«У нас украли гонку!». Феттель потерял победу в Канаде из-за несправедливого штрафа

Стюарды отдали первое место Хэмилтону.

Гран-при Канады должен был стать если не поворотным моментом в сезоне-2019, то хотя бы прервать победную серию «Мерседеса»: в первых шести заездах побеждали либо Льюис Хэмилтон, либо Валттери Боттас. В Монреале для «Феррари» и Себастьяна Феттеля сложилось все: трасса скрыла недостатки болида и вознесла достоинства, сам немец почти неделю впахивал на симуляторе на базе в поисках нужных настроек, а главный конкурент из «Мерседеса» ошибся в квалификации в самый важный момент.

Лидер Скудерии не сдался на старте, сохранил лидерство и держал стабильный отрыв в две секунды — и даже фирменная гениальная стратегия итальянцев ничего ему не испортила. К 40-му кругу Льюис ускорился и догнал Феттеля. Мир замер в предвкушении битвы двух самых титулованных гонщиков современности, но вместо яркого противостояния на треке исход Гран-при Канады решил вот этот момент.

Себастьян получил пять секунд штрафа за небезопасное возвращение на трассу, а Хэмилтону оставалось только провисеть остаток гонки на хвосте у «Феррари» для победы. Именно это лидер «Мерседеса» и чемпионата и проделал, вызвав ярость тысяч и тысяч болельщиков.

Штраф несправедлив

Стюарды обосновали свое решение следующим.

«После изучения видеосвидетельств очевидно, что машина №5 (Феттель) покинула трек в третьем повороте и вернулась на трек в четвертом повороте в небезопасной манере, вынудив машину №44 (Хэмилтона) выехать за пределы трассы. Машине №44 пришлось избегать столкновения».

Они ориентировались на правила Спортивного кодекса 2c и 2d, в которых говорится, что машина может вернуться на трек, но в безопасной манере и без получения преимущества, с достаточной скоростью и без создания опасности для других пилотов.

Все требования абсолютно справедливы — вот только они сами по себе подразумевают, что гонщик к рассматриваемому моменту уже вернул контроль над машиной, может ей управлять, смотреть в зеркала и совершать маневры любой сложности. Ведь никто не стал бы штрафовать кого-то из этого инцидента за небезопасное возвращение на трек, верно?

Давайте же рассмотрим покадрово, что же случилось с Феттелем.

Когда он проезжал третий поворот, то столкнулся со внезапным артефактом избыточной поворачиваемости. Это не было ошибкой: Себ не начал тормозить раньше или позже обычного, не заблокировал колеса, не нажимал на газ — заднюю часть машины просто вынесло, и немец попытался скорректировать траекторию.

Именно поэтому он и вылетел на траву, а не по своему желанию. К слову, за пределами трека он завернул машину сразу же в сторону к барьерам, чтобы вернуться на асфальт в полном соответствии с правилами — по максимально пологой безопасной траектории слева.

Когда он выровнял машину на траве, расстояние от барьера слева было совсем небольшим.

Но затем машина столкнулась с новым артефактом избыточной поворачиваемости из-за контакта с поребриком.

Себу снова пришлось корректировать траекторию и выравнивать машину.

Причем даже в момент самого резкого смещения слева оставалось еще достаточно места для Хэмилтона.

А когда маневр закончился и Феттель начал разгон, до барьера справа было еще далеко.

Вот что видел Хэмилтон.

Как ни крути, Себ оставил ему достаточно места для реакции, так что выехал он с трека весьма безопасно.

Сверху видно особенно ясно — место было.

К слову, о каком «выезде за пределы трека» написали стюарды в своем решении? Если они имели в виду небольшое путешествие Хэмилтона на поребрик, так гонщики делают это довольно часто — особенно в квалификации. Если, на их взгляд, это означает уход с трассы, то половину кругов с Гран-при Канады стоит немедленно аннулировать.

Тем не менее, у стюардов был недавний прецедент с похожим наказанием — маневр Ферстаппена на Гран-при Японии 2018 года.

Вот только там Макс изначально заблокировал колесо, срезал необычно малый кусок поворота (обычно его проезжают слева до конца), вернулся на трассу прямо рядом с Райкконеном, по сути получив преимущество, и толкнул вдогонку пилота «Феррари» при обгоне.

Феттель же в Канаде-2019:

• Вылетел за пределы трека не из-за явной ошибки
• Пытался вернуться по правилам, хоть и восстановил контроль только у конца зеленой зоны
• Прекратил разгон для восстановления контроля над машиной — потому выехал с травы медленно
• Оставил достаточно места и времени сопернику на реакцию на ситуацию
• Не получил ни малейшего преимущества и даже проиграл около 0,5 секунды
• Ни контакта, ни опасных моментов так и не случилось

Также автодром имени Жиля Вильнева сам по себе довольно узкий, а современные машины огромны до невероятия, на что и указал бывший гонщик «Ф-1» Дженсон Баттон.

Как ни крути, это гоночный инцидент, который никак нельзя было наказывать временным штрафом. Уж точно не в ситуации, когда от решения зависит судьба победы в Гран-при и даже чемпионата.

В конце концов, у стюардов есть еще один способ наказания — называется «официальное предупреждение» (получающий три таких в течение года штрафуется потерей десяти мест на стартовой решетке в ближайшем Гран-при).

Реакция гонщиков

Естественно, на стороне стюардов почти никого не оказалось.

«Убогое решение!» – написал в твиттере бывший пилот «Ф-1» Нельсиньо Пике.

«Наказание — дерьмо!» – высказался пилот «Формулы Е» Даниэль Абт.

«Куда Себ должен был ехать? – согласился чемпион 1992 года Найджел Мэнселл. – Сумасшествие. Машина вырвалась из-под контроля, в такой ситуации он уже был пассажиром. Очень неловко».

«Не уверен, что Себ мог сделать что-то еще в той ситуации, – написал Алан Макниш. – С той скоростью, импульсом и направлением он выбрал единственный возможный путь».

«Льюису осталось мало места? Это часть игры на городских треках! – согласился бывший пилот «Ф-1» и стюард ФИА на некоторых Гран-при Алекс Вурц. – Что случилось с философией «Дайте им гоняться?». Штраф? По-моему, нет».

«Думаю, функция стюардов — наказывать вопиющие небезопасные маневры, а не последствия честной борьбы на треке, – высказался Марио Андретти. – Случившееся на Гран-при Канады неприемлемо».

Реакция Феттеля

Естественно, лидер «Феррари» был в ярости.

«Когда съезжаешь на траву и возвращаешься на трассу, у тебя же великолепное сцепление! – негодовал Себ по радио во время гонки. Куда я, черт возьми, должен был поехать? У меня трава была на колесах! Это его решение — ринуться на внутреннюю траекторию! Я сконцентрирован, но они своровали у меня гонку!».

После финиша шоу негодующего Себа продолжилось.

«Не так, нет-нет-нет, – сказал он по радио. – Серьезно? Нужно быть слепым, чтобы видеть: когда ты на траве, ты не контролируешь машину. Мне повезло, что я в стену не въехал! Куда я, черт возьми, должен был поехать? Это не честно, говорю вам. Я злой, и у меня есть право злиться. Плевать, что скажут люди. Отличная публика, шикарный трек. Грацие, рагацци».

После этого он остановил машину перед въездом на пит-лейн для призеров и собственноручно затолкал ее в закрытый парк к остальным, оставив свое место в топ-3 пустым.

После Феттель прошел через моторхоум «Мерседеса», забрал табличку с первым местом (отдав Хэмилтону второе) и отправился в комнату пилотов.

В первую очередь мне понравилась гонка, понравились болельщики, – сказал Себ на подиуме. – Было приятно видеть, как они поддерживают меня на трибунах, когда я проезжал шикану. Думаю, Льюис был немного быстрее нас, но нам удавалось оставаться впереди. Мне кажется, я сказал достаточно. Полагаю, вам лучше спросить людей, что думают они.

Болельщикам не стоит гудеть в адрес Льюиса. Он сам видел, что случилось и я не думаю, что в его намерения это входило. Лучше гудеть из-за таких вот решений стюардов.

Дело не в борьбе за титул. Мы заслужили эту победу, сегодня. Гонка была отличной, болельщики меня поддерживали, а закончилось все очень странным образом. Такие решения не добавляют популярности «Формуле-1». Люди хотят видеть гонки, борьбу. Это они и видели. Досадно, когда все портит смешное судейство».

Трудно с ним спорить — решение стюардов точно забрало у нас шикарную 30-круговую разборку между самыми титулованными гонщиками мира.

Фото: Gettyimages.ru/Dan Istitene, Mark Thompson; globallookpress.com/imago images/HochZwei