«Я в тюрьме уже 400 лет, могу там побыть еще пять годиков». Мохаммед Али отказывался воевать во Вьетнаме

Легендарный боксер даже снялся в бродвейском мюзикле.

22 марта 1967 года Мохаммед Али нокаутировал Зора Фолли в седьмом раунде и защитил титул чемпиона мира по версии WBA. Фамилию Фолли, который тогда и близко не мог конкурировать с Али в борьбе за титул, вряд ли кто-то вспомнил бы сейчас. Но именно Зора стал последним соперником Мохаммеда перед его более чем трехгодовалым простоем. 

Али пошел на принцип и отказался воевать во Вьетнаме. Уже в апреле 67-го его признали виновным, лишили боксерской лицензии и чемпионских поясов, а во время отсутствия в ринге жить ему помогали вложения в мусульманские проекты, роль в бродвейском мюзикле, продажа на право своего имени для рекламы бургеров и доход от реализации автобиографии.

Государство хотело сделать из него изменника, но получило главного мученика эпохи, который в итоге был реабилитирован.

«Шекспир – президент США»

«Я плачу в год налогов на 6 миллионов долларов. Этого достаточно, чтобы построить три чертовых бомбардировщика», – сокрушался Али, когда его призвали для прохождения военной службы. 

К тому моменту США полномасштабно вели боевые действия во Вьетнаме уже два года. Звезды от армии не увиливали: во времена Второй мировой войны чемпион мира Джо Луис служил, проводя в войсках выставочные поединки, Элвис Пресли был в армии с 1958 по 1960 годы, и примерно то же самое говорили Али.

«Тебе придется туда отправиться. У тебя нет выбора. Речь идет об армии США», – говорили Мохаммеду. 28 апреля он предстал перед призывной комиссией в Хьюстоне.

«Когда я попал на призывную туда, то сделал все, чтобы не поехать во Вьетнам. Я разве что свое имя правильно написал. Постарался, чтобы меня запихнули обратно в автобус вместе с моими перчатками и отправили домой», – заявлял Али друзьям. В той анкете Мохаммед назвал Шекспира президентом США.

Но вместо этого Величайший оказался в Луизиане на принятии воинской присяги, которую благополучно проигнорировал прямо на месте.

Люди, имена которых называли на присяге, должны были выйти из толпы, но Али упорно не реагировал на «Кассиус Клей». Его предупредили, что подобные действия расцениваются как отказ, а отказ по закону равен штрафу 10 тысяч долларов и пяти годам тюрьмы. Главным аргументом против службы в армии Мохаммед называл религиозные соображения, а 19 июня Али уже предстал перед судом.

«Я не уклоняюсь от призыва, не сжигаю флаг и не скрываюсь в Канаде. Я остаюсь здесь. Хотите отправить меня в тюрьму? Хорошо. Я в тюрьме уже 400 лет, могу побыть там еще пять годиков. Зато я не поеду за 8 тысяч километров отсюда, чтобы убивать несчастных людей. Если я захочу умереть, то сделаю это здесь, сражаясь с вами. Вы встали на моем пути к свободе, вы препятствуете в моем стремлении быть равным с другими. Вы не уважаете так же мои религиозные права. У меня нет никаких претензий к вьетнамцам: ни один из них никогда не преследовал негров», – это была мощнейшая речь Али.

20 июля 12 присяжных приняли решение за 21 минуту. Мохаммеда признали виновным, и вдобавок к изначальной угрозе приговора прибавили лишение боксерской лицензии и статуса чемпиона мира. 

«У меня в гостиной остался чемпионский пояс. На нем написано, что единственное место, где я могу его потерять – это ринг».

Святой мученик Себастьян

Али действительно оказался в тюрьме, но лишь на 10 дней и по другой причине: он был за рулем автомобиля, категория которого не была указана в правах. С основным приговором в это время разбирались адвокаты, которые затянули дело в апелляции и в итоге смогли добиться только отстранения в спортивной карьере и штрафа.

Естественно, Мохаммеда прозвали изменником Родины. Настроения среди американской молодежи начали меняться позже: когда и до остальных начал доходить отсутствующий смысл войны во Вьетнаме, они начали поддерживать Али. Этому способствовало и его поведение.

Легендарный боксер начал разъезжать по всей стране и выступал в университетах перед студентами, рассказывая им о равенстве, религии и просто жизни. Учебные заведения начали даже предлагать ему гонорары за лекции, на которые Али соглашался.

«Они хотели стереть его в пыль, уничтожить настоящего чемпиона, но преуспели лишь в одном: сделали из него мученика и народного героя», – сказал Мартин Лютер Кинг, видя реакцию в США. 

Журнал Esquire подхватил эту идею и в апреле 1968-го поместил Али на обложку: фотограф Джордж Луис изобразил его в роли Святого Себастьяна. Через это же издание Мохаммед сделал заявление о завершении карьеры.

«Бокс ничего не значит для меня. Да, я заканчиваю. Что дальше? Хочу помогать бедным и бороться за права людей», – обманывал сам себя Али.

Привыкшему к миллионным гонорарам Мохаммеду пришлось учиться оставаться на плаву другими способами, а не боями. Он вложился в проекты «Нации Ислама» – например, построил мечеть в Майами, с чего имел определенный доход. 

В 1969 году Али открыл новые горизонты. Он продал права на использование своего имени  для рекламы бургерной забегаловки за 900 тысяч долларов, а 12 декабря сыграл в премьере бродвейского мюзикла Buck White, который был поставлен в театре Джорджа Эббота. Конечно, все действие было посвящено борьбе за права афроамериканцев. Лидера этого движения в мюзикле и сыграл Али, причем критики отмечали – сыграл довольно неплохо.

Постановка не прижилась – было дано всего 7 спектаклей, после чего она закрылась. Причины на поверхности. 

Неплохо Али заработал на продаже автобиографии The Greatest – 200 тысяч долларов. Жить было можно, но в том же году Мохаммед все-таки заскучал по боксу. Вот только выступить нигде не мог: вместе с лицензией у него отобрали и паспорт, из-за чего Мохаммед не мог выступать за границей. 

Возвращение и реабилитация

Лазейка нашлась банальная. В Джорджии не было атлетической комиссии, поэтому и санкционирование поединка происходило легче – просто администрацией Атланты. 26 октября Али вышел против Джерри Корри и победил техническим нокаутом в третьем раунде.

Дальше была чуть более серьезная разминка – 15 раундов против Оскара Бонавены и победа техническим нокаутом, а также куча интервью о том, какой же никчемный Джо Фрейзер – боксер, ставший чемпионом мира во время отсутствия Али.

Именно он 8 марта 1971-го года нанес Мохаммеду первое поражение в профессиональной карьере. Это, конечно – другая история. В том году произошла вещь и поважнее.

Апелляции адвокатов Али довели боксера до Верховного суда США, где 28 июня и состоялось главное слушание. На нем все-таки было установлено, что религиозные убеждения Мохаммеда следовало учесть при призыве в армию и попытках отправить его на войну во Вьетнам. Величайший был оправдан: 3 года, 7 месяцев и 3 дня длилось разбирательство в отношении Али и комиссия Нью-Йорка вернула ему лицензию.

«Война во Вьетнаме разделила нацию на две части, поэтому Никсон пытался найти способ успокоить общественное мнение. Он понял, что лучше вновь сделать Али боксером, пока Мухаммед окончательно не стал мучеником», – написал тогда журналист и писатель Норман Мейлер.

Так Мохаммед Али вернулся.

Фото: Gettyimages.ru/Harry Benson/Daily Express/Hulton Archive; globallookpress.com/Keystone Pictures USA; Gettyimages.ru/John Malmin/Los Angeles Times, Keystone; globallookpress.com/imago/Colorsport