16 лет назад в Риме горел отель с теннисистами. Мирному с женой пришлось бежать сквозь пламя, Роддик поймал 7 человек

На этой неделе 16 лет назад проходил римский «Мастерс» – последний в донадалевской эре. Сетку возглавляли чемпион «Уимблдона» и Australian Open Роджер Федерер и чемпион US Open Энди Роддик. Из Монако в Рим приехал Марат Сафин, предыдущий сезон из-за травмы запястья закончивший в хвосте топ-40, а в новом дошедший до финалов Австралии и Эшторила и полуфинала Монте-Карло. В деле был и наш Максим Мирный.

Белорус, как и многие другие игроки, поселился в пятизвездочном Grand Hotel Parco dei Principi – видовой гостинице в пяти минутах ходьбы от галереи Боргезе, десяти – от Пьяцца-дель-Пополо, 30 – от Испанской лестницы. Суббота перед началом турнира, однако, сложилась так, что им оказалось не до прогулок.

В пять часов утра в номере на третьем этаже начался пожар. Вскоре запах дыма почувствовал Роддик, живший на шестом:

«Я встал сходить в туалет и не мог понять, что это за запах в моем номере, – рассказывал потом 21-летний американец. – Я открыл дверь в коридор и оказался в облаке густого черного дыма. Закрыл дверь и выбежал на балкон, который огибал здание.

С него я этажом выше увидел [16-ю ракетку мира] Сьенга Шалькена – метрах в трех надо мной. С ним были его жена, четверо американцев и итальянец. Они все спрыгнули с седьмого этажа ко мне на балкон, потому что у них там все уже было в дыму. Я их поймал. Мыслей в голове в тот момент особо не было, просто инстинкт и адреналин». 

В ожидании спасателей на балконе Роддик говорил по телефону с людьми на первом этаже, державшими его в курсе происходившего. По версии издания The Week, еще он позвонил маме во Флориду, которая сказала подоткнуть под дверь в коридор мокрые полотенца. «Мам, для этого уже поздно», – якобы сказал теннисист тогда.

А вот Мирному и его жене Ксении такие подручные средства помогли, но по-другому. «Меня разбудили странные звуки, я посмотрела в глазок и ужаснулась – там был огонь. С трудом растормошила Макса, возможно, это дым уже делал свое темное дело... «Нам надо бежать вниз» – спокойно сказал он мне, намочил халат и дал мне мокрое полотенце, чтобы я покрыла голову и лицо. Сгорел весь 3 этаж, на котором наша комната была последняя по коридору, а очаг возгорания – через одну комнату от нашей. Единственный шанс для нас спастись был горящий коридор к лестнице, который нужно было быстро пробежать. И мы это сделали вместе. А через несколько минут с ужасом смотрели с улицы, как полыхает в огне наша комната», – вспоминала супруга белоруса.

Шалькен, живший на три этажа выше очага пожара, рассказывал, что они с женой проснулись, когда дым был уже у них в комнате:

«Когда мы открыли дверь в коридор, к нам в комнату забежали четыре человека. Мы оделись, схватили мобильники, чтобы, если что, успеть позвонить близким попрощаться, и выбежали на балкон. С него мы перелезли на крышу шестого этажа.

Там мы прождали полтора часа, потому что сначала спасали людей из другого крыла здания. Потом пожарные сняли с крыши мою жену Рики, а еще полчаса спустя меня и других гостей по лестнице вниз провел другой спасатель».

Томми Хаас рассказал о спасении у себя на сайте: «Мы были на пятом этаже и не знали, откуда идет огонь. Я побежал вниз, и дым становился все гуще, дышать было тяжело, но на третьем уже стало полегче. Мне казалось, я в каком-то дурном фильме».

То же самое, наверное, казалось, и папе Парадорна Сичапана, остановившемуся в номере, соседнем с 305-м, в котором начался пожар, и итальянскому №1 Филиппо Воландри, остановившемуся ровно над ним.

Где остановился Сафин, неизвестно, но представитель ATP Никола Арзани позднее рассказывал, что его номер и вещи сильно пострадали, так что в субботу ему не в чем было тренироваться. Он сам, его девушка Даша Жукова и тренер Питер Лундгрен были «в шоке».

Тим Хенмэн рассказал, что в Parco dei Principi жил его стрингер (человек, перетягивающий ракетки), который, увидев пламя из окна своего номера, «схватил сумку с моими и Ллейтона Хьюитта ракетками и все свои паспорта». 

Игроков вместе с остальными постояльцами, которых было от 200 до 350, эвакуировали на улицу: Мирный стоял в одних шортах и с накинутым на плечи одеялом, а Сафин, как рассказывал сайт theguyfromrussia.com, успел забрать из номера паспорт, бумажник и ракетку. До конца спасательной операции теннисистов укрыло австрийское посольство на соседней улице, потом их пустили забрать вещи и переселили в другой отель.

Тот же theguyfromrussia.com утверждал, что пожар начался в номере итальянского №2 Давида Сангинетти, хотя остальные источники рассказывали, что это был номер двух молодых американок, вернувшихся в гостиницу с вечеринки в пятом часу. Сотрудник гостиницы Антонелло Д’Ариелли после разговора с полицейскими сообщил журналистам, что пришел в номер 305 после того, как там сработала пожарная сигнализация, и увидел огонь под столом – там, где обычно стоит мусорная корзина. Девушек допросили в полицейском участке и отпустили.

Никто из игроков и их команд не пострадал, но погибшие были: пожилая канадская пара укрылась от пожара в ванной и задохнулась, а 58-летний американец сорвался с каната из простыней, по которому пытался выбраться из номера на пятом этаже (его жена спаслась). Квалификационные матчи на «Форо Италико» начались в субботу с минуты молчания.

Мирный, новые ракетки и форму которому выслал отец, даже после такого происшествия выиграл турнир – в парном разряде с индийцем Махешем Бхупати.

У других из игроков, эвакуированных тем утром из Parco, дела были не настолько хороши. В одиночном разряде на турнире лучше всех выступил аргентинец Мариано Забалета – он дошел до второго и последнего «Мастерс»-полуфинала (уступил будущему чемпиону Мойе). Сафин дошел до третьего круга, Шалькен – до второго, Роддик проиграл в первом Гильермо Каньясу и до «Ролан Гаррос» уехал домой. 

«Где-то неделю мне было не по себе, – рассказывал он позднее. – В Риме, наверное, впервые в жизни я вышел на корт, и мне было все равно, выиграю я или проиграю. Я хотел домой к родным. После недели дома, конечно, мне стало скучно, и я был готов снова ехать играть». 

В Париже Роддика снова посреди ночи разбудила пожарная сигнализация. Он сразу оделся и только потом позвонил на ресепшн, чтобы узнать, действительно ли гостиница горит. Когда клерк сказал, что нет, Роддик «взял тапку и кинул ее в сигнализацию».

27-летний Шалькен через месяц на «Уимблдоне» рассказал, что после Рима стал более тревожным:

«Мы стараемся больше не селиться в гостиницах высоко. И теперь я всегда первым делом проверяю, где эвакуационные выходы. В Италии мы не знали, куда бежать». 

Но и позитивный итог у римской драмы был:

«Когда стоишь с человеком на крыше в ожидании спасателей, это, конечно, создает между вами особенную связь. Мы с Энди оба в тот момент были спокойны, но вообще такие ситуации показывают, что вот есть спорт, но жизнь им не ограничивается».

Главный спортивный комплекс Рима – памятник фашизма. И никто не стесняется

Фото: facebook.com/ParcoDeiPrincipiRome; menstennisforums.com; Gettyimages.ru/Stuart Franklin, Daniel Berehulak