Самый живописный стадион Минска, который утопили, – и от него остался только «Остров слез»

Футбол на Немиге – еще 30 лет назад это было возможно.

Мемориальный комплекс «Остров Слез» открылся в Минске в 1996 году. Так завершилась масштабная реконструкция Троицкого предместья, начатая еще советскими властями. Согласно легенде, архитектурную перестройку затеяли после визита генсека Леонида Брежнева, который удивился отсутствию в столице БССР историко-культурного центра. В Минске его просто решили сделать, преобразив неприглядный район. 

За 10 лет до открытия «Острова слез» местность возле Дворца спорта выглядела иначе. Русло Свислочи было уже, а там, где сейчас вода (справа от острова на фото) находился стадион спортивного общества «Трудовые резервы», который построили в конце 50-х.

С конца 19-го века этот район столицы считался татарским. Татары, появившиеся на белорусской территории в 14 веке, плотно селились в окрестностях современных улиц Заславская, Мельникайте и Димитрова. Место оттого называлось Татарской слободой или Татарским предместьем. У местной общины была даже мечеть, которая находилась на месте современного ресторана гостиницы «Юбилейная». Участок земли на берегу Свислочи татары использовали под огороды. Благодаря удобрениям (историки говорят, будто татары использовали илистые отложения со дна Свислочи) урожаи были отличными и пользовались спросом у горожан.

Однако в первой половине 20 века Свислочь часто выходила из берегов. В 1931 году паводок поднял уровень реки на 5 метров, а в апреле 41-го – на 4,5 метра. Огороды постоянно затапливались, и хорошая, плодородная земля постепенно превратилась в болото. К 50-м там уже никто ничего не сажал.

– Район был сплошным частным сектором, – вспоминает бывший футбольный инспектор Бронислав Ясинский, родившийся и выросший в Татарской слободе. – У берега реки было сильно заболоченное место. В народе оно считалось мертвым. Строить и делать там что-либо никто не решался. Недалеко от берега стояло всего несколько полуразрушенных построек. А на месте Дворца спорта был небольшой прудик. В детстве с друзьями мы катались по нему на плотах.

Татарское предместье. Начало 20 века

После войны район изменился. Появилась Парковая магистраль – в будущем проспект Победителей, – застраиваемая «высотками», а на месте неприглядных «огородов» вырос «Стадион имени Климента Ворошилова». Сперва арена принадлежала спортобществу «Красное Знамя», а в 1959 году перешла «Трудовым резервам». Вскоре засыпали песком пруд и начали строить Дворец спорта.

Конец 60-х. Вид на стадион. Строительство Дворца спорта закончилось совсем недавно.

– Точно не помню, когда стадион построили, но в 1961 году я играл на нем за свою спортивную школу, – рассказывает бывший тренер и директор «Трудовых резервов», а ныне руководитель РЦОР-БГУ Владимир Пигулевский. – Помню, на тренировки ходил пешком аж с велозавода. Также на стадионе тренеры минского «Динамо» Евгений Глембоцкий и Геннадий Абрамович отбирали себе таланты. Первое время это был очень хороший стадион с идеальным газоном. В 65-м на нем проходил финал Спартакиады школьников СССР.

По внешнему виду стадион напоминал «Трактор», только вместимость была чуть меньшей – 10-12 тысяч человек.

– Строение было масштабным, – продолжает Пигулевский. – Под основной трибуной располагались служебные помещения. В одном крыле раздевалки и тренерские, а в другом – гостиница, где жили многие знаменитые спортсмены и сотрудники нашего общества. Олимпийский чемпион по фехтованию Виктор Сидяк, например. Стадион был не только футбольным, но и легкоатлетическим. Поле было окружено беговыми дорожками. Имелась прыжковая яма, секторы для толкания ядра и метания молота и копья. Зимой беговые дорожки заливались водой и становились конькобежным треком. Готовили чемпионов мира. Не надо улыбаться. У нас занимались Игорь Железовский (6-кратный чемпион мира – Tribuna.com) и Эдуард Матсуевич (чемпион Европы 1965 года и рекордсмен мира – Tribuna.com). Кроме того, проходили чемпионаты Беларуси по конькобежному спорту. Здесь периодически тренировался и Саша Прокопенко, а Сергей Гоцманов вообще наш воспитанник.

– Я жил на Парковой магистрали прямо напротив стадиона, – вспоминает Иван Савостиков. – В 60-е у нашего состава минского «Динамо» была традиция. Новый год мы встречали у меня дома. Собирались такие ребята, как Адамов, Погальников, Малофеев. Все непременно оставались ночевать, а утром брали коньки и шли на стадион. Проводили эстафеты и различные игры. Веселились и отлично праздновали.

В 60-70-х годах на «Трудовых резервах» играли столичные «Спутник», «Мотор», «Трактор» и дубль «Динамо». Савостиков, руководивший стадионом в первой половине 70-х, отмечает, что тренировался иногда на арене и основной состав «Динамо» времен Эдуарда Малофеева. А еще занимались футбольные школы «Трудовые резервы» и ДЮСШ №5, Суворовское училище проводило уроки физкультуры.

– Все поменялось, когда директором общества стал бывший военный, – рассказывает Пигулевский. – Кто-то ему подсказал, что для наилучшего роста травы надо привезти торф. Привез, разбросал по полю – и трава «сгорела», образовался толстый слой пыли. Когда дул ветер, наши лица превращались в лица людей, отработавших смену в литейном цеху. Поэтому перед матчами поле обильно поливали, иначе играть было невозможно. После того, как ветер вымел всю пыль, директор привез растительный грунт. Газон вроде бы восстановился, но на нем принялись маршировать профколлективы – готовились к парадам на 1 Мая и 7 ноября. Ходили по газону, строили свои пирамиды. В общем, поле стало таким, как моя голова – лысым. А в довершение еще и мотобол начали развивать. Поэтому называл я комплекс «Тотально-мотобольно-футбольный стадион «Трудовые резервы».

Со второй половины 70-х стадион стал потихонечку приходить в запустение. Газоном никто не занимался, трибуны ветшали. В народе его стали называть «собачьим», так как местные все чаще выгуливали там собак. Городские власти решили стадион снести. Пигулевский говорит, что решение принимал Петр Машеров.

– Во Дворце спорта было какое-то торжественное правительственное мероприятие с участием Машерова. Во время перерыва он вышел на балкон Дворца, который как раз «смотрит» на стадион. И тут моментом воспользовались главные архитекторы города. Они начали рассказывать, что нужно что-то делать со стадионом. На Машерова надавили, и он согласился.

Футбольные люди говорят, что рассматривалось два варианта проекта. Первый подразумевал полное затопление арены и расширение русла Свислочи. А по второму стадион просто должны были немного «передвинуть» поближе к улице Богдановича и превратить в современный комплекс. Иными словами сделать альтернативу «Динамо». Победил первый вариант. Стадион начали разбирать в 1985 году.

– Мы тренировались на полях до последнего, – говорит Пигулевский, работавший тогда тренером. – Нас даже не предупредили, что работы начались. Строители просто пригнали «кувалду» и принялись  бурить стены. Никого из нас даже на месте не было. Когда приехал, увидел, что снесена половина тренерской, которая была как раз с торца. У меня даже 10 мячей куда-то пропало. Может, строители себе забрали.

Стадион в 1985 году.

Вывозом остатков арены занималось Суворовское училище. По словам Пигулевского, суворовцы забрали забор, отделявший трибуны от беговых дорожек, перетащили его к себе в училище и установили где-то на территории. А руководящий состав училища якобы свез на дачи деревянные брусы, на которых крепились трибунные скамейки.

В апреле 1986-го на стадионе (точнее, на том, что от него осталось) прошел необычный «товарняк» между минскими металлистами и хиппи. Историк Михаил Володин утверждает, что задумка сыграть в футбол родилась у неформалов после того, как минская милиция задержала хиппи и металлистов возле кафе «Пингвин» – излюбленного места сбора. Хиппи милиционеры будто бы нашептали, что спасают их от металлистов, которые задумали устроить «кровавую баню». Металлистам же сообщили, что акцию планировали хиппи. После поместили группировки в одну камеру. Неформалы не стали выяснять отношения на кулаках и решили сыграть в футбол. И на следующее утро, когда всех отпустили по домам, двинули на «Трудовые резервы».

– Хиппи шли молча, с развевающимися по ветру волосами, металлисты воинственно гремели цепями, – вспоминает матч Володин. – Мобильных телефонов в то время не было, но весть разлетелась по городу моментально. Матч начался в полдень – к этому времени успели подтянуться болельщики обеих команд. Ни прежде, ни потом не видел Минск столь странного футбола! Игроки бестолково бегали по полю, сталкивались, били мимо мяча, падали, поднимались, размахивали руками, а то вдруг останавливались о чем-то поговорить. Коренастые металлисты были лучше подготовлены физически. Зато выглядевшие изможденными хиппи превосходили соперников в интеллекте.

Старожилы отмечают, что подобные встречи между представителями различных неформальных субкультур периодически случались на разных стадионах Минска, в том числе на «Трудовых». 

Затапливать арену начали в 1987 году – стадион к тому времени был разобран. От проспекта Победителей в сторону реки вырыли котлован. Когда дошли до Свислочи, пустили воду в яму, и река заняла новое русло. На месте стадиона остался лишь небольшой островок с мостиком. Сейчас мы зовем его «Остров слез».

Уместно говорить, это слезы и по футболу.

\Фото: В. Мороз, В. Воложинский, Д. Маслий, издание «Мiнск учора i сення», М. Володин, Г. Матвеев, С. Плиткевич.