Ольга Барабанщикова: «Знаю, как много делается для Азаренко. Она этого не ценит»

Певица и телеведущая рассказывает Игорю Петрулевичу о самом важном матче в карьере, необходимых качествах для мужчины, нехватке патриотизма и о выпуске собственной коллекции одежды.

– Ольга, раскройте секрет: как не потеряться после завершения спортивной карьеры?

– Первый год мне было очень тяжело. Я жила теннисом 18 лет. Победа на «Уимблдоне» в юношеском разряде, четвертое место в паре с Наташей Зверевой на Олимпийских играх в Сиднее. И еще столько турниров, столько матчей нужно было выиграть, столько побед было в планах… А тут травма, которая сама за меня все решила.

Тот период жизни связан не с самыми приятными воспоминаниями. Как раз-таки в самом начале я потерялась. У спортсменов всегда стоит вопрос, чем заняться после окончания карьеры. Многие ничего не умеют делать, кроме спорта. «Спастись» можно только при наличии каких-то интересов и знаний в другой области. Сначала я вообще не понимала, что делать дальше. Присутствовало какое-то ощущение безысходности. Тут еще попала в плохую компанию, очень веселую, но плохую... Могла бы в ней и остаться – и это была бы совсем другая Оля Барабанщикова.

Повезло, что я из музыкальной семьи. Мой папа всегда был меломаном, всерьез увлекался музыкой. По словам его брата, отца частенько под подъездом поджидали поклонницы. Хотя папа мне таких подробностей о себе не рассказывал. Музыка всегда звучала в нашем доме! The Beatles, Rolling Stones, Pink Floyd, Kiss – на этом я выросла. Перед сном папа часто пел мне. Позже я уже не представляла себя без музыки – все гонорары тратила на одежду и диски любимых музыкантов. А на теннисные турниры брала с собой бумбокс.

– Бумбокс?

– Ну, на корты я с ним не выходила, конечно. Просто в номере мне хотелось больше звука. Соседи, наверное, были не очень рады моей любви к музыке. Я же по-другому не могла. На корте тоже всегда играла под музыку – выходила в наушниках. Правда, из-за меня их вообще запретили. Вышестоящие люди решили, что в них я могла услышать подсказки тренера. Не знаю, каким образом, ведь во время моей карьеры технологии еще не достигли такого высокого уровня, как сейчас.

– Так что было дальше? Что вас вывело из «плохой компании»?

– Женя Чалышев из группы «Харлi» предложил мне сняться в их клипе «Танцы на палянцы». После съемок, которые проходили в лесу, мы вместе сидели у костра и я напевала себе что-то под нос. Женя услышал и сказал: «Тебе надо петь!» И тогда он написал для меня мою первую песню – «Было ли не было». До сих пор помню, как на «Русском радио» состоялась ее премьера. Мы так ее ждали! Потом Женя написал еще одну песню. Не побоюсь этого слова – настоящий хит «Не поверю». Это было 10 лет назад, а кажется, что вчера. Вот так и началась моя карьера певицы.

–  Какие изменения в теннисе вы сейчас видите со стороны?

– Мне кажется, теперь это вид спорта, где на первый план вышла физическая мощь. Наверное, из-за этого он стал для меня менее привлекательным. Мне всегда нравилось наблюдать за теннисом, в котором больше тактики, логики, как в шахматах, и меньше физики. Не секрет, что многие сейчас используют фармакологию. Соревнуются не люди, а препараты. А теннисисты натурально гробят свое здоровье.

– Правда, что в теннисе появилось еще больше денег и рекламы?

– Согласна. Но теннис стоит того. Мне вот нравится, что стало много уделяться внимания форме. На корте порой происходит настоящее соревнование модниц – у каждой свой стильный наряд. Признаться, сейчас крайне редко смотрю теннис, да и другие виды спорта. Наверное, за 18 лет  сильно наелась.

– Неужели вы больше не играете?

– Сейчас теннис для меня – это минуты удовольствия, а не мучительные тренировки. Каждый год принимаю участие в рождественском турнире на призы «Атлант-М». Всегда выступаю с бизнесменом Олегом Хусаеновым. Мы часто играем и тренируемся вместе. Правда, он занимается в семь утра. Приходится подстраиваться. И до сих пор я очень волнуюсь во время соревнований. Хочется же побеждать! Азарт спортивный никуда не исчез! Бывает такой мандраж, который я не испытывала даже на Олимпийских играх. Просто потому, что не хочу подвести людей.

Сейчас турнир набрал большую популярность. Во многом благодаря стремлению Олега сделать соревнование лучше. Приезжает много известный людей. Например, есть человек из Санкт-Петербурга, который работает в космической индустрии. Приезжают люди с самым разным доходом. В том числе, крупные бизнесмены. Но на соревнованиях все равны – люди просто получают удовольствие.

Мне искренне непонятно, почему Виктория Азаренко не выступает на Кубке федераций. 

Кроме этого, я часто выступаю в турнирах по пляжному теннису.

– Пляжный теннис? Что это такое?

– Думаю, этот спорт будет набирать обороты. В Южной Европе и Латинской Америке давно полюбили эту игру. В Москве уже два раза проходил чемпионат мира. Со временем и Беларусь привыкнет к ней. У нас ведь много озер с пляжами. Нужен всего-то небольшой кусок земли и сетка.

Участники бегают по песку босиком. Это очень приятное ощущение. Все играют в парах. Мячики гораздо мягче, чем в большом теннисе. Но больше всего мне нравится атмосфера. Недавно мы выступали в Италии. Море, солнце, пляж. Что интересно, рядом всегда играет ди-джей – так что не нужно больше брать с собой бумбокс и наушники с музыкой  Не так давно мы вернулись из Токио, где проходил международный турнир по пляжному теннису Rakuten Japan Open G3. Наша пара с Наташей Зверевой заняла второе место. Уступили в заключительном матче сильнейшим японским теннисисткам – Мисе Миюсака и Каори Янасе. Пара хозяек была посеяна под вторым номером. В любом случае, мы получили огромное удовольствие – этот вид спорта для того и создан. Главная трудность, что очень тяжело бегать по песку. Для этого должны быть хорошие мышцы ног.

Рада, что в Минске на улице Кольцова уже построено четыре площадки для пляжного тенниса. Председатель федерации Игорь Лахвич сам ездит на многие соревнования. Думаю, он поможет развить этот вид спорта. Мы с Наташей Зверевой в нашей стране пока первопроходцы. Мне бы очень хотелось, чтобы и Макс Мирный присоединился к нашей команде. С его габаритами он помог бы нам на соревнованиях.

– Каким был самый важный матч в вашей карьере?

– Первый одиночный матч на Олимпиаде. Я была маленькой 16-летней девочкой. Летела играть в паре с Наташей Зверевой, а попала еще и в одиночку – кто-то из теннисисток снялся. Играла против Мэри Пирс – на тот момент она была в пятерке лучших. Я проиграла. Но само участие в Олимпийских играх меня заводило. Чувствовала неимоверную ответственность. И, конечно, я не могу забыть парный проигрыш в матче за «бронзу» на Играх в Сиднее. Мы с Наташей Зверевой были так близки к медалям для своей родины...

– Вы вспоминаете матчи за страну. Сейчас же спортсмены отказываются играть за нее. Почему?

– Я бы не стала обобщать. Многие теннисисты стремятся играть за свою страну. Есть отдельные случаи, о которых и говорить не хочется. К сожалению, кто-то не дорожит страной и не испытывает трепетного отношения к родине, которая все дала, поставила на ноги. Я этого не понимаю…

– Чем можно оправдать Викторию Азаренко, когда она не приезжает играть за Беларусь?

– Мне искренне непонятно, почему Виктория не выступает на Кубке Федерации. Знаю, как много делается для Азаренко. К сожалению, она этого не ценит. Даже не знаю, как это оправдать. У нас же сейчас нет команды в теннисе. Мы бы могли развивать детский спорт, но туда финансы не доходят.

К сожалению, деньги решают. Многие хотят сыграть на очередном турнире, заработать и полететь дальше. Но есть же еще такое понятие, как патриотизм. Говорю об этом, поскольку считаю, что нужно не только брать у своей страны, но и отдавать. Например, сыграть за страну. К примеру, для Марии Шараповой – это большая честь.

– Можно ли заработать во время карьеры так много, чтобы после спорта ничем не заниматься?

– Здорово, когда можно заработать 20 миллионов долларов, совершить вклад и спокойно жить. Но единицы могут так. Я же считаю, что необходимо много-много учиться. Просто проблема в том, что профессиональному спортсмену сложно получить хорошее образование. И когда они уходят из спорта, становится сложно найти себя в чем-то другом.

Да и ничем не заниматься – это скучно. Для меня безделье смерти подобно. Мне очень повезло, что я нашла себя. Некоторые пытаются сделать это в тренерстве, но для того, чтобы учить других, нужен дар.

Теннис – это только с виду красивая картинка с большими контрактами и переполненными стадионами. Мало кто знает, через какую сложную и монотонную работу проходят спортсмены. А тут еще после карьеры можно все потерять и самому потеряться.

– Как часто сейчас вы пересекаетесь со спортсменами?

– Хоккеист Дмитрий Мелешко – мой сосед. Обожаю его семью. Его жена Надя – моя близкая подруга. Она меня приглашает на матчи «Динамо». До этого последний раз видела хоккей, когда в США ходила на матчи Руслана Салея. Сейчас вот с Надей ходим на «Минск-Арену».

Плюс, как только я начала зарабатывать в спорте, стала заниматься благотворительностью. Делаю это до сих пор. Участвовую в проекте «Мечты сбываются». Там вижу Дашу Домрачеву, Сашу Герасименю. Пожалуй, это единственное место, где я встречаюсь со спортсменами.

Насколько я знаю, где-то неподалеку от моего дома заселяются хоккеисты. Почему-то Тарасово, где я живу, становится популярным местом для людей из спорта.

– Очень часто спортсменки выбирают в мужья спортсменов. Как вам такой вариант?

– Я была обручена со спортсменом, но не хочу это вспоминать. Кажется, мне подходит другой склад ума мужчины. Мне как-то интереснее общаться с людьми из бизнеса. Со спортсменами жить тяжело. Как правило, это люди со своим графиком, они сами по себе и, к тому же, эгоистичны. Не вижу рядом с собой я и человека из шоу-бизнеса. Просто это все люди из той категории, которым нужно посвящать всю свою жизнь, а я хочу, чтобы мужчина делал это для меня.

– Вы – основатель бренда модной одежды Candylady. Расскажите подробнее об этом.

– Могу сказать, что это не мимолетное увлечение. Одеждой я начала заниматься еще 10 лет назад за границей. Но тогда моим большим планам не суждено было сбыться. Пришлось отложить мечту... Сейчас у нас сложилась отличная профессиональная команда. Уверена в том, что нашими творческими силами мы сможем горы свернуть! Поверьте: этого стоило ждать 10 лет!

Candy Lady – это вкусная одежда для целеустремленной, позитивной, сексуальной, уверенной в себе девушки.

– Сколько же стоит платье от CandyLady?

– Мы производим одежду категории «чуть выше среднего». Так что, цена за платье около 300 долларов. В этой коллекции мы использовали очень дорогие ткани. Но в производстве одежды на этом просто нельзя экономить. Первый показ состоялся несколько дней назад – 16 ноября. Мне кажется, это был хороший старт. Теперь снова лечу в Милан за тканями для новой коллекции. Знаете, я так счастлива, что занимаюсь любимым делом. Сейчас со мной происходит все, о чем я мечтала. 

Фото:страница Ольга Барабанщиковой в Facebook