Михайлович впервые подробно рассказал, как лечился от лейкемии. 19 таблеток в день, потеря обоняния, минус 21 кг

Чуть больше недели назад Синишу Михайловича выписали из больницы после третьего курса химиотерапии. Летом тренер объявил, что болен лейкемией: редко посещал тренировки и пропустил предсезонку. Михайлович общался с командой лишь с помощью телефона и видеосвязи, но теперь самое страшное позади.

В пятницу Михайлович дал первую пресс-конференцию после той, на которой рассказал о диагнозе. Ниже – его полная речь. 

***

Хочу поблагодарить всех, кто был рядом и хотел быть рядом эти месяцы. Всех, кто писал мне письма и отправлял сообщения. Всех, кто молился за меня, кто делал плакаты в мою поддержку и пел за меня песни на стадионах. Мой мир, мир футбола, заставил меня чувствовать себя очень защищенным, частью семьи. Это было фундаментальной вещью.

Хочу сказать спасибо всем болельщикам: и команд, которые я тренировал, и остальных – итальянских и зарубежных. И, прежде всего, уникальным поклонникам «Болоньи». Благодаря им я чувствовал себя братом, сыном. Также благодарю клуб, всех его членов, от президента до штаба и игроков. Они все объединились вокруг меня, не сомневались во мне. Клуб поддержал меня, и я не думал о том, что будет с моей работой, чувствуя себя более спокойно.

Благодарю близких друзей, поддержавших меня в этот тяжкий период. Особенная благодарность, самая искренняя, моей семье, моей жене и детям. Моя жена все эти дни провела со мной. И еще раз показала, насколько я нуждаюсь в ней. Я – счастливчик, потому что бок о бок со мной такая женщина, с такой невероятной силой. Я люблю тебя.

Мои дети. Они и есть моя жизнь. Они боялись вместе со мной, но, увидев в их глазах страх, я решил сделать все, чтобы победить. Они так за меня переживали, это было истинное проявление любви. Я увидел 20-летних девушек, готовых на все, чтобы спасти жизнь их отца. И они это сделали.

Спасибо моему брату, моей маме, которые живут в Сербии.

Это были 4,5 месяца ада, потому что я один был заперт в больничной палате. Моим самым большим желанием было вдохнуть свежий воздух – тот, что за окном, – но я не мог, потому что в палате все было отфильтровано. И так 4 месяца. Я никогда не чувствовал себя героем. Я просто человек. Да, сильный, с характером, который никогда не сдается и не опускает руки, но просто человек, хрупкий человек. И эту болезнь не победить просто характером. Тут нужны лекарства. Поэтому, когда я впервые попал в госпиталь, понял: я в правильном месте. Хочу сказать всем, кто болен лейкемией или другими тяжелыми заболеваниями: никогда не чувствуйте себя слабее, чем вы есть на самом деле, когда вступаете в схватку с болезнью. Нельзя предаваться отчаянию и терять надежду. Единственное, что вы никогда не должны терять – это тягу к жизни.

Эта долбаная болезнь требует громадного терпения. Не нужно думать о том, когда тебя выпишут. Нужно бороться с ней день за днем, постепенно двигаясь вперед. Нужны маленькие, а не глобальные цели: ежедневные, еженедельные. Нужно концентрироваться на них. Каждый день, проведенный в госпитале – это день, который приближает тебя к выписке и выздоровлению. Я обращаюсь ко всем, кто вместе со мной боролся за свои жизни: если вы верите, если вы сражаетесь – вы увидите, как солнце снова восходит. Да, впереди множество трудностей, но факт выздоровления того стоит.

Все это очень сложно с психологической точки зрения. Потому что провести столько времени в комнатушке без возможности вдохнуть свежий воздух нелегко. Нужна сила. Не только внутренняя, но и тех людей, которые желают тебе добра. И я боялся. И боюсь до сих пор и это нормально. Но знаете что? Я два дня провел с игроками, вел тренировки и это было потрясающе. Потом я устал, вчера взял выходной. Но я знаю, что буду набираться сил и дальше все пойдет лучше. Я сбросил 30 кг. Сейчас же – набрал 9. Я принимаю 19 таблеток в день. С 8 утра до полуночи. Определенная таблетка в определенный период времени.

И вот я вышел из больницы. Да, мне все еще нужно туда возвращаться на обследования, но я там уже не ночую! Я сплю дома, ем нормальную еду. Вот только и это нелегко, ведь я потерял обоняние. Сейчас для меня мясной стейк и листок бумаги – на один вкус. Вкус картона. Поэтому я также должен пить таблетки для восстановления ротовой полости. Также у меня есть таблица со всеми моими каждодневными расписаниями: когда какую таблетку принимать. Надеюсь, после этого я стал лучше как человек. Потому что в прошлой жизни терпение не входило в число моих добродетелей. Но схватившись с болезнью осознал, что терпение – золото.

Сейчас я наслаждаюсь каждой минутой каждого дня. Все то, что раньше казалось обычным, нормальным, теперь кажется потрясающим.

Вдыхать воздух становится потрясающим. Это прекрасно и, надеюсь, таковым и останется. Не хочу, чтобы говорили о Михайловиче, больном лейкемией, который чуть ли не при смерти. Хочу, чтобы говорили о Михайловиче – тренере «Болоньи». Хотел, чтобы команда двигалась вперед и без меня, хотя следил за ней из больницы. Не хотелось, чтобы болезнь становилась оправданием.

Команда и тренерский штаб ждали меня, но я ждал возможности вернуться к ним больше. Я боролся каждый день, делал вещи, которые, возможно, немногие сделали за свою жизнь. Даже когда у меня была температура 40, всегда искал возможность быть ближе к команде: по Skype, по телефону. Когда мог, был на стадионе, на скамейке. Все дни я жертвовал чем-то, чтобы достичь своей цели. И надеялся увидеть на поле похожие усилия и самопожертвование. Но, к сожалению, такое случалось не всегда. И мне жаль, что это так. Несмотря на все, я вынужден сказать, что просто взбешен результатами, игрой, отношением к делу моей команды. Говорил позавчера с парнями, сказал им, что сейчас они явно не выкладываются на 100%. Но игра началась. Мы должны вновь обрести себя и найти способ начать набирать очки. Другого пути нет. Мы знаем правильный путь и должны снова ступить на него. Вот и все. Кто не сможет, у того будут со мной проблемы.

И все же, уверен, вскоре мы увидим «Болонью», которую все мы, и я, хотим увидеть. Ту, которую все мы видели в прошлом сезоне и в ряде игр нынешнего.

Когда я выписался из госпиталя, моя жена опубликовала фото, подписав ее цитатой из песни моего друга, Эроса Рамазотти: «Нет вещи лучше». И нет слов, лучше отражающий итоговый результат после изнурительного лечения. Действительно, ты наслаждаешься тем, что не надо ночевать в больнице, наслаждаешься каждым днем, своей семьей, работой – вот уж точно «нет вещи лучше».

Ну и здорово было бы позаимствовать еще одну фразу – у другого мастера, Васко Росси (итальянский музыкант – Sports.ru): «Я все еще здесь». Я взаправду все еще здесь. И буду здесь. Это важно. Я не сдамся никогда. Пойду своей дорогой. Когда смогу, всегда буду с командой. Только так я чувствую себя живым. Надеюсь, буду здесь чаще, чем за эти кошмарные 4,5 месяца. Уверен, что смогу все наладить.

Что касается игры, нам не нужны Криштиану Роналду или Месси. Играть могут все. Также, как и сидеть в запасе или на трибуне. Играть будут те, кто заслуживает этого. Кто будет делать то, что я скажу. Да, совершая ошибки, но мне важно видеть стремление делать все правильно.

Когда я объявил о болезни, то сказал, что вызываю ее на поединок – и посмотрим, кто кого. Так и было, так и вышло. Я помню себя на поединке с «Вероной», когда на мне живого места не было и выглядел я, как ходячий скелет в кепке, но я дал обещание команде – быть с ней.

Я сдержал его. Я буду с вами. И во время той игры я моментами был близок к тому, чтобы упасть в обморок, но я держался. Потому что должен был. Мне ставили минимальные, каждодневные цели. Я помню, как выбирался из госпиталя и уже через 2 дня хотел вернуться, чтобы продолжать бороться. И так двигался вперед. И выбрался из этой чертовой больничной палаты. Ради всех, кто был со мной, ради семьи и друзей.

Я еще не могу постоянно быть с командой. Должен отлучаться в госпиталь 2 или 3 раза в неделю. Не могу быть в одном помещении с большим количеством людей: в таких случаях должен носить маску. Могу выбираться на улицу, но только если там не идет дождь или не очень холодно. Пока не могу быть на стадионе – слишком много людей, слишком много риска. Могу ездить на машине, но обходясь без длинных путешествий. Поэтому на выездных матчах быть пока не могу. Возможно, появлюсь на играх с «Миланом» или «Аталантой», или на обеих. Иногда говорил докторам, могу ли быть на стадионе, скажем, через месяц. Таким образом готовил их к такой возможности. Иногда получалось, иногда нет.

Я слышал о том, что тренеры Серии А хотят проголосовать за меня, как за лучшего в прошлом сезоне. С радостью приму эту премию за то, что мы совершили чудо с «Болоньей», а не за то, что заболел.

Я получил множество писем от совершенно незнакомых людей. И от знаменитых: Сальвини, Ренци, Рамаццотти. Но самое сильное было от мальчишки из Пармы, у которого тоже лейкемия. Мы общались с ним, это помогало нам двигаться вперед.

А еще я вновь обрел друзей, которых потерял по своей глупости. Например, Манчини, с которым мы не говорили 4 года. Он один из первых поддержал меня, приехал в госпиталь, и мы много разговаривали, не только о футболе.

Хотя бы за это я болезни благодарен».

Фото: globallookpress.com/Massimo Paolone/Lapresse, Maurizio Borsari/AFLO, Andrea Staccioli / Insidefoto; instagram.com/mrmihajlovic; instagram.com/ariannamihajlovic