«Мне лучше искать работу, чем промолчать». Басков хотел обязать тренера поддерживать власть – тот уволился

Александр Руммо верит в силу добра.

В среду юношеская сборная страны по хоккею лишилась главного тренера: Александр Руммо ушел со своего поста. Специалист стал одним из немногих людей в мире хоккея, кто открыто выражал свою позицию по поводу происходящего в стране. Руммо комментировал жесткие силовые разгоны протестов, говорил об участии тогда еще гендиректора «Динамо» Дмитрия Баскова в провластных акциях и подписывал петицию за честные выборы. Вскоре после назначения Баскова главой ФХБ тренер в приватной беседе признался: думает, что скоро лишится работы. Так в итоге и произошло.

В интервью Андрею Масловскому Руммо рассказал, как происходило увольнение, и высказался о хоккеистах, которые молчат.

– Вы ведь были готовы к тому, что потеряете работу?

– Да. Я не поддерживаю сегодня генеральную линию, поэтому был готов. Работал с командой и знал, что этот момент придет. Правда, думал, что Министерство спорта раньше отреагирует, но все как-то затянулось. Кто-то просто позвонил и спросил: «Отказываетесь от письма?» Я сказал: «Нет». На этом все переговоры закончились.

– Не запомнили, кто звонил?

– Там не представились.

На прошлой неделе состоялась встреча с председателем федерации хоккея [Дмитрием Басковым], на которой мне обозначили однозначную позицию федерации: тренер нацкоманды должен поддерживать власть и генеральную линию партии. Я с этим в корне не согласен, поэтому написал заявление и ушел.

– В каком ключе проходил ваш разговор с Дмитрием Басковым?

– В обычном. Мы просто обменялись мнениями по поводу всего происходящего в Беларуси. Каждый остался на своей позиции. Это был обычный мужской разговор.

– Как новости восприняла команда?

– Поблагодарили друг друга за работу, пожали друг другу руки.

– А домашние что сказали? Все-таки вы работу потеряли.

– Домашние восприняли нормально. И жена, и дети знали мою позицию. И произошедшее восприняли так же спокойно, как и я. Не будет этой работы – будет другая. Это далеко не первая моя потеря работы. С 2000-х годов я поработал во многих клубах. Каждый тренер должен быть готов к потере работы. Это неотъемлемая часть его жизни, к чему я очень стрессоустойчив.

– Но в ближайшее время, наверное, сложновато будет найти работу.

– Ну не всю же жизнь, если так разобраться, работать в хоккее. Будет видно, где я буду.

Я всегда говорю себе: «Делай, что должен, и будь что будет». Я вырос на Козлова. У нас был классный двор. И там всегда было так, что если у тебя был какой-то вопрос или какое-то мнение, то ты его должен обязательно высказать. Если ты за что-то ратуешь, ты должен высказаться, невзирая на то, кто перед тобой. И мне лучше, если честно, искать работу, чем промолчать.

– Какое впечатление на вас произвели недавние события в Беларуси?

– Гнетущее. Даже комментировать здесь нечего. Прошло больше месяца, а никто не наказан и никто не признает ошибок. На народ как плевали, так и плюют. Никаких сдвигов. К простому человеку относятся, как к гному. И даже не хотят к нему поворачиваться.

– Верите в то, что силовики все же получат наказание за превышение полномочий?

– Верю. Даже если не тут, то… Есть же поговорка: «Бог не фраер, он все видит». Я верю во вселенскую силу добра. Неизвестно, что произойдет потом. Наказание может быть совсем не таким, о котором все думают. Но оно будет.

– Из Минспорта звонили не только вам, но и другим спортсменам. Как относитесь к таким звонкам и давлению?

– Думаю, это проявление страха. Если вы считаете, что сейчас спортсмен не должен иметь своего мнения, не имеет права высказываться и так далее, то увольняйте его. Чего угрожать? Но я вообще не анализирую действия ни министерства спорта, ни кого бы то ни было. Ну, бойтесь дальше.

– Поменялось отношение к коллегам из-за их молчания?

– Боится много людей. Поэтому я к ним отношусь так же, как и ко всем, кто боится. Сидеть одной жопой на двух поездах, летящих навстречу друг другу, очень тяжело! Если у кого-то так получается, флаг ему в руки. Я всегда отвечаю за себя, за свои действия и поступки. Я так никогда не ездил, не езжу и не собираюсь этого делать.

– Вы больше понимаете таких людей, как тот же Басков?

– Конечно! Дмитрий четко заявил: «Я за президента». И на встрече мне это повторил. Я в ответ озвучил ему свою позицию. А вот позиция тех, кто молчит, мне непонятна. Люди ждут, что будет, и тогда заговорят? Знаешь, лучше иметь в антагонистах такого человека, как Басков. От таких людей меньше всего можно ожидать всяких штук, чем от тех, которые что-то выжидают.

А вообще копаться в этих хитросплетениях и тонкостях не хочу. Я готов отвечать только за себя.

Фото: hockey.by