Де Росси – это и есть Рим. Ради «Ромы» он отказался от класико и денег АПЛ

История любви великого города и великого капитана.

В его верности Риму всегда был налет эгоизма.

В лучшие годы Де Росси зазывали все европейские гранды. Кое-кто звал и в худшие. Чтение, видение, точный вертикальный пас и образцовая отдача – Даниэле было что предложить топам. Неизменная очередь за его подписью регулярно обламывалась, разлетались по домам одни менеджеры, и прилетали, чтобы так же безрезультатно улететь, другие. Бесстрашный опорник боялся одного: покинуть великий город.

Он боялся, что за пределами Рима, за пределами невероятной энергетики рыбных рынков и фанатской преданности станет ненужным – слабее и бесполезнее, чем в столице Италии.

С ним такое уже случалось. Его отец Альберто мотался по клубам серии С, и Даниэле не все детство провел безвылазно в Риме. Он пошел в школу в Римини. Дети там носят красные и синие фартуки, и мать – секретарша из Eni – купила ему передники обоих цветов. Длинноволосый блондинчик выбрал красный – и в первый же день в школе узнал, что такие носят одни девчонки.

В тот день над Де Росси смеялись даже камни.

Дома – понятнее и спокойнее. В родной Остии – прибрежном районе Рима, в получасе от центра, – Де Росси впитывал в себя мощь и меланхолию моря. Летом пляжи золотели от песка и бронзовели от серферов; большинство было его ровесниками. Даниэле пробовал встать на доску, но чаще неуклюже разрезал воду вместо того, чтобы покорить ее. Тогда он уходил в семейный ларек – здесь же, на пляже – и резался в карты со взрослыми. Подросток впитывал грубый юморок заядлых картежников, бесился от поражений (соперники запоминали все карты) и усваивал: хочешь побеждать – читай игру.

«Рома» была с ним с самого детства: в Вечном городе ты либо красный, либо голубой. У Де Росси, как у любого римлянина, не было выбора: здесь страсть передается по наследству. В пять у Даниэле появилась первая футболка «Ромы» – подарок дяди. Тогда же его отец, романиста и будущий тренер клубной примаверы, впервые отвел его на футбол.

«Стадио Олимпико» закрылся на реконструкцию перед чемпионатом мира-1990, и матч проходил на городском 30-тысячнике «Фламинио». Де Росси стоял рядом с курвой и весь матч не сводил глаз с ультрас. Он еще не понимал, что происходит на поле, но заразился переживаниями фанатов. В 96-м Даниэле дебютировал – подавал мячи на игре с «Интером». Матч был важным, решалось, кто попадет в квалификацию Кубка УЕФА, и после гола Ди Бьяджо вся «Рома» рванула к Курва Суд. Де Росси, светловолосый 12-летний мальчишка, тоже. Он уже чувствовал себя частью команды.

В Италии говорят, что по-настоящему понять Рим может только чужак. Но чужак поймет его не так, как местный. Для Де Росси Рим – не богемная картина Феллини, в которую навсегда влюбился фриулиец Фабио Капелло. Рим для Де Росси – это долг. Долг перед Роберто Поррекой (для Даниэле он символ «Ромы», работал в Тригории еще в те времена, когда капитан играл за молодежку), клубными поварами, которые кормили его чаще бабушки, матери и жены вместе взятых, и соседями по центральной площади Кампо-деи-Фиори.

Они для Де Росси свои, и он сделает все, чтобы осчастливить их. Кампо-деи-Фиори – пешеходная, к дому Даниэле пробирается через рыночные ларьки и толпы работяг, возвращающихся со смены. Смешанный рыбно-овощной аромат обволакивает его, знакомые привечают по-свойски, а незнакомые – здороваются. На всех – одни печали и одни радости.

Даниэле для них не миллионер, а парень с района. У него, выходца с Остии, ушло немало времени, чтобы добиться такого признания: купив квартиру, он выходил по утрам на площадь, знакомился с рестораторами, продавцами, владельцами ларьков – семьями, которые живут здесь столетиями. Они заботятся о нем, защищают после поражений, а капитан возвращает им долг: подкатами, передачами, голами и даже драками, если придется.

Поэтому Де Росси плохо от одной мысли об уходе. Поэтому он плакал, когда шел освобождать шкафчик на клубной базе. И не дошел.

Де Росси уже никогда не станет другим. Ради Рима он отказался от Эль-Класико, британских арен и царских контрактов. Он думал, что отказался и от финала ЛЧ, но в Вечном городе всегда так: то ничего за всю жизнь, то все – за один день.

Теперь Даниэле за две недели может отыграть все: английские деньги, которых не видел, страны, в которых не поиграл, и великие матчи, которые пропустил.

Таких, как Тотти, больше не будет. Но Де Росси может стать последним игроком, которому Рим должен не меньше, чем он – Риму.

***

Телеграм автора

Итальянский футбол соответствует моему чувству прекрасного. Подписывайтесь, не пропустите новые тексты!

Фото: REUTERS/Stefano Rellandini, Dario Pignatelli; Gettyimages.ru/Claudio Villa /Allsport