Молодой центр «Гомеля»: из небогатой семьи, прошел вертикаль сборных и чуть не закончил из-за долгов

Олег Качеловский – яркий пример того, как работает белорусская вертикаль сборных. Попав в команду U17, Качеловский дошел до «молодежки» и принял участие в двух чемпионатах мира. В прошлом сезоне 18-летний центр стал одним из важных звеньев «Гомеля» и помог команде Сергея Стася дойти до четвертьфинала плей-офф «Париматч-Экстралиги». В общей сложности в прошлом сезоне Олег провел 57 матчей и за «Гомель», и за сборную U20, в которых набрал 25 очков (5+20 по системе «гол+пас»).

Качеловский, парень из небогатой семьи, смог после тяжелой болезни вернуться на лед, показать классную игру, попасть в сборную и в 17 лет заиграть в «Париматч-Экстралиге». Для того, чтобы узнать, как он попал в хоккей, сыграл за сборную и съездил в «Динамо-Минск», мы созвонились с ним в зуме и тепло поговорили.

***

— Как ты попал в хоккей?

— История, на самом деле, очень простая. Летом 2006 года пошел с дедушкой и бабушкой на хоккей (Кубок Беларуси). Мне понравилось, и они привели меня в ДЮСШ «ХК Гомель» (тогда ГДЮСШ №5). Вот так и попал. На самом деле, пришел и сразу заболел хоккеем, даже тогда, в детстве, не хотелось уходить с тренировок, мог весь день провести в ледовом дворце.

— Помнишь своего первого тренера?

— Кончено, Валиков Вадим Викторович! Он очень хороший тренер, но долгое время не мог научить меня кататься. Тогда я начал ходить на массовые катания, чтобы, наконец, научиться. Там была женщина, тренер по фигурному катанию, к сожалению, не помню, как ее зовут. Она всегда стояла у бортика и однажды сказала мне: «Шагай как медведь». И, не поверишь, я сразу покатил.

— Какой тренер оказал на тебя самое большое влияние, максимально помог тебе спрогрессировать?

— Честно говоря, с ходу не могу назвать кого-то одного. Наверное, каждый, начиная с Вадима Викторовича Валикова, внес свою часть в мое развитие. В начале своей карьеры я играл не в первых звеньях. У меня был такой период, я заболел менингитом, полгода пропустил. Слава богу, что заболел еще летом, поэтому сумел восстановиться к декабрю, и после нового года начал играть. До этого я играл сумбурно, носился по площадке, мне всегда хотелось играть, но не понимал, что делаю. А потом я заболел. Когда пошел на поправку, у меня появилось свободное время, и начал доскональнее анализировать свою игру и стал понимать хоккей, как играет команда и как должен играть я. И после этого, именно после болезни, мне кажется, в моей карьере наступил подъем. Для меня, кончено, это были не легкие месяцы, но ко мне и мама приезжала, и пацаны, за что им огромное спасибо.

Глядя на себя тогдашнего сейчас, я не могу сказать, что где-то халявил или не дорабатывал, но почему-то после этого у меня пошла игра, Вадим Викторович стал много доверять мне и ставил в первое звено. Помню первые игры после выздоровления, тогда мы поехали в Могилев и играли тогда против Бульдогов из Санкт-Петербурга, в тех двух матчах я забил две шайбы и отдал две передачи. И это были первые игры за полгода!

После него в нашу команду пришел Моцар Михаил Михайлович. Вот он с самого начала стал очень сильно доверять мне. И, как мне кажется, я оправдывал это доверия, старался играть на команду.

Когда попал в сборную U17, у нас была хорошая конкуренция с самого начала, слава богу пробился в состав. И в этой команде мне очень сильно помогал Сергей Владимирович Павленко (массажист). Я с ним два года в одной команде работал, и каждый день он мне что-то подсказывал. Я прислушивался ко всему, что он говорил, потому что человек невероятно умный с колоссальным жизненным опытом. И все те мелочи, которые он мне подсказывал, я брал на вооружение, и это сильно помогало мне в будущем. Благодаря, Сергею Владимировичу, я чувствую, что добавил в своем развитии и стал взрослее как человек и как хоккеист.

И в U20 Дмитрий Владимирович Дудик поверил в меня, что тоже мне очень сильно помогло. В начале все было хорошо, а потом пошел спад — в конце Кубка Салея и в начале чемпионата — у всех, наверное, такое бывает. Первые 15 игр были просто ужасными (в тех матчах у меня всего 1 очко было). Потом я посидел, подумал над своей игрой, поговорил с Дмитрием Владимировичем, что-то в моей голове встало на место, и потихоньку начал набирать игровую форму.

— На твой взгляд, в чем тебе нужно добавлять, какие свои слабые стороны можешь выделить?

— Знаешь, говорят: «Есть быстрый хоккеист с не самыми лучшими руками, а есть медленный хоккеист, но с очень хорошими руками». Так вот я хочу совместить в себе быстрые ноги и хорошие руки, как у Макдэвида, Барзала (они быстрые и с хорошими руками). Но, на самом деле, я развиваю все аспекты своей игры, начиная с самых незначительных мелочей и заканчивая физикой и выносливостью, чтобы становиться сильнее. Также очень много работаю над техникой катания, техникой владения клюшкой. К тому же смотрю много матчей, анализирую игру команд, развиваю свое мышление, стараюсь еще лучше читать игру.

— Какова твоя детская мечта? В каком клубе хотел бы играть?

— Я последние 7 лет болею за Анахайм Дакс. Утки мне прежде всего нравятся как команда. Да, конечно, хотел бы сыграть в НХЛ. Вот моя детская мечта. Но, мне кажется, нужно развиваться постепенно. С каждым годом повышать и повышать уровень своей игры. Просто можно быстро взлететь, оказаться не готовым к тому уровню хоккея и также быстро упасть вниз.

— Кто твой кумир, любимый игрок, на которого ты равняешься?

—  На самом деле, его нет. Я от каждого хоккеиста беру лучшее. Мне нравится много игроков моего амплуа. Я смотрю на их игру и перенимаю лучшее. У меня есть специальные тетрадочки, я туда все записываю. И таким образом обучаюсь. Мне не только НХЛовцы нравятся, также люблю наблюдать за некоторыми игроками из КХЛ, Экстралиги.

—  Считаешь ли ты, что нужно ехать в Россию, чтобы выйти на высокий уровень? Ведь были примеры, когда люди уезжали и закреплялись там (Кирилл Устименко, Евгений Сапельников). Уехал бы, если бы была возможность?

— Это хорошо, что пацаны пробились, но есть же много примеров, которые уезжали и не пробивались. Я считаю, что в Беларуси есть все условия для развития. Главное иметь желание и работать.

— А что насчет Северной Америки? Сейчас все больше и больше молодых парней туда стремиться. Как считаешь, необходимо ли это? И если бы у тебя возможность уехал бы или остался в Беларуси?

— Я думаю, тут такая же ситуация как с Россией. Когда ты едешь в Америку, ты к тому же сталкиваешься с совершенно другим образом жизни и адаптироваться тяжело. Это еще один фактор, который может навредить твоей игре. Повторюсь, мне кажется, у нас есть все условия для развития и уезжать куда-либо совсем не обязательно.

— Раньше были проблемы со льдом в Гомеле, Олег Хмыль жаловался на качество льда и Михаил Захаров говорил, что фигуристы забирали его у хоккеистов. Какова ситуация со льдом сейчас?

— Ой не знаю, где-где, а в родном клубе мне всегда хорошо. Для меня в Гомеле самый лучший лед:)Не знаю, какая там каша на льду была раньше, пока мы на лед не выходили. Он уже недели две как залит, но у нас свой план подготовки к сезону. Мы сначала должны заложить базу, а потом только выйти на лед. Но я видел этот лед, как по мне он в порядке и никакой каши там нет.

— Как ты думаешь, что стало со гомельской школой? Ведь раньше практически каждый возраст претендовал на медали, а сейчас почти все возраста прочно обосновались в группе Б.

— Честно говоря, не знаю. На самом деле пацанов хороших много, например, Никита Жихарев 2004 года рождения тренируется с нами. Он довольно перспективный парень, техничный, с хорошим катанием. Не знаю, почему Гомель [детско-юношеские команды] в группе Б сидит, вроде бы все есть. Может быть желания у пацанов нет. Вспоминая наш год и видя какой-то год помоложе нас, понимаю, что дисциплины в командах никакой. У нас была полнейший порядок, даже если купил чипсы, тренер сразу забирал, потому что нельзя. Нам это объясняли, и мы понимали, а кто не понимал, тот потом сдавал чипсы, газировку и т.д. Помню, раньше уезжали летом в лагеря готовиться к сезону. Какие-то невообразимые предсезонки были (смеется) по две тренировки в день плюс зарядка. А сейчас пацаны рассказывают, что у них просто пробежечка и футбольчик.

— Говорят, что хоккей дорогостоящий вид спорта. Что-то, конечно, дает школа, но что-то покупали и родители. Много ли ты экипировки купил за свою жизнь и сколько примерно денег на это ушло?

— Мы потратили очень много, и за это я благодарен своей маме, покойному дяде. Они вложили в меня колоссальные деньги, просто максимум, что могли дать. Мы платили буквально все: экипировку, турниры. И стоило это далеко не три копейки. Вся родня помогала, даже отец, хоть они с мамой и в разводе, помогал, никогда не отрекался, всегда был рядом. Но по большей части, конечно, мама и дядя помогали мне. До недавнего времени, пока я не попал на контракт, наша семья была в долгах. И вот только сейчас, когда я начал получать деньги за свою игру, мы начали разбираться с долгами. Потому что мама одалживала на все турниры, на экипировку, так как денег не было. Я сколько помню себя, я ни одного турнира не пропустил, потому что мама говорила: «Хочешь? Держи!» А я хотел до ужаса.

Помню один момент из детства: у нас не было практически не было денег (мы вообще семья не богатая), мама мне сказала: «Сын, надо закончить, потому что денег нет совсем». Я тогда сильно расплакался, и тогда мама ответила: «Не плачь, мы останемся, все будет хорошо, ты будешь хоккеистом».

У меня еще бабушка была, она, к сожалению, уже умерла, но тоже очень много помогала. Поэтому я очень сильно благодарен своей семье, если бы не они, ничего бы не было.

— А сейчас есть проблемы с экипировкой? И сколько примерно клюшек ломается за сезон? Вот Илья Никулин, например, в одном из интервью говорил, что у него уходило по 60-70 клюшек за сезон.

— Клюшек ломается очень много. Я никогда не считал, но в месяц по одной-две клюшке уходит стабильно, но это самый минимум. Где-то клюшек 20-30 за сезон у меня ломается. Потому что я работаю с клюшками на земле, и они стираются, их тоже включаю в это число. На самом деле, не так уж и много клюшек ломаю, у меня не такие сильные руки (смеется), как у кого-нибудь Овечкина или того же Никулина, Рязанцева. Я столько клюшек не ломаю. У меня больше клюшки ломаются в игровых моментах, когда шайба попадет, бросок заблокирую или просто въедут в клюшку. А так с броска клюшек 6-7 сломал, не больше.

Что касается проблем с экипировкой, то, слава богу, у меня их нет. Когда я приехал в Гомель после сборной, мне все, что нужно, дали. Тренер Сергей Леонидович Стась помог, дал мне свои коньки, и я в них играл полсезона в Гомеле. Потом, ближе к плей-офф, ко мне в Гомель приехали хорошие коньки, CCM 80K, я, честно говоря, о таких коньках давно мечтал. Но решил доиграть сезон в старых, потому что понял, что не успею адаптироваться к новым.

А  летом занялся своей формой. Я не особо люблю менять экипировку. Поэтому я сдал все в ателье, где-то с мамой сидели подшивали. Конечно, есть возможность заказать полностью новую форму, но я люблю свою проверенную удобную экипировку. Удобство для меня самое главное, а новую экипировку нужно подстраивать под себя, это лишняя работа.

— В декабре прошлого года ты принял участие в домашнем МЧМ. Теперь, когда эмоции уже улеглись, как думаешь, почему не смогли выйти в элиту?

— Наверное, не хватило сплоченности команде. Я вспоминаю юниорский чемпионат мира, у нас была просто невообразимая атмосфера. Как мне показалось, на МЧМ такой атмосферы не было. Не хочется на кого-то конкретного перекладывать вину, все виноваты, абсолютно каждый. Если бы все полностью отдались игре, уверен, был бы другой результат. Я очень хотел выиграть выйти в элиту. На минуточку, это была главная задача на сезон, и о другом я не думал. Но, как видишь, не получилось.

— В прошлом сезоне ХК Гомель боролся в плей-офф, но вылетел в первом раунде. Как можешь оценить выступление команды в целом и лично свое?

— У нас была классная команда. На самом деле, очень много людей считало, что мы пройдем Динамо Молодечно. И мое личное, что мы смотрелись лучше, чем они. Но где-то просто не повезло, где-то опыта не хватило. Так что в этом сезоне точно реабилитируемся!

Что касается меня, то я каждую игру выкладывался на максимум, старался, играл на команду. Конечно, всегда хочется большего. Но сезон, в принципе был не плохой, были и взлеты, и падения. Не могу сказать, что он лучший в карьере. Лучший еще впереди:)

— Вызов в минское «Динамо» стал для тебя неожиданностью?

— На самом деле, да. Мне стало очень приятно. Все-таки побывать в этой организации, почувствовать высокий уровень. Это как-никак вторая лига мира. И это был для меня классный опыт. Там интересный тренажерный зал, интересная подготовка на льду. Тренеры очень много общаются с молодыми игроками, подсказывают, обращают большое внимание на мелочи. Я очень зациклен на мелочах. Нам еще тренеры с самого детства говорили, что самое важное в хоккее – это мелочи. Ведь хоккей складывается из мелочей. Любая мелочь может привести к голу.

— Как ты узнал об этом вызове?

— Нам Сергей Леонидович Стась после десятидневного отдыха по окончанию плей-офф на одной из тренировок сказал, что нас могут вызвать. А потом еще через дней десять Сергей Леонидович подошел и сообщил, что нас вызывают. Мы через тренера все узнавали.

— Коронавирус как-то повлиял на твою подготовку к сезону?

— Особо коронавирус на мою подготовку не повлиял. Я просто остерегался людных мест, в общественном транспорте надевал маску. Да я и не ходил никуда особо. Тренировался сам по две тренировки в день. Каждое утро был зал с тренером, мы вместе с ним составили план работы и тренировались по нему. Но я чувствую, что я добавил в физике. Если бы не помощь Сергея Ивановича [тренер], я бы так не добавил.

Сейчас у нас каждое утро приходит доктор, проверяет нас. Через место мы, конечно, не сидим, но тренируемся по группам. К примеру, утром первая группа может начинать в 9:30, а вторая в 10:00. Сначала были группы по восемь человек, так как не все успели приехать, но потом уже все подтянулись и белорусы, и те же россияне. А вечерняя тренировка общая: пробежка и игровые виды спорта (футбол, гандбол, баскетбол).