Василий Уткин: «Никто не будет рекламировать говно, исключая рынок органических удобрений»
Самое интересное из выступления Уткина в школе журналистики.
Самое интересное из выступления комментатора перед участниками Свободного образовательного проекта «Летняя Школа».
О журналистике:
Если вы думаете, что чьи-то успехи объясняются рекламой, то никто не будет рекламировать говно, исключая рынок органических удобрений. Люди вкладываются в то, что они считают возможным продать.
Самообразование может быть любым – это не важно. Журналистика вообще профессия, которая получается не в процессе образования, а в процессе работы.
Наша профессия - объяснить людям то, что они не испытывали, не знают или не понимают, и не с позиции ученого или знатока, а с позиции собеседника.
Если говорить о каких-то необходимых для журналистов качествах, которые должны быть врожденными (их можно развивать, но если их нет, то никак не разовьешь), в первую очередь, это реакция – способность воспринимать и реагировать очень быстро. Это фантазия – она дает возможность сравнивать одно с другим. Сегодня немыслимо быть журналистом и не владеть языками, это я говорю как человек, не владеющий языками. Говорят, что тяжело работать на телевидении, если есть дефект речи. Но есть примеры, когда дефект речи или любой другой дефект, например, внешности, становятся частью неповторимого образа.
Я всегда знал, что жутко талантливый, также как и вы знаете это о себе.
То, что привлекает в спортивной журналистике в юности, не может привлекать в зрелом возрасте. Подавляющее большинство людей, которые приходят в профессию, тянет к приключениям, путешествиям, общению. Она может вам все это дать, но все это примерно до тридцатника. Потом это не скучно и не надоедает, просто уже не будет, как в первый раз – в этом смысле можно сравнить с тем, как влюбленность становится семьей. В спортивной журналистике это сказывается вот на чём: есть люди, с которыми вы знакомы, и они ваши ровесники. Следующее поколение будет знать вас на вы, если добьетесь успеха. Меняется формат вашей жизни. И те люди, которые занимались первой стадией спортивной журналистики, занимаются абсолютно другими вещами. Кто-то начинает жестко делать карьеру, кто-то пытается получить качественное образование, кто-то делает шаг в сторону бизнеса. Я в данном случае не испытываю такой проблемы, потому что и так многое попробовал – все, кроме образования. Оно у меня так и есть незаконченное высшее.
Если вы будете иметь успех, то странно, если этим не воспользуетесь. Вы постоянно общаетесь с людьми – это колоссальный капитал. Возможно, тем самым, вы наберете материал на книгу или, возможно, вы напишете сценарий, а потом еще и режиссером станете. Кто знает? Вы обрастаете огромным количеством доверительных связей. Это надо ценить и беречь. Не потому, что вам что-то должно доставаться коротким путем, хотя, почему нет? Слово лайфхак очень популярно и именно это и означает. Просто это и есть то, что вы наживаете. Не только же, если говорить про мужчин, морщины на лице и жировые складки в области талии.
Вы не должны искать всеобщего понимания и всеобщей любви. Во-первых, это недостижимо. Во-вторых, проблема взаимопонимания – самая большая проблема, которая вообще существует в человеческом обществе. Вот у вас соседи через стенку живут. В плане физическом, то есть постоянного местоположения – это самые близкие вам люди, вы их чаще мамы видите, но вы не знаете о них ничего. Сравните: вас читают тысячи людей. Вы хотите, чтобы они вас полностью понимали? Во-первых, вы должны к себе относиться критично, потому что не всегда удается удачно передать то, что имел в виду. Во-вторых, как только вас начнут читать многие люди, вы увидите: крайне мало из них стараются понять вашу мысль и ваш рассказ. Люди в массе своей ищут знакомые слова, знакомые образы, и этим чаще всего довольствуются. Неполное взаимопонимание – это то, с чем вы будете сталкиваться чаще, чем все остальные люди, если выберете ниву журналистики. Таким образом, всеобщая любовь недостижима.
При подготовке к репортажу, во-первых, все пишите от руки, если у вас будет такая необходимость. Так лучше запоминается. Во-вторых, забудьте это там, где писали. То, что запомнилось, то и пригодится, что забылось – вы дольше будете искать.
У комментатора есть неотъемлемое право иногда быть идиотом. Это позволяет зрителю почувствовать себя умнее. Нет никакого способа расположить к себе человека лучше, чем дать ему почувствовать, что он умнее. Он сразу начнёт к тебе прислушиваться. Кроме того, это разрушает ложный пьедестал. То, что комментатор – у микрофона, а вы, зритель, у телевизора, не даёт ему никакого преимущества и не делает ни умнее, ни красивее.
Комментатор – собеседник, он всегда должен оставлять возможность для иной точки зрения рядом со своей. Какие способы для достижения этого? Важнейший способ – самоирония. Второй и самый главный способ – никогда не стесняться признавать свои ошибки. Это неправда, что раньше комментаторы меньше ошибались. В первую очередь, раньше менее совершенной была телетрансляция, и было меньше возможности удостовериться, что с мячом, например, был другой игрок. То же самое относится к судейству. Не судили раньше лучше – раньше хуже было видно и меньше способов было проверить.
Я вам советую читать любую переводную литературу с английского жанра нон-фикшн. Это предельно разработанный в Америке или Англии жанр. Нам ещё очень нескоро предстоит подняться до таких высот ремесла на русском языке. Считайте, что примерно как в освоении космоса: отстали на годы и, скорее всего, никогда не догоним.
О своей школе:
Меня сейчас увлекла идея о создании собственной студии, школы как можно было бы условно назвать группу студентов. Я почти придумал план занятий на первый год. Осталось только понять, будет ли кому-то это интересно.
Подвигла меня к этому скука. Я очень времени проводил на работе в редакции – это форма моего существования. Мне скучно без людей. Я и по образованию педагог, мне нравится кого-то учить, нравится делиться опытом, делать замечания, слушать замечания. Это мой образ жизни. И, в конце концов, мне нравится кого-то мучить и кем-то помыкать, как и любому человеку.
Я сейчас сочиняю, чему бы я учил в своей школе. Как раз думаю, что книги, которые мне нравятся, и книги, необходимые к прочтению моим потенциальным «студентам», которых я, возможно, наберу – это два совершенно разных списка. То, что нужно знать в процессе обучения – это не то же самое, что ты читаешь (Школа Василия Уткина на днях объявит о наборе учащихся – прим. Ред).
О болельщиках на футболе:
В футболе нет ни одного прямого индикатора, кроме спортивного результата. Все остальное очень относительно. Вот, например, стадион Петровский в Санкт-Петербурге вмещает 25 тысяч зрителей. Новый стадион, который, видимо, когда-нибудь построят, будет вмещать более 60 тысяч зрителей. Означает ли это, что надо решить задачу по привлечению только условных 35 тысяч, ведь 25 уже ходят? Это не так. Скорее всего, часть зрителей ходить перестанет, поскольку сложилась определенная практика боления на стадионе, которая привлекает одних и отпугивает других. Существуют другие цифры: ядро зрителей, постоянно ходящих на стадион Петровский, составляет 10 тысяч человек из года в год. При этом, 7 тысяч из них приходится на так называемый «вираж». Это то место, где сидят болельщики, которые ( я не шучу и не иронизирую) уверены, что на футбол стоило ходить, потому что там приятно пожечь файеры и можно кому-то устроить овации, а кому-то обструкцию. Между прочим, это реально отпугивает горожан от посещения стадиона. И любая новая практика является не арифметической суммой других факторов, а качественной трансформацией. Просто историю придётся придумывать заново.
В прежние годы на «Спартак» ходила одна аудитория, сейчас у него аудитория выросла. Означает ли это, что «Спартак» стал играть лучше? Нет. Это означает, что у него появился свой стадион. Была проведена отправная работа: местами качественная, местами не очень. Но аудитория изменилась одномоментно. Это не было связано ни со спортивными результатами, ни с чем другим, кроме появления стадиона и новой истории.
О киберспорте:
Киберспорт – это не спорт. Спорт немыслим без физических нагрузок или чего-то, что напрягает тело. Не все же соревнования называются спортом. Можно сравнивать, кто дальше плюнет. Можно чемпионат мира проводить. Этим можно увлечь, поверьте, но не всякая игра – это спорт.
О своей книге:
Я мог бы написать, наверное, книгу. Более того, у меня есть предложение, но я не могу решить пока решить, о чем именно писать, в каком аспекте. Я очень недоволен тем, как сейчас пишу и мне надо с этим разобраться. Я сейчас, видимо, не готов приступить к написанию книги. Думается мне, что как факт она не является для меня необходимой. Не уверен, что она будет всем интересна. Мне есть чем заняться еще, поэтому я откладываю. Но я от этой мысли не отказался.
О теннисе:
Теннис – выдающееся телевизионное зрелище. Потому что, с одной стороны, он дает возможность знатоку разобраться в почти любом техническом аспекте, с другой стороны, он привлекателен даже для того, кто не пытается в этом разбираться, потому что это столкновение один на один, крупные планы. Это драматизм, как он есть. Ни в каком другом виде спорта больших способов выразительности в том, что касается драматизма борьбы, нет. В теннисе есть паузы, можно посмотреть на человека – что у него на лице написано.
О петиции о роспуске сборной России:
Это очень точная, хотя и не полная, к сожалению, перепись идиотов в России. Абсолютно все люди, которые это сделали, идиоты. В наименьшей степени написавший, потому что не он думал, что это приобретёт такой размах. А все остальные – идиоты, потому что роспуск сборной – это несуществующее требование, которое абсолютно ни к чему не приведёт. Во-первых, она распущена. Во-вторых, как вы себе представляете последствия роспуска сборной? Что дальше? Все эти люди поголовно идиоты, которые не думают о последствиях своих поступков.
Іншыя пасты карыстальніка
