«Часто тренируюсь с Джоковичем. У меня даже есть его телефон»

29-летний француз Тибо Вентурино рассказал о том, каково тренироваться с Федерером, Надалем и Джоковичем.

«Вполне возможно, что именно они больше всего времени проводят на корте по ходу турниров, но зачастую они в них даже не участвуют. Речь идет о спарринг-партнерах. Например, Тибо Вентурино. Дважды в год он работает с лучшими игроками мира на «Ролан Гаррос» и «Мастерсе» в Париже. Мы встретились с французом – который сейчас стоит 1112-м в рейтинге и в основном играет «Фьючерсы», находясь вдалеке от блеска «Больших шлемов» – и обсудили профессию спарринг-партнера, предъявляемые к ним требования и его работу с такими людьми, как Федерер, Надаль и Джокович, которые в Париже регулярно обращаются к его услугам.

- Как вы стали официальным спарринг-партнером на «Ролан Гаррос» и «Мастерсе» в Париже?

– Началось все в 2014 году на «Мастерсе», благодаря знакомому мне агенту. По ходу квалификации его спросили знает ли он кого-нибудь, кто может поработать спарринг-партнером, и когда он сообщил мне о такой возможности, я с радостью согласился. Так все и началось. На «Ролан Гаррос»-2015 все повторилось, и с тех пор парижских турниров я не пропускаю. Это уже хорошо организованная схема.

- Работать спарринг-партнером так долго, как вы – это редкость. Обычно имена каждый год меняются. Но вы решили каждый год оставлять место для парижских турниров в своем расписании?

– Да. Эти турниры хорошо вписываются в мой график, потому что «Ролан Гаррос» в расписании стоит недалеко от майского командного турнира, а «Мастерс» проходит в конце сезона, так что я могу работать в эти периоды. Работа с лучшими игроками мира полезна в тренировочном плане, а поскольку нам еще немного платят – примерно 120 евро в день – это помогает мне финансировать свои выступления в туре.

- Опишите обычный день спарринг-партнера во время турнира.

– Каждый день я приезжаю на стадион где-то в 8 или 10 часов и остаюсь до тех пор, пока мне не говорят, что я больше не нужен! Обычно это происходит часов в 7 вечера. Обычно игроки приглашают нас, когда бронируют тренировки на следующий день, но иногда им нужен человек в последнюю минуту, так что нам приходится быть гибкими. Во время перерывов мы ждем в комнате отдыха игроков, чтобы всегда быть рядом. Это время мы используем, чтобы поесть и отдохнуть.

- Игроки обычно зовут определенного спарринг-партнера или нет?

– Когда как. Иногда им нужен человек с определенной игрой, чтобы готовиться к конкретному сопернику – например, им нужен левша. Но зачастую они предпочитают работать с тем спаррингом, с которым начали турнир. Именно так было со мной и Новаком Джоковичем на «Мастерсе» в Париже в 2015 году, и потом на «Ролан Гаррос» в 2016 году мы продолжили работать. Игроки любят стабильность, так что, поиграв с одним спаррингом, они зачастую хотят продолжить работать с ним. Особенно когда у них идут результаты! (Смеется).

- Не тяжело играть с топ-теннисистами?

– Конечно, бывает непросто. Когда в 2014 году я узнал, что в Берси буду играть с Роджером Федерером, то начал сильно нервничать. Это большой человек в теннисном мире, и я боялся неудачи. Говорил себе: «Давай без глупостей!» Но потом я понял, что теперь всегда могу говорить: «Да, я играл с Роджером Федерером». То же самое было с Надалем – еще и потому, что я видел его тренировки, особенно с Кевином Андерсоном. И когда я увидел, что Андерсон, который был на подступах к Топ-10, через 15-20 минут был вымотан, то подумал: «А как мне с этим справиться?» В такие моменты понимаешь, насколько он мощный.

- И как все прошло?

– В первый раз мы играли два часа. Было трудно, но я справился. У него очень тяжелые удары. Мяч пролетает быстро, это просто нечто. Надаль – трудяга, и он выкладывается с первого розыгрыша до последнего. А Федерер, скорее, волшебник. Он все время делает с мячом что-то невероятное. Тебе кажется, что он никогда не ошибется – что он может делать все, что хочет. Он, наверное, может ручкой бить, и все равно у него все получится! На турнирах Роджер очень спокоен, потому что он заранее все отработал. И то, что на тренировке он не напрягался, и мне позволило успокоиться. Ему все равно, что ты можешь ошибиться, и это снимает давление.

- Вам посчастливилось пообщаться с величайшими игроками современности. Какие у вас с ними отношения?

– Я несколько раз играл с Роджером Федерером, и теперь при встрече он всегда жмет мне руку. И, понятное дело, что я от этого просто в восторге. Еще я несколько раз играл с Рафой, и он настоящий джентльмен. Федерер – чудесный, очень классный, но ты все равно чувствуешь определенную дистанцию. А Надаль кажется более открытым. Он ведет себя довольно скромно, старается не привлекать к себе внимания. За пределами корта мы почти не общаемся, но с ним всегда очень приятно иметь дело.

- У вас есть какие-то особые воспоминания, связанными с ними?

– Меня веселит то, что они всегда представляются – хотя все и так прекрасно знают, кто они такие. Это забавно. Когда я впервые играл с Рафой, он опоздал на две-три минуты и казался заведенным. Я сразу подумал, что, может быть, он не хочет со мной играть. Во время разминки он о чём-то ругался со своим физиотерапевтом, но до начала тренировки подошел ко мне и извинился за задержку. Оказалось, что против меня он ничего не имеет! На следующий день они с командой сидели в ресторане на «Ролан Гаррос», и я прошел мимо. Я не стал их беспокоить и сел довольно далеко. И очень удивился, когда он подошел поздороваться. Он вполне мог этого не делать, но это показывает, насколько он хороший человек. И в этом нет никакой показухи – он на самом деле отличный парень. Уверен, ему тяжело отказываться от постоянно поступающих ему предложений.

- А что расскажете по Новака Джоковича?

– С Джоковичем я, наверное, тренировался больше всего. Я хорошо провожу с ним время, и у меня хорошие отношения с Борисом Беккером (интервью взято до того, как Джокович и Беккер прекратили сотрудничество – прим.) Он часто спрашивает, смогу ли я потренироваться с Ноле. У меня даже есть его телефон, и это круто! Наверное, он самый известный игрок, номер которого у меня есть – он и Гаэль Монфис. На корте кажется, что Новак не может ошибиться, кажется, что он становится роботом. Он попадает даже из самых сложных положений – защита у него безумная!

- А с кем еще вы регулярно тренируетесь на этих турнирах?

– С Кеи Нисикори, Томашем Бердыхом... Я играл с большинством нынешних топов. С Бердыхом у нас в последнее время завязалось сотрудничество. Он очень приятный, дружелюбный парень. Они с тренером Гораном Иванишевичем регулярно меня приглашали. Я даже смог сделать с Гораном селфи. В детстве мне очень нравилось смотреть его матчи.

- С кем вы мечтаете поиграть?

– Я мечтаю потренироваться с Энди Марреем. Он единственный ведущий игрок, с которым я никогда не играл. Мне очень нравится его игра, и я бы хотел устроить с ним перестрелку с бэкхенда. Но организовать это сложно, потому что он редко зовет спаррингов – ему хватает его тренера Джейми Дельгадо. Вообще я играл со всеми топ-игроками, но никогда не встречался со своим кумиром – Питом Сампрасом... Но это еще менее вероятно!

- В то же время вы пытаетесь строить свою карьеру. Какие у вас цели на 2017 год?

– В 2016 году у меня было несколько травм, из-за которых я опустился в рейтинге с занятой в июле 850-й строчки. Сейчас я в районе 1100-го места, а это значит, что мне придется пахать на «Фьючерсах». Я хочу подняться в рейтинге, чтобы играть «Челленджеры», потому что условия там намного лучше. Хотя во Франции у нас и с этим все в порядке.

- А не трудно пытаться прорваться при очень ограниченном бюджете?

– Я по этому поводу не особо переживаю. Я не знаю, насколько высоко смогу подняться, но пока особых финансовых проблем у меня нет, я продолжу играть в теннис. Но мне нужно изменить подход к расписанию. Мне очень хочется к концу нового сезона войти в Топ-500. Я дал себе еще два года, чтобы посмотреть, чего я смогу добиться, потому что нужно думать не только о себе, но еще и о своей семье».

Фото: twitter.com/GuillaumeW86; twitter.com/ventuthib