«Им было тяжело без мужчин». Гребец Махнев – о бронзе своей жены

4-кратный олимпийский призер в байдарке радуется за девушек и говорит о том, как тяжело смотреть Игры по телевизору.

Вадим Махнев –  муж Маргариты Махневой, которая вместе с Надеждой Лепешко, Ольгой Худенко и Мариной Литвинчук взяли бронзу Рио в байдарке-четверке на дистанции 500 метров. Девушки отомстили-таки за мужчин-гребцов, которых отстранили от Олимпиады.

Как белорусские гребчихи готовятся отомстить за мужиков

Напомним, что сам Вадим Махнев — Олимпийский чемпион Пекина в байдарке-четверке, бронзовый призер Олимпиад-2004 и 2008 в байдарке-двойке (500 м) и серебряный медалист Лондона-2012 в байдарке-двойке (200 м).

– В какой компании смотрели Олимпиаду?

– Я тут в кругу друзей. А уже с родными – как со своими, так и супруги – держим связь по телефону. Мои – дома в Минске, жены – в Могилеве.

– Вы немного грустный. Довольны вообще бронзой?

– Конечно! Все нормально. Мы рады.

– Почему девушки не нагнали немок?

– У Германии оказалась очень сильная команда. С ними было трудно тягаться и биться за серебро. Я думаю, наши девушки все-таки прошли дистанцию не в полную силу – явно могли чуть лучше.

– Как вообще поддерживали связь с Маргаритой?

– Связь отличная – есть же интернет :). Мы часто разговаривали. Девочкам было очень тяжело совсем одним: без тренеров, без мужчин и вообще без полноценной команды. Все вроде как сами должны были делать – сами должны были отвечать за свою подготовку. Наверное, это сыграло свою роль.  

– Не хватило мужского плеча?

– Очень. Это впервые такое. Все время есть одна большая дружная команда, а тут раз – и ничего нет. Полностью одни. В такой ситуации очень трудно. Думаю, девочки еще до конца не осознали это.  

– Что жена уже успела рассказать об Олимпиаде?

– Условия были известны до Игр – была же предолимпийская неделя. Тут даже нечего спрашивать. Как добирались? Вроде без накладок – как и все белорусы. Гребной канал? Можно, конечно, рассуждать, насколько он хороший или плохой, но все находятся в одинаковых условиях. Олимпиада, ну. Что тут еще добавить? Вообще, на таких стартах все получают по своим заслугам в зависимости от того, как тренировались.  

– Напомните, как вы познакомились с Маргаритой.

– На тренировках. У нас же одна команда – сборы вместе проходили. Первую встречу уже и трудно припомнить. Когда мы занимались в Мозыре, Рита еще маленькой девочкой пришла в греблю. Помню, как ее встретил. Шли годы, она выросла – и все само собой завертелось.   

– А как дела лично у вас? С какими ощущениями смотрите Олимпиаду после всех неприятных историй с мужской командой?

– Меня эти истории касаются в меньшей степени. У меня случился перелом, который выбил из колеи задолго до отбора. Отобраться в Рио в предолимпийский год у меня не получилось. В любом случае, я бы не вошел в состав олимпийской команды. Хотя тут все очень сложно: появились слухи, что уже и русских дисквалифицировали, и если бы не сняли нашу команду, то я бы попал на дистанцию 200 метров в двойке.

А вообще, смотреть Олимпиаду по телевизору – это ужас какой-то. Очень трудно. Я никогда в жизни так не переживал и не волновался. Я же боец со стажем: когда выходишь на старт, все понятно, легко, привычно. А у телевизора так болел впервые. Лично мне было очень тяжело.

– На мужских заездах сердце вообще разрывалось?

– Не то слово. Хотя я уже в первый день пережил эту историю. Смотришь – знакомые спортсмены там есть, а тебя – нет. Это вызывает такую спортивную злость. Возможно, это и хорошо. Чтобы лучше тренироваться, надо где-то проиграть, чтобы в два раза больше выиграть. Все неприятные истории с белорусской греблей мотивируют нас на следующую Олимпиаду. Честно, это очень подстегивает.

– Как остальная мужская команда выдерживает такое испытание?

– Есть небольшие слухи, что кто-то хотел ускакать в другую страну. Как говорится, крысы первыми бегут с корабля. Все остальные пацаны настроены решительно. Мы же можем посетить уже следующий чемпионат мира. Будем рвать и метать.    

Фото: Reuters/MURAD SEZER.