус Гисдоль, будущий тренер «Хоффенхайма», Томас Шнайдер, будущий ассистент Йоги Лева в сборной, ну и Маркус Вайнцирль.

В следующем за словами Вормута сезоне Вайнцирль вывел «Ян Регенсбург» – команду с одним из самых сирых бюджетов в третьей лиге – во вторую бундеслигу. Когда Вальтер Зайнш выбирал преемника Йоса Лухукая, он знал, кого позвать к себе, в самый малообеспеченный клуб бундеслиги. Еще Вайнцирлю предлагали тренировать молодежку «Баварии», но отказываться от шанса окунуться в бундеслигу было глупо – пусть эта затея и казалась утопичной: с Лухукаем «Аугсбург» финишировал четырнадцатым и потерял почти всю полузащиту – Беллингхаузена, Ндженга, Хосогаи и Лоренсо Давидса, а чуть позже – основного центрального защитника Санко. У них просто закончились контракты – потеряв пол-основы, «Аугсбург» не получил ни евро. Усиление искали где придется, вплоть до третьей лиги – так, например, зимой в Аугсбурге возник Андре Хан, купленный у «Киккерс Оффенбаха» за 250 тысяч евро. В обороне Вайнцирлю пришлось положиться на эстонца Клавана, которого за те же деньги подобрали в АЗ, где тот сидел под Мойсандером и Фиргефером, в опорной зоне всплыл Кевин Фогт, купленный в «Бохуме» за шестьсот тысяч. И в своем первом круге в бундеслиге Вайнцирль одержал со всеми этими отличными парнями одну победу.

Но надо знать Зайнша – это он сказал однажды про своего тренера: «Я не уволю его, даже если он проиграет 34 раза в сезоне. Для меня он лучший». Говорил Зайнш про Йоса Лухукая, но, по сути, применил эти слова и к Вайнцирлю. Зайнш оставил его на второй круг, призвав на подмогу опытного спортивного директора Штефана Ройтера, Ройтер выудил из третьей лиги Андре Хана, Хан стал лидером атаки и в следующем сезоне забил дюжину голов, а, продавшись летом Гладбаху, принес «Аугсбургу» десятикратную прибыль. 

Хотя преображение «Аугсбурга» связано не только приходом Ройтера и Хана. После первого полугодия в бундеслиге изменился и сам Вайнцирль. Он, например, ввел правило, по которому игроки должны собираться в раздевалке за час до тренировки – чтобы проводить вместе как можно больше времени. Центральный защитник «Аугсбурга» Ян-Ингвер Кальсен-Бракер рассказал, что после серии неудачных матчей Вайнцирль отвел команду на хоккей, на аугсбургских «Пантер»,. Игроки развеялись, отвлеклись и начали набирать очки. Летом Вайнцирль на целые выходные возил команду в баварский парк развлечений, где игроки прыгали на батуте, катались на американских горках, плавали и соревновались в тире – короче, знатно угорали вместе, становясь друг друг все более близкими людьми. (В результате эта дружба простирается далеко за пределы регулярного сезона – например, в июне левый вингер «Аугсбурга» Тобиас Вернер нарядился в форму сборной Голландии и в таком виде записал видеообращение к капитану клуба Паулу Верхагу, которому предстоял дебют на чемпионате мира в Бразилии – и сразу в плей-офф, против Мексики).

А самое главное – Вайнцирль изжил комплекс новичка, который излишне осторожничает, чтобы не допустить ошибку, и оттого допускает их еще больше, пристрастив игроков к смелому, инициативному футболу. К субботней игре с «Баварией» «Аугсбург» подошел на третьем месте и вместо того, чтоб засушить игру в надежде на ничью, которая сохранила бы команду в зоне ЛЧ, игроки Вайнцирля принялись прессинговать «Баварию» на ее половине поля, а часто – даже при розыгрыше мяча между Нойером и центральными защитниками у штрафной – и в итоге Тобиас Вернер получил два неплохих шанса забить, но оказался неточен. «Бавария» давила не слабее, но вратарь «Аугсбурга» Алекс Маннингер (почти ровесник Вайнцирля) спокойно отбивал все, что летело в его сторону. Так продолжалось почти час, но без ключевого защитника Кальсен-Бракера «Аугсбург» не мог держаться вечно – за десять минут «Бавария» забила трижды. После третьего гола Арьен Роббен протянул руку Маннингеру, помог ему подняться и лишь затем побежал поздравлять Левандовского – через пару минут Роббен забил четвертый мяч.

Схожее благородство месяц назад проявил Тобиас Вернер, второй – после Верхага – снайпер «Аугсбурга». Половину из четырех своих мячей в этом чемпионате он забил в домашней игре с «Падерборном». Так вышло, что забивать их пришлось в ворота Лукаса Крузе, который посвятил «Аугсбургу» один сезон во второй бундеслиге, и с тех стал Вернеру одним из самых близких друзей. Вернер с Крузе дружат семьями – перед игрой жена Лукаса Юлиана и маленькая дочь Лени даже ночевали дома у Вернеров, а на следующий день Вернер сделал дубль да еще и навесил на голову Кальсен-Бракера, после чего счет стал 3:0. «У меня было почти сто попыток сделать дубль в матче бундеслиге и надо же такому случиться, что впервые мне удалось забить два мяча именно лучшему другу. Извини, Лукки», – сказал Вернер в прямом эфире сразу после матча.

Ершистый и брутальный на поле (6 желтых карточек в 14 матчах этого сезона), Вернер на самом деле хрестоматийный семьянин и автор свежего афоризма: «Когда у меня выходной, до меня не дозвонится даже мадридский «Реал». Большую часть зарплаты Тобиас отдает жене, воспитывающей двоих детей, а себе оставляет только на бензин. Каждые выходные Тобиас ходит с семьей в аугсбургский кукольный театр Puppenschrein – один из самых известных в Европе. Вернер не скрывает, что он достаточно консервативен и старомоден – и в этом смысле немного отличается от типичного немца. Тобиас родился в Тюрингии, в Восточной Германии и впервые уехал далеко от дома в двадцать три года, когда сменил «Карл Цейсс» на «Аугсбург». Вернер сверкнул в прошлом сезоне, когда забил девять мячей сам и помог забить еще столько же партнерам. А теперь, когда Вернеру намекают на лигочемпионские перспективы его команды, он отрезает: «Напоминаю, что мы вылетели из первого раунда Кубка, проиграв команде четвертой лиги. Сейчас главное, что мы достаточно далеко от зоны вылета».

Вторит Вернеру и спортивный директор Ройтер: «У нас второй с конца бюджет и если по итогам сезона позади нас в турнирной таблице останется три команды – мы назовем это хорошим результатом» – заявил он в интервью Frankfurter Allgemeine. В начале декабря Штефан отметил важное достижение – команда набрала сотое очко за те без малого два года, что он служит «Аугсбургу». Ройтер пришел в клуб, имевший девять очков по итогам первого круга-12/13, и первым делом публично поддержал самого молодого тренера бундеслиги Маркуса Вайнцирля, вспомнив, что, когда он восемнадцатилетним пришел в «Нюрнберг», клуб под руководством Хайнца Хехера набрал одно очко в десяти встречах, но тренера оставили и клуб стал двенадцатым, а в следующих сезонах – восьмым и пятым. Удивительно, но с «Аугсбургом» Вайнцирля пока получается примерно так же.

Как и его бывший партнер по дортмундской «Боруссии» Маттиас Заммер, Ройтер смотрит за игрой не из вип-ложи, а с тренерской скамейки – чтобы концентрироваться на игре и чувствовать настроение запасных, а заодно просматривает большинство тренировок, чтобы контролировать мотивацию и физическое состояние футболистов. Развивая «Аугсбург», Ройтер ориентируется на гладбахскую «Боруссию», которая в последние годы здорово прогрессирует за счет педантичной работы на трансферном рынке, последовательного доверия тренеру Фавру и экономического эффекта от сравнительно нового стадиона.

Продав после удачного прошлого сезона Хана, Фогта и Остржолека, Ройтер прямо-таки разгулялся на летней трансферной ярмарке, набрав пять человек на десять миллионов и подписав свободного агента Маркуса Фойльнера. Тим Матавж забил пару мячей на старте, но в последнее время лечится, другой форвард, Никола Джурджич, не сразу стал полезен, но в последние недели разошелся и стал соучастником трех из пяти последних голов команды. Но круче всех пока ганский левый защитник Абдул Рахман Баба, поражающий резвой и результативной игрой на фланге – он лучший ассистент команды с четырьмя передачи. В Германию он прилетел восемнадцатилетним, в первой же игре за «Гройтер Фюрт» схватил красную карточку и до конца 2012-го почти не появлялся на поле. Весной Абдул свалился с «Гройтер Фюртом» во вторую бундеслигу, провел там неплохой сезон, в августе в дерби с «Нюрнбергом», играя, правда, левого вингера, забил два мяча и заработал пенальти, а через два дня «Аугсбург» продал в «Гамбург» Остржолека и в стартовом туре первой бундеслиги Баба вышел уже на левом краю обороны команды Вайнцирля. В первой же игре Абдула на SGL-Арене два его кросса привели к голам в ворота Романа Вайденфеллера.

«Аугсбург» тогда проиграл, но от этой команды невозможно оторваться, даже когда ей не удается побеждать.

Зайнш оставляет «Аугсбург» человеку, который уже два года входит в правление клуба и имеет все данные, чтобы вывести его на новый экономический уровень. Вряд ли Клаус Хоффманн будет квасить с фанатами в поезде, стимулировать другие команды проститутками и проверять, качественно ли уборщица отдраила сортиры на стадионе. Вряд ли – потому что Вальтер Зайнш такой один. Его манеру поведения последние четырнадцать лет называли клоунадой, но именно в таком стиле он поднял клуб старейшего баварского городка из четвертого дивизиона в зону Лиги чемпионов. А значит – он был прав.

Фото: REUTERS//Michaela Rehle, Wolfgang Rattay; Fotobank/Getty Images/Lennart Preiss/Bongarts, Johannes Simon/Bongarts, Alexander Hassenstein/Bongarts