До того, как стать доктором Хаусом, Хью Лори шел к золоту Олимпиады. Но помешала болезнь

И это была не волчанка.

«Я ошарашен, – сказал небритый англичанин, держа в руке уже второй «Золотой глобус» в своей жизни. – Честно, у меня просто нет слов. Люди из кожи вон лезут, предлагая какой-нибудь бесплатный хлам в качестве рекламы, однако я сейчас определенно не отказался бы от бесплатной благодарственной речи».

Никто в зале даже не сомневался в шутливом тоне мужчины, но на самом деле он говорил правду. Просто он не собирался быть актером и не пронес через всю жизнь стремление к золотым статуэткам.

Хью Лори стоило привыкнуть к получению наград за воплощение образа самого известного и саркастичного врача планеты, но он все равно каждый раз удивлялся. Не только актерским премиям – но и золотому статусу своих джазовых альбомов и коммерческому успеху книги «Торговец пушками» про оружейный бизнес в США. Тем не менее недоумение только росло.

«Не скажу, что мне нравится. Но я так и не понял, что же еще могло бы стать делом моей жизни».

Несмотря на широчайший успех в Америке и шотландские корни, Лори всегда оставался англичанином до мозга костей и не представлял себя писателем, музыкантом или комиком. Он хотел стать британским олимпийским гребцом и строил всю свою жизнь вокруг спорта.

Чисто английские увлечения

Итон

Его родители не принадлежали к знатным или богатым родам, но Хью все равно посетил лучшие образовательные учреждения страны: начальную школу Оксфорда, пансионат Итона и, в конце концов, Кембриджский университет. Именно в средней школе Лори, по примеру других детей островной элиты, увлекся греблей и ударился в маниакальные тренировки по восемь часов в день. Колледж юноша тоже выбирал не по специальности или уровню обучения: просто в Кембридже гребцы пользовались традиционно большой поддержкой и там учился его отец. Выбор курса –  оптимизация именно тренировочного дня:

«Я поступил в Кембридж, чтобы грести. Этого я хотел больше всего. Антропология была всего лишь самым удобным предметом для изучения прямо во время восьмичасовых тренировок на канале».

Хью был хорош. В 1977 году восемнадцатилетний спортсмен стал сильнейшим юниором Великобритании в парной гребле и отобрался на чемпионат мира, где занял четвертое место. Три сезона спустя Лори вошел в экипаж, представлявший Кембридж на традиционной гонке против Оксфорда, – и получил престижную награду за волю к победе, несмотря на поражение (правда, Кембридж проиграл всего полтора метра при почти семикилометровой дистанции). Не обошлась без Хью и знаменитая регата Хенли – заруба лучших университетских экипажей мира. Там он выступал в двойке и опять уступил – теперь американцам.

Однако у Лори и не стояла цель победить там любой ценой: он желал участия в Олимпиаде, чтобы привезти оттуда золотую медаль по примеру отца.

Рэн Лори – настоящий британский герой

Огромное восхищение Хью своим родителем неудивительно: Рэн был богом гребли в свое время. С ним Кембридж трижды подряд побеждал Оксфорд (с 1934-го по 1936 год), а спустя два сезона пара Лори-Уилсон выиграла регату в Хенли. Атлет дебютировал на Олимпиаде в Берлине в восьмерке и занял четвертое место, после чего отправился на службу в Северную Африку, где его и застала Вторая мировая.

Уцелев на войне, Лори-старший вернулся в спорт и стал еще сильнее: со своим напарником Уилсоном он снова победил в Хенли и спустя месяц стал чемпионом домашних Игр в Лондоне. Тогда спорт Великобритании переживал далеко не лучшие времена: столичная Олимпиада принесла королевству всего три золотых медали. Рэна чествовали как героя, и неспроста – в следующий раз англичане стали сильнейшими в олимпийской двойке только через сорок лет в Сеуле.

Каждый парень из традиционной английской семьи мечтал стать как Лори или его напарник – и Хью, конечно же, не был исключением. Несмотря на многократно возросшую за тридцать лет конкуренцию, сын почти повторил путь отца.

Болезнь

Инфекционный мононуклеоз – частое следствие садомазохистского режима, в котором живут топовые спортсмены. Достаточно заглянуть в ветку новостей за последние пару лет и увидеть длинный список атлетов, загнавших себя и пострадавших от болезни: биатлонисты Мартен Фуркад, Александр Ус, Габриэла Соукалова и Дарья Домрачева, мотогонщик Йонас Фольгер, теннисисты Даниил Медведев, Роджер Федерер, Гарбинье Мугуруса, Энди Роддик, Даниэль Брандс и Петра Квитова, велогонщик Марк Кавендиш, снукерист Ронни О`Салливан. Обычно с мононуклеозом и его последствиями мучаются всю жизнь, и он часто отнимает целые сезоны, а иногда и карьеры.

Ровно то же самое случилось и с Хью Лори. Погоня за славой отца подкосила здоровье: первые признаки болезни появились еще в 1979 году. Англичанин неделями пропускал тренировки, чтобы как-то восстановиться и вернуться в байдарку (и за это время здорово подтянул учебу). Ситуация находилась под контролем около двух лет, а затем мононуклеоз вошел в полную силу. Лори заработал осложнения, которые всерьез грозили разрывом селезенки в случае продолжения тренировок – и он взял вынужденную паузу в спортивной карьере.

Во время простоя Хью не знал, чем себя занять – помогло случайное знакомство в баре с женщиной по имени Элисон. По воспоминаниям Лори, она посчитала его крайне забавным и отвела в кембриджский драматический клуб «Рампа», при котором существовал любительский театр Footlights Dramatic. Там-то он и встретил Эмму Томпсон (будущую двукратную обладательницу «Оскара») и Стивена Фрая, которые стали его лучшими друзьями. Под их влиянием Лори развернул жизнь в сторону карьеры комика, музыканта, актера и писателя: вместе они поставили много пьес, постановок и скетчей, а после выпускного бала в Кембридже Хью «встретил мужчину на «Бентли» и с длинной сигарой». Он представился агентом и предложил зарабатывать актерством – и гребец согласился.

Возвращение к спорту

Лори не забывал, что в первую очередь он спортсмен: как только здоровье немного восстановилось и опасность повреждения внутренних органов снизилась, он снова попробовал грести. Возобновить карьеру не получилось, но его приняли в элитный британский клуб «Линдер», президентом которого когда-то был отец Хью. Иногда актер брал в руки весло, чтобы поучаствовать в выставочных заездах под эгидой заведения, но никто уже всерьез не вспоминал о Лори-спортсмене.

Тем временем у выпускника Кембриджа появилась новая страсть – бокс. Каждые выходные Хью с сыновьями приходит на ринг лондонского клуба Kentish Town. Тренеры заведения уверяют, что актер мог бы стать хорошим профессионалом, если бы примерил перчатки еще в детстве: «Он очень сильный, настырный, выносливый и серьезно мотивированный. Он легко выполняет программу более молодых боксеров (актеру 58 лет) и выдерживает на ринге восемь трехминутных раундов».

«Я одержим боксом, он помогает от депрессий, – откровенничал Лори. – Но только без груши, непременно с человеком, с партнером. Это больно, но в процессе превращаешься в сгусток силы, который ничего не чувствует. Потому я боксирую каждое утро в тренировочном режиме, а когда могу позволить себе фингал или рассечение – то и по-настоящему».

Кинопродюсеры тщательно составляют контракты и следят за внешним видом своих актеров, так что англичанину нечасто удается оттянуться на ринге по-настоящему. В основном свои тренировки Лори величает «девчачьей возней», а среди самых удобных противников называет детей: «Им должно быть не больше пяти лет, только тогда у меня появляются хоть какие-то шансы на победу. В противном случае мне стоит готовиться к унижению и возможной смерти».

Зато бокс помог Хью смириться со славой, признанием и жизненной ситуацией. По собственному признанию, иногда во время тяжелого спарринга актер кричит партнеру что-то вроде «Меня нельзя бить, я телезвезда!».

Фото: Gettyimages.ru/Kevin Winter; en.wikipedia.org/flickr.com/jtriefen; Gettyimages.ru/Fox Photos/Hulton Archive, PA Images; globallookpress.com/Armando Gallo/Arga Images