«В «Динамо» с детским футболом вообще кавардак». Итальянский взгляд на подготовку футболистов в Беларуси

Фото: dinamo-minsk.by

Поработавший в столичном «Динамо» детский тренер Рокко Фиаммелла из Италии – о нашей и не нашей системах развития молодых игроков и президенте Беларуси, которого не считает диктатором.

– Вы же раньше работали в минском «Динамо». Как оказались в клубе Patrick?

– Все достаточно просто. Контракт с «Динамо» закончился. Директор Юрий Шуканов сказал, что клуб не будет продолжать со мной сотрудничество. Я стал искать варианты, ведь по-прежнему хотел работать с детьми. Еще с того времени, когда только приехал жить в Минск, имел желание помогать вашему футболу.

И тогда Сергей Гуренко познакомил нас с директором Patrick’а Иваном Тимофеевым. Мы поговорили и решили работать вместе. Меня не интересовала зарплата. Я знаю, что не могу на этом зарабатывать большие деньги в Беларуси. Да и не нужны они мне от футбола. Я параллельно занимаюсь бизнесом. Мне интересно работать с детьми. У меня есть программа, рассчитанная на два-три года. Ее мы и планируем внедрять.

– В «Динамо» вам не дали эти два-три года.

– Ой, там странная ситуация. За отведенный срок проделал серьезную работу. Тренировал команду ребят 1999 года рождения. Дети были довольны, родители – тоже. Никаких проблем. Но потом Шуканов не захотел продолжать сотрудничество. При этом не объяснил причин. Если я работал неправильно или плохо, ты скажи: «Рокко, ты работаешь плохо. Давай, домой». Но тишина. Почему так – большой вопрос.

– Сами как считаете, хорошо работали?

– Лучше спросить у ребят, с которыми мы виделись каждый день, у родителей, посмотреть на результаты. Они, кстати, хорошие. Мы выиграли несколько турниров, победили в чемпионате республики.

– Я так понял, вас Сергей Гуренко приглашал в «Динамо».

– Да, мы познакомился с подачи Петра Михеева, когда я приехал в Минск. Встретились, поговорили. Он предложил работу и неделю наблюдал за моими тренировками. Сергею все понравилось – и мне предложили контракт.

– Ехали сюда, зная, что вас ждет Гуренко?

– Нет. В Минск приехал два года назад. Хотел работать в футболе, как и дома. Там я 20 лет занимался юношескими командами. У меня большой опыт работы с детьми. И я хотел этим заниматься здесь.

Даже имелось желание открыть частную школу футбола. Но после приглашения Гуренко решил повременить с этим. Потом увольнение. Снова спомнил про открытие школы, но на горизонте появился Patrick. Клуб имеет четкую программу. Директор знает, как двигаться вперед. Знаю, что много людей ему не верит. Говорят о том, что цель – бизнес, а не воспитание детей. Но это не так. Бизнес на детском футболе не построить. Директору надо арендовать поле, платить деньги тренерам. А от родителей он получает небольшие суммы – 200 тысяч в месяц. Занимается у нас 80 детей. Вот и считай. Денег как раз и хватает, чтобы закрывать аренду и зарплату.

– Откуда у вас вдруг появилось желание жить в Минске?

– Переехал из-за бизнеса. У меня есть давние друзья, которые часто приглашали меня сюда. Долгое время приезжал туристом. Беларусь – нормальная страна. В Минске очень красиво. И появилось желание жить здесь. Знакомился со спортом, осваивал бизнес, встретил женщину и остался. Какой бизнес? Не хочу говорить.

– Открытие собственной школы требует приличных денег. У вас они были?

– Я по первому времени не особо понимал ситуацию. Мне казалось, что могу открыть. Но у вас тут существует много трудностей. Хочу немного покритиковать. Нужно пройти очень много структур и это очень-очень дорого. Я не понимаю, как так? Это же футбол маленьких детей, которые любят эту игру. Почему для того, чтобы обучать их, надо платить огромные деньги? Ситуация нехорошая.

Простой пример – аренда стадиона. Она стоит огромных денег. В Италии стадион находится в собственности города. Чтобы на нем заниматься, надо платить лишь за сервис. Дать денег мужчине, который готовит поле, женщине, которая моет раздевалки и так далее. Не надо арендовать.

– А если кто-то другой в это же время там захочет поиграть?

– Есть расписание. Плати за сервис – и все. Это недорого. Например, я занимаюсь на поле два часа. Договорился с директором школы о времени и плачу 20 евро человеку, который следит за полем.

Здесь же все сложнее. И такие молодые люди, как Ваня, разбиваются о необходимость платить много денег.

– У вас в Италии была собственная школа?

– И не одна. Первую открыл 20 лет назад. Занималось много детей и многие из них заиграли в клубах серии С и В. А три человека даже в серии А. Потом я переехал в другой город и мое начинание продолжил коллега. На новом месте тоже открыл школу, но вскоре снова переехал.

– Вы говорили о своей программе подготовки. Расскажите о ней.

– Это не лично моя, а итальянская программа. Как и в Беларуси, мы начинаем работать с детьми шести-семи лет. Но на первом этапе подготовки – с шести до десяти лет – мы не тренеры, а инструкторы. Это совсем другой характер работы, другой подход. В это время детям закладывается техническая база. Мы обучаем их футболу. Прием мяча, передачи, остановка грудью, бедром. Развиваем координацию и скорость. Показываем, как правильно вводить мяч из-за боковой, бить штрафной. В общем, даем азы, закладываем понимание футбола. Это важнейший этап.

Если ты хочешь играть в футбол, но не знаешь основ, невозможно делать это качественно. Это как с языком. Если я хочу говорить по-русски правильно, мне надо учиться грамматике.

Когда ребята переходят на второй уровень (10-13 лет) начинается работа над техникой, динамикой. Игроки разучивают коротенькие комбинаций: в атаке, в защите. Учатся позициям, ролям. Это важный период для создания футболистов. Если ребята теряют его (плохо или мало работают), очень трудно стать хорошим игроком.

На третьем этапе (с 14-ти лет) мы активно внедряем скоростно-силовую работу, тактику. Парни ходят в тренажерный зал, развивают силу, выносливость. Но делать это нужно только после пубертатного периода. Когда мускулы и корпус парней стали устойчивыми. Работа идет, как у взрослой команды.

– В Беларуси так же работают?

– Честно скажу, не увидел у вас системы вообще. Мало работы на координацию, на технику. Мне было странно видеть 12-летных ребят, не знающих, как правильно вбрасывать из-за боковой линии. Или тех, кто в 16 лет не может правильно принять высокий мяч. Слабая база.

– Вы в «Динамо» пытались продвинуть свою систему? Тренеры охотно шли на контакт?

– Мы говорили об этом много раз. У нас случались дискуссии. Я всегда спрашивал: «Почему мало работы на технику?» Никто мне не отвечал. Это мой второй большой вопрос.

Год назад попал на семинар в федерацию футбола, на котором собралось много тренеров. Не только детских. И там затеял небольшую провокацию. Спросил: «Почему игроки в 13 лет не знают, что такое аут, почему так слабо развита координация?» Никто мне не ответил. Это странно.

Представь, на занятии тренер дает задание – 25 минут отрабатывать передачи. Почему столько? Почему только передачи? Дай десять минут на передачи и десять на другую работу – так лучше.

В «Динамо» же вообще кавардак. Когда за молодежь отвечал Раймонд Либрегтс, то каждую неделю собирал тренеров и обучал своей системе, проводил практические уроки на поле. Потом он ушел и нас стал учить тренер сборной Виктор Гончаренко. Потом что-то говорил Олег Дулуб. Это путаница. Это отсутствие системы, единой линии. А в юношеских командах она непременно должна быть. Ее я не видел. И никто не говорил: «Вот наша линия, наша программа. По ней и работаем». В Patrick’е мы стараемся выстраивать систему. Посмотрим, что получится.

– Давайте теперь поговорим о том, как вы здесь живете.

– Мне в Минске очень нравится. Хороший город, люди. Очень красиво вокруг, чисто. Респект. Нравится поведение людей. Они вежливые, культурные. Уважают других. В поведении не вижу разницы между горожанами Минска и любой другой столицы мира. Еще мне нравится, что у вас много зелени. Это здорово. Ну и хорошие театры. А это показатель высокой культуры.

– Имея дома Колизей, наверняка обращаете внимание и на архитектуру.

– В Италии она конечно лучше. У нас богатая история. Во время Второй мировой войны итальянские города не были разрушены полностью. Нам требовалось только немного реконструировать здания. Минск же – почти полностью новый город. Поэтому и небольшие архитектурные конфликты имеют место. Но это, кажется, всеобщая беда некоторых стран бывшего СССР.

– Италия – страна пиццы. Беларусь страна чего?

– Борща и пельменей :). А еще блинчиков! Они восхитительны!

– Не пугает количество памятников Ленину?

– Нет :). Это целый пласт вашей истории. Не очень хороший пласт? Я политикой не особо интересуюсь. Давай не будем о ней.

– И теперешней ситуацией в стране не интересуетесь тоже?

– Ну почему? Я живу здесь и вижу философию вашего государства, вашего президента. И его политика, его ориентированность вполне нормальная. Я слышу, что Лукашенко говорит о занятиях спортом. Это хорошо. Вижу много вывесок иностранных фирм. Это говорит об открытости. Я не знаю, как было раньше, но сейчас все нормально.

– Про нашего президента говорят «последний диктатор Европы».

– О, это все журналисты виноваты :). Да-да. Это нехорошая реклама. Это неправильно. Я не вижу этого вокруг. Правда, я многого не знаю и не могу полноценно об этом говорить. Однако в «Динамо» или Patrick’е я недовольных властью не встречал. Но мы говорили в основном о футболе.

– Как вы сумели так хорошо выучить русский язык?

– Я знаю русский? Это неправда. Я не говорю на вашем языке... Шучу :). Первое время раз в неделю занимался с репетиром, изучал грамматику. Мне нужен был базис. А потом говорил с людьми. Много. Не важно, плохо или хорошо – нужна практика. Русский язык непростой. Некоторые слова могут писаться одинаково, но иметь разное значение. Равно как и наоборот – разные слова означают одно и то же. На первых порах было очень трудно привыкнуть. Возникала путаница. Но вроде все хорошо.