Спортуправленка из Полоцка едет к Лукашенко: разносит «змагароў», верит в честность выборов, не лезет глубоко в политику
«За тех, кого били, пусть отвечают их руководители».
«Пусть думают, что я поддерживаю беззаконие».
Уже на этой неделе, 11 и 12 февраля, состоится Всебелорусское народное собрание. Мероприятие еще до своего начала наделало немало шума. Участников ВНС обвиняют в поддержке режима Лукашенко и всего беззакония в Беларуси, тем более на собрание попали далеко не самые простые белорусы (хоть оно и называется народным). Депутаты, министры и прочие приближенные – вот основной контингент, который будет представлять якобы народ на ВНС. При этом утверждается, что попасть на собрание мог чуть ли не любой.
Чего ждут делегаты от собрания? И как они относятся к ситуации в стране? «Трибуна» попыталась поговорить об этом с теми, кто представит на ВНС сферу спорта – таковых по Беларуси набралось 31 человек.
Правда, мало кто из избранных соглашается на диалог. На прошлой неделе корреспонденту «Трибуны» удалось пообщаться с тренером-преподавателем Брестского областного центра олимпийского резерва по гребле Александром Попенко. 60-летний специалист считает честью участие в собрании, верит в то, что синяки и травмы пострадавших на акциях белорусов – не фейки, но при этом уверен, что митинги проплачены из-за границы.
Пробовали мы пообщаться и с другими делегатами – делом это оказалось непростым. Директор ДЮСШ Столина Александра Невдах резко заметил: «Давайте вы тоже приходите на собрание, там мы и поговорим. По телефону никаких комментариев давать не буду». И тут же положил трубку, не объяснив, как на это собрание попасть обычному белорусу. Со схожей формулировкой отказался от общения директор Горецкой ДЮСШ Владимир Королев. А вот руководитель Костюковичского ФОЦ Михаил Свистунов блеснул оригинальностью: «Всем, кому надо, я уже всё прокомментировал. В том числе районным изданиям. На вопросы ответил – больше, считаю, ничего говорить не надо».
Зато поговорить с «Трибуной» согласилась директор Витебского областного центра олимпийского резерва по гребным видам спорта (учреждение базируется в Полоцке) Лариса Золотарева. 53-летняя специалистка, становившаяся призером Спартакиады народов СССР и подписавшая письмо спортсменов в поддержку Лукашенко, а также являющаяся районным депутатом, рассказала, как ее выдвинули на ВНС, приписала атлетам, выступающим за честные выборы, цели, которых у них нет, затруднилась ответить на вопросы про насилие, заверив при этом, что чувствует себя в полной безопасности.
– Как происходило ваше выдвижение в число делегатов на Всебелорусское народное собрание?
– Дело в том, что я выдвигалась не от ЦОРа, а от Полоцкого районного совета депутатов. Мало того, что я руковожу Центром, так еще выполняю обязанности депутата. От полоцкой спортивной диаспоры выдвинули именно меня, потому что у нашего ЦОРа хорошие результаты, мы стараемся держать марку, привлекаем к спорту людей. У меня пять тренеров имеют высшую национальную категорию, а она дается не за красивые глаза – только за труд. Получилось так, что меня выдвинули в число делегатов на ВНС – я не отказалась.
– Проходило какое-то голосование?
– Еще перед Новым годом прошла внеочередная сессия Совета депутатов, там были выдвинуты несколько кандидатов, которые могли бы поехать на собрание. Каждый выступал с определенным докладом, а потом депутаты голосовали, кто все-таки поедет на ВНС. Была составлена счетная комиссия, депутаты голосовали списком, то есть никакого тайного голосования. Велся протокол. В общем, все по закону.
Не знаю, как в других коллективов выбирали делегатов, но у нас, в Совете депутатов, все произошло так, как я рассказала. Никто против моей кандидатуры не выступил.
– Однако наверняка вы слышали возмущения, что, мол, на ВНС едут не простые белорусы, а депутаты, директора. Те, кого народ, по сути, и не выбирал.
– Ну, почему меня не выбирал народ? Не знаю, во что выльется мой разговор с вами, потому что я особых комментариев по этим темам не даю. Тем не менее скажу, что меня выбирал именно народ. Люди же голосовали, ставили крестики в списках напротив моей фамилии.
Кто-то возмущается, что простых белорусов не взяли, не пригласили. Я вам скажу, что, конечно, людей с улицы на такие форумы не зовут, но и там будут не только начальники. Насколько знаю, в делегации от Витебской области есть и механизаторы, и аграрии, и доярки, и работники железной дороги, и работники завода. И едут те, кто что-то делает. А то, что есть возмущения, начинают писать и говорить, что на ВНС будут только директора – это, по-моему, очередная пулька, запущенная непонятными людьми в интернете. Говорят, что мы, участники собрания, враги народа, нас нужно посадить в автозаки и так далее. Я о себе начиналась вволю. Тем не менее я живу в своей Беларуси, которую люблю и буду любить до конца.
– Но вас выбирали именно депутаты, насколько понял, а не простые белорусы, грубо говоря, жители Полоцка.
– Да, так и есть. Я еду на ВНС от сферы спорта, меня выдвигал Совет депутатов. Как остальные люди попали в число делегатов – как, например, выбирали в колхозах – я не знаю. И, честно скажу, не интересовалась.
Если вы хотите, чтобы делегатов выбирал народ, то, по закону, нужно организовать участки для голосования, составлять списки. В общем, это большое мероприятие. Но у нас произошло все так, как я сказала. Да и нужно понимать, что народное собрание не заменяет парламент. ВНС – это мероприятие, где состоится определенный диалог, где будет определено, как нам жить, куда и с кем идти дальше, и что делать в будущей пятилетке. Думаю, законодательные акты на этом собрании утверждаться не будут.
– Существуют разговоры, что ВНС может стать неким конституционным органом, и члены собрания cмогут потом принимать определенные решения.
– Нет, это неправда. Такое в законе даже не прописано. ВНС – это форум, который собирает людей разных профессий. У нас много представителей медицины, аграрного сектора, образования. Каждый регион едет на собрание со своими вопросами и проблемами.
– Что для вас значит участие в ВНС?
– Я даже не могу сказать одним словом. Мне интересно послушать, куда пойдет страна дальше, что мы будем делать. Я сторонник того, что если хочешь что-то получать, нужно что-то делать. А не просто кричать, что мне те и те должны. Поэтому я и поеду туда, чтобы послушать, как и что делать. Для меня это честь.
Выступать там пока не планирую, но если бы мне предоставили слово, то высказалась бы так: чтобы был результат, надо работать. И должны быть расставлены приоритеты. Во-первых, дисциплина. Имею в виду, что каждый человек должен уметь правильно работать и правильно отдыхать. Потому что если постоянно пахать, как лошадь, результата не будет. Во-вторых, нужно любить свою работу бескорыстно. В-третьих, соперник всегда ты сам себе. Если научишься себя побеждать, то будет успех.
– Вы говорите, что много о себе начитались. А чего именно?
– Лично в мой адрес никаких угроз не было, ничего такого не писали. Негатива к себе не чувствую. Но есть неприятные высказывания по отношению к другим участникам собрания, вообще по отношению к ВНС.
– Но вы понимаете, почему народ воспринимает таким образом это мероприятие?
– Это не народ воспринимает. Это всего лишь какая-то часть. Мне кажется, сейчас в Беларуси главная проблема – это то, что произошло разделение общества. Есть народ, который нормально воспринимает ВНС, а есть тот, который критикует его. Не надо разъединять общество. Мы едем на собрание не потому, что мы такие хорошие, наиболее достойны. Нет, мы едем в первую очередь решать те задачи, которые позволят жить лучше всей стране и каждому отдельно взятому гражданину.
Ко мне часто приезжают друзья, в том числе из-за границы. И они видят, как у нас спокойно. Я сама могу на машине поехать в любую точку Беларуси и ни о чем не беспокоиться. Такой страна и должна оставаться. Я за разумные перемены, но ни в коем случае не за то, чтобы в семьях ругались. Я за объединение Беларуси.
– Что в вашем понимании разумные перемены?
– Чтобы не было раздрая. Я за то, чтобы мы все объединились и делали свое дело.
Вы понимаете, я не политик, мое дело – организовать учебно-тренировочный процессе, сформировать гребную команду Витебской области, выступить достойно на соревнованиях республиканского уровня, отправить своих гребцов на международные турниры. Вот моя работа, и я ее должна выполнять качественно. Я за то, чтобы наша команда выступала под красно-зеленым флагом, пела наш гимн. Только так. Вы что, хотите, чтобы мы, как беженцы, выступали под нейтральным флагом? В моем понимании это вообще недопустимо. Но спортсмены, которые уехали за рубеж, проводят совсем другую деятельность.
– Чем они вам не угодили?
– Я за то, чтобы мы выступали за свою страну под своим флагом. И пели свой гимн.
– Так никто этого не запрещает, по-моему.
– В смысле не запрещает? Почитайте тогда письмо тех спортсменов, кто сейчас за границей. Может, я чего-то не понимаю.
– А вы помните требования петиции свободных спортсменов?
– Вы меня не подталкивайте к тем ответам, которые сами хотите услышать. Я против того, чтобы наши спортсмены выступали на международных соревнованиях под другим флагом. Я против не красно-зеленого флага. Поэтому и подписала открытое обращение спортивной общественности.
– У вас в ЦОРе это происходило добровольно?
– Абсолютно. Я собрала тренерско-преподавательский состав и сказала: «Почитайте – подпишитесь, если хотите». Честно скажу, были и те, кто отказался. Никаких санкций к ним не применялось. В некоторых структурах, насколько слышала, были последствия для тех, кто не подписывал, но у нас все спокойно. Потому что мы не политическая партия, которая должна что-то делать в этой сфере. Мы должны концентрироваться на спорте.
– Я хочу заметить, что свободные спортсмены подписывали письмо не за то, чтобы Беларусь лишилась флага на международных турнирах. Люди выступают против насилия и за честные выборы.
– Пусть подписывают, это их решение. Комментировать что-то тут не буду. Но я посмотрела, кто и с какими регалиями подписался… Может, я бы обсудила пункты петиции, но точно бы не подписывала. А те, кто подписал, как мы видим, еще и убежали за границу и творят все, что хотят.
– Уехали за границу не все, но та же Александра Герасименя сделала это…
– Для меня это не показатель. Она для меня не показатель. У меня есть Екатерина Карстен, которая подписала письмо. Она не хуже Герасимени разбирается в ситуации в стране, поверьте мне.
К чему вы вообще меня вынуждаете отвечать на эти вопросы? Потом будете склонять меня по своему сайту?
– Мы просто обсуждаем нынешнюю ситуацию в стране. И то, что часть спортсменов выступает против насилия в Беларуси.
– Я же хочу, чтобы мой центр как работал, так и работал дальше. Чтобы у нас были возможности для тренировок детей. Чтобы тренеры ходили на работу с радостью. Все, что я хочу.
– Но я хочу снова обратить ваше внимание на то, что спортсмены и белорусы не хотят лезть в политику, а просто просят остановить насилие в стране и наказать тех, кто его применял в отношении к мирным гражданам.
– У нас очень много аполитичного населения.
– Но когда у нас вся жизнь связана с политикой, когда мы видим вокруг жестокость, когда известных спортсменов сажают в тюрьмы, разве это может оставить кого-то равнодушным?
– Я на эту тему не буду с вами разговаривать. Не хочу. Вам разве моих ответов недостаточно? Вы спросили у меня как у делегата ВНС, все рассказала, фактически вывернулась наизнанку. На политический вопрос ваш отвечать не буду. Я работаю в сфере спорта и стараюсь свою работу делать хорошо. Но убегать за границу и поливать свою страну грязью не буду.
– Так люди уезжают за границу, опасаясь за свою безопасность.
– Пусть уезжают, это их выбор. Не мой.
– Но разве это нормально, когда ты вынужден уехать из страны, чтобы просто не сесть за свою гражданскую позицию?
– Я за свою безопасность не опасаюсь. И на все происходящее в Беларуси предпочитаю смотреть со стороны, не влезая. А если влезаю, то неглубоко.
– Вы остаетесь равнодушной, даже учитывая то, что за последние месяцы через тюрьмы прошли больше 30 тысяч человек? Когда мирные граждане погибали на акциях от рук силовиков?
– Считайте, как хотите. Я понимаю, что влезла не в то. Еще раз скажу: я за свою безопасность как спортсмен, как руководитель спортивного центра не опасаюсь. Мы проводили соревнования, и к нам на территорию никто не приходил, не гонял и не унижал. И в Бресте, и в Минске соревнования по гребле на байдарках проходили, мы провели соревнования детям. А если бы эти беспорядки забрали у кого-то старты, было бы обидно.
– Но о какой обиде из-за отмены соревнований можно говорить, когда матери теряют детей, которых силовики убивали на мирных акциях?
– Я им очень сочувствую. А вам я скажу: на акции не ходила. Вот и все.
– Люди просто захотели выразить свое мнение, а их за это – в тюрьму, избивают или даже убивают.
– Смотря как выражать свое мнение.
– Так все происходило мирно, никто же машины и витрины не громил.
– У каждого свой круг общения. И я вам скажу, что многие из тех, кого я знаю, ходили на акции, выражали мнение. Но из моих знакомых никто не был избит и никто в тюрьме не сидел. А избивали тех, кто лез на милиционеров. Не все люди хотят нормально разговаривать.
Вы меня все вынуждаете сказать, осуждаю я это насилие или нет. Меня как директора, как женщину волнует тот вопрос, что люди просто между собой не могут договориться. Вот и все, что меня волнует. А не то, что кто-то в кого-то стреляет. Обыкновенные вопросы можно решить разговором, а они не решаются.
– Сторонники перемен хотят диалога, но действующая власть их не слышит.
– Но и они же власть не слышат.
– А как вести диалог, если представители оппозиции или сидят, как Виктор Бабарико и Мария Колесникова, или вынуждены находиться за границей, как Светлана Тихановская?
– Я еще раз вам говорю: я не политолог. Есть у нас много образованных людей, которые изучали эту тему. А я комментировать это не буду.
– Диалог, мне кажется, нужно выстраивать в том числе и для того, чтобы прекратилось жестокое обращение с мирными гражданами.
– Со мной никто жестоко не обращался, я еще раз вам говорю. Из моего учреждения никто налево и направо не ходил. И что, я соберу коллектив и буду говорить им о жестокости? А если этого не было – что мне делать?
– Так масса же доказанных случаев, когда в Беларуси силовики применяли необоснованное насилие к мирным гражданам. При этом в отношении силовиков до сих пор не возбуждено ни одного уголовного дела.
– Я вам говорю о своем учреждении, о своем рабочем коллективе. А видео, аудио… У нас ничего такого нет. То, что было по всей стране?.. Пускай за тех, кого били, отвечают их руководители. Тогда, может, будут что-то делать. И нужно разговаривать, а не наказывать.
– Наказывать нужно силовиков, которые издевались над белорусами. А то в отношении мирных граждан закон действует, а правоохранители остаются безнаказанными.
– Мы с вами снова переходим не в ту сторону. О спорте буду говорить, а о политической обстановке… Я туда не лажу и ничего не читаю.
– Что, по-вашему, нужно сделать, чтобы стороны друг друга услышали?
– Вот хорошо, у нас в Полоцке была площадка для диалога, люди в онлайн-режиме могли депутатам прислать вопросы и предложения. Я два раза дежурила. И от противников власти ни одного предложения, ни одного вопроса. Почему с их стороны полный игнор? Остальные же писали. Не разговаривают с властью представители второй стороны, потому что изначально их кто-то призывал игнорировать диалоговые площадки и собрания.
– Может, люди на президентских выборах увидели, что их голоса и мнение ничего не значат, поэтому и не считают нужным обращаться сейчас к депутатам?
– А почему другие люди имеют свои предложения, они общаются?
– Наверное, потому что этих людей все устраивает, они не хотят перемен, свободы и справедливости.
– А противники власти в это время очень радуются, что у нас в стране не будет чемпионата мира по хоккею. Они добились этого, они этим хвастаются. А я скажу, что для большинства белорусских болельщиков это трагедия, у них украли праздник.
– Международная федерация хоккея объяснила же причину своего решения: ИИХФ не уверена, что гостям и участником турнира будет безопасно в Минске.
– Пусть опасаются, пусть думают, как хотят. Но, определенно, у белорусов забрали праздник. А сейчас эти «змагары» или кто там еще кричат: «Ура, мы добились». Так чего вы добились?
– В Беларуси, где больше 220 политзаключенных, где за неполных полгода через тюрьмы прошли больше 30 тысяч человек, где на мирных акциях убивают простых людей, не будет события, способствующего укреплению имиджа Лукашенко.
– Имидж не Лукашенко, а страны в целом. Лукашенко давно в мире знают, понимают, как мы можем провести чемпионат мира. Все же помнят турнир 2014 года. И другие соревнования мирового уровня были. Это спорт. Я в политические темы лезть не буду, но вы меня постоянно пытаетесь в них затянуть. Каждый на своем месте должен делать свою работу.
– Если бы в августе выборы прошли честно, думаю, не было бы всего этого кошмара в Беларуси, не было бы такого решения ИИХФ. Согласны?
– Про выборы я не буду с вами говорить. Для обсуждения того, как все состоялось, есть политологи, идеологи. Пусть они собираются на форумах, на YouTube-каналах, обсуждают все и простому нашему народу объясняют, откуда ноги растут.
– Что-то простой народ не верит, что все прошло честно.
– Не весь народ не верит. Есть и те, кто верит. Разве это не народ? Разве это не белорусы? Многие верят, что все было честно. Верят в победу Лукашенко. Верю и я. У нас в Полоцке все прошло хорошо, я сама была наблюдателем на участке. И там все честно. Хотя были провокаторы – люди, которые кричали, что власть украла пенсии, что надо письма писать, чтобы Лукашенко ушел в отставку. Но ничего они не добились. Хоть народа у нас пришло много, но все было честно.
– Но вы же знаете, как на многих участках наблюдателей не пускали, как их потом задерживали и давали сутки?
– Я вам еще раз повторяю: давайте об этой ситуации будут говорить люди, которые в этом разбираются. Я с вами на эту тему говорить не буду. Постоянно твержу вам, но вы меня все равно выводите на данную тему. У меня на участке все было хорошо и спокойно. И я в победу Лукашенко я верю.
– Вы в начале говорили, что являетесь депутатом.
– Да, вы все про меня уже знаете. Эта информация не закрыта. И мне уже задавали вопрос, почему в связи со всеми событиями в Беларуси не сложила свой мандат. Я депутатскими делами занимаюсь в свободное от основной работы время, на совещания езжу в конце дня. И ничего за это не получаю. Когда хожу по подвалам и нюхаю, пахнет там крысами или нет, считаю, что ничего плохого не делаю. Люди не понимают суть депутатов. Они думают, что мы делим деньги между собой – и все, больше ничего не делаем.
– Однако сейчас депутаты – это фактически люди, поддерживающие режим Лукашенко и беззаконие, царящее в стране. Поэтому у вас и спрашивали, почему вы не отказались от этой работы.
– Пусть думают и считают, что я поддерживаю беззаконие. У каждого свое мнение.
Фото: pvestnik.by
