«Щекин мог наказать – отправить в армию на день-два». Каким был самый успешный тренер 90-х

Tribuna.com рассказывает о грозном наставнике минского «Динамо», который приводил команду к чемпионству и дал путевку в жизнь многим игрокам.

Иван Щекин – легенда тренерского цеха 90-х. Он пять раз поднимался на пьедестал почета с разными командами. Завоевал два «золота» и «серебро» с минским «Динамо», а также «серебро» и «бронзу» с «Динамо-93». Приложил руку к становлению огромного числа футболистов. Тумилович, Хацкевич, Белькевич, Яскович, Вергейчик, Подрез, Шуканов, Журавель, Лаврик, Качуро, Беспанский, Тайков, Орловский, Чернявский – далеко не полный перечень игроков, которых воспитал специалист. Он был жестким тренером. Много требовал, заставлял пахать до седьмого пота. При этом в интервью игроков редко найдешь негативные слова в адрес этого человека.

Ивана Щекина не стало 22 января 2000 года, когда он начинал подготовку к третьему полноценному году работы с солигорским «Шахтером». Команда постепенно избавлялась от ярлыка аутсайдера и подтягивалась к лидерам белорусского футбола тех лет – «Белшине», «Славии» и БАТЭ. Щекин пришел в «Шахтер» в середине 97-го года, но не сумел поднять его с последнего места. Вылет был более чем реален. И только благодаря слиянию могилевских «Днепра» и «Трансмаша», а также ликвидации минской «Атаки» «горняки» остались в элите. Через год было 11-е место. А следом – пятое. Процесс становления шел семимильными шагами, а из Минска в Солигорск продолжали переезжать футболисты. Подрез, Беспанский, Чернявский, Вергейчик – не полный список экс-динамовцев, отправившихся на периферию вслед за тренером.

– В тот день у нас была запланирована двусторонка на улице, – вспоминает трагедию нынешний директор «Шахтера» Юрий Вергейчик. – Но из-за погоды – а было градусов 20 мороза – Щекин ее отменил. Вместо этого был мини-футбол в зале и баня. Мы так классно играли – он балдел! Видел, что собирается хорошая команда. Был очень доволен. Обычно заставлял нас плавать в бассейне 45 минут, а тогда отпустил. Разрешил и на ужин не оставаться. Мы попарились, поговорили, повспоминали динамовские времена. Потом я поехал домой. Приезжаю и узнаю – погиб. Думал, на машине разбился, а оказалось – утонул в бассейне. Врачи говорят, что случился инсульт, и он упал в воду и захлебнулся…

–- Мы в бане сидели, – рассказ Вергейчика полузащитник Дмитрий Подрез. – Оставалось человек пять. Я уже пошел мыться. А Иван Григорьевич пошел в бассейн. Нырнул, а бассейн был подспущен, и ударился, наверное. Всплыл звездочкой. В бассейне в тот момент находился один из наших, но он особого значения этому не придал. Щекин любил лицом вниз звездочкой лежать – так расслаблялся. Позже зашел администратор: «Где Иван Григорьевич?» – «Вон лежит». Посмотрел и вышел. Проходит время, снова заходит: «Где Щекин?» — «Так вот он лежит». А времени прошло уже прилично. Человек тоже немного тормознул и не сообразил, сколько прошло. Кинулись доставать, а он уже мертв.

Фото: пресс-служба «Шахтера»

***

В белорусском футболе, а точнее в витебской «Двине», 22-летний нападающий Иван Щекин появился в 1966 году. Родился же игрок в Кагуле – небольшом городке-курорте на юге Молдовы.

– Вопреки всеобщему мнению, Иван родился не здесь, – вспоминает одноклубника по брестскому «Динамо» (тогда «Бугу» – Щекин и там поиграл) Александр Разин. – Он из Молдовы. Но как оказался в Беларуси, не знаю. Я не спрашивал, а он не рассказывал. Но у него на родине всегда было много друзей. И когда мы с командой бывали в тех краях, они съезжались. Привозили молдавские вина. Вкуснейшие! А за столом Иван был душой компании. Совершенно неузнаваем. Насколько был жестким в футболе, настолько становился добрым и обаятельным за столом. Всегда был в хорошем расположении духа, шутил, рассказывал истории. При этом застолья не были пьянками. Там преобладало общение.

– В 1996-м отмечали в Стайках окончание сезона, – говорит о любви тренера к застольям нападающий минского «Динамо»-96/97 Владимир Маковский. – Весело было. Иван Григорьич как начал тосты говорить – не успевали наливать. «Давайте выпьем за это»! Выпили. Только закусывать – опять: «У меня есть тост!» Произнес, выпили, снова: «А теперь скажет тот-то». – «Иван Григорьич, дайте закусить!» – «Потом закусите!»

1973 год. Иван Щекин сидит крайним справа. Фото: официальный сайт «Динамо» Брест

Отыграв год в «Двине», Щекин перешел в брестский «Спартак», выступавший тогда во второй лиге чемпионата СССР. В Бресте игрок провел девять сезонов – с 1967 по 1975 годы.

– Я пацаном ходил на стадион и очень болел за него, – рассказывает Разин. – Что-то было в нем такое, что за него переживалось. Много забивал. Особенно головой после навесов с флангов. Заколачивал по 20 мячей в сезоне. Хороший форвард, в общем. Его любила публика. Жаль, что поиграли мы вместе мало. Когда в 75-м я оказался в команде, он уже был на излете. Через год в клуб пришел Эдуард Малофеев и четко дал понять, что перспектив заиграть у Ивана нет. Тогда он ушел работать в футбольную школу, созданную Леонидом Гараем. Вскоре Малофеев отправился учиться в Высшую школу тренеров. А когда вернулся, позвал в команду Гарая, уговорив бросить школу. Тот привел с собой Щекина. Малофеев проработал еще полгода и в середине 79-го отправился спасать минское «Динамо». В качестве кандидата на его место республиканский совет «Динамо» прислал Валеру Семенова – очень известного футболиста, привлекавшегося в союзные сборные разных возрастов. Но он был молодой – младше опытных футболистов команды. Тогда руководство облсовета собрало у себя ветеранов с целью узнать, как поступить и кого назначить. И кто-то предложил Ивана Григорьевича.

1974 год. Иван Щекин стоит 5-й слева. Фото: официальный сайт «Динамо» Брест

Едва ли не с первых дней тренерской карьеры Щекин зарекомендовал себя жестким человеком, который за словом в карман не лезет. Не зря же его называли Иваном Грозным.

– Иван – человек с сильным характером, – продолжает Разин. – Он был очень вспыльчивым. Мог запросто сорваться на крик. Но, как и все подобные люди, быстро отходил. При этом провинившихся в чем-то футболистов не уничтожал. Мог наказать – отправить в армию на день-два, – но карьеру никому не ломал.

– Кричал Иван Григорьевич знатно, – вспоминает Маковский. – Малый (Виталий Володенков – Tribuna.com), когда капитаны выбирали половинки поля, всегда просил так выбрать, чтобы он первый тайм бегал подальше от лавочки. Потому что играть возле Щекина было невозможно. Бывало, так рявкнет, что аж не по себе становилось! Очень эмоционально вел игру. Подсказывал. Но никогда не унижал. Подсказ был жесткий, но не жестокий. При этом доставалось не только игрокам. Как и Малофеев, Щекин был подвержен всяческим забобонам. Если у Эдуарда Васильевича по дороге на матч автобусу нельзя было назад сдавать, то у Ивана Григорьевича вообще нельзя было останавливаться! Примета такая. А ты представь, сколько светофоров на пути от «Стаек» до «Динамо». Наш водитель был вынужден ехать так, чтобы все время попадать на зеленый сигнал. Где-то гнали, как сумасшедшие, а где-то еле тянулись. И однажды случилось так, что ему пришлось остановиться. Едем. На светофоре красный. Водитель, ожидая зеленый, тащится еле-еле. Приближаемся к светофору, а нужный свет не загорается. В итоге, чтобы не нарушать правила, остановился. Григорьич просто взорвался! Так напихал бедолаге… Самое смешное, что мы тот матч не выиграли. Но с водителем все хорошо было. Не выгнали.

– Перед началом одного из чемпионатов проводили в Пинске спарринг против местной команды, – говорит о легендарном тренерском окрике Вергейчик. – Поле ужасное. Снег. Под ним – песок. И даже в таких условиях мы соперника разделываем 9:0. Однако Иван Григорьевич бегает по бровке и пихает после каждого нереализованного момента! Мы возмущались между собой: «Ну, сколько ж тебе надо?! Девять уже забили!» – «Крикни ему, чтоб успокоился!» – «Сам кричи. Он еще больше разойдется!» Вот в этом весь Щекин. Но при всей жесткости он редко ругался матом. Конечно, употреблял нецензурные слова, но эпизодически. Откровенной грязи в его словах не было. Кстати, в быту он был совсем другим. Более мягким, добрым. Любил красивые вещи. Увлекался искусством. Коллекционировал картины. Вся квартира была ими увешана. На стенах не было свободного места. Какие художники? Ну, я не разбираюсь, но были очень красивые работы.

Фото: газета «Прессбол»

Через пару лет по направлению руководства облкомитета «Динамо» Щекин уезжает учиться в ВШТ. Это был полный стационар на два года! Занятия – каждый день. Учился он добросовестно, был старостой группы. После возвращения ему снова доверили команду. 86-й брестчане закончили на привычном месте в верхней части таблицы, а зимой тренера позвали в минское «Динамо», которое тогда возглавлял Иван Савостиков.

– Щекин в то время очень быстро прогрессировал, – вспоминает Савостиков. – В Бресте он зарекомендовал себя с самой лучшей стороны. Поэтому и решил пригласить его к себе в помощники. Я отвечал за основу, а Щекин мне помогал и параллельно работал с дублем. И все, что я требовал от основы, Ваня требовал от дубля. Надо признать, что в «Динамо» тогда подобралась хорошая молодежь. А Щекин довел ее до отличного уровня. Воспитал целую плеяду классных игроков, которые впоследствии составили костяк главной команды страны.

В 1989-м щекинский дубль выиграл чемпионат СССР – соревнование приличного уровня (в той команде выступали Вергейчик, Тумилович, Тайков, Лаврик, Качуро, Яскович, Чернявский). А наставник получил звание заслуженного тренера БССР. Еще через два года с этим же ребятами стал вторым. С развалом Союза Щекин продолжил работать с резервной командой «бело-голубых», называвшейся тогда «Динамо-2», а затем ставшей «Беларусью» (первый суверенный чемпионат «Динамо-2» провело во второй лиге и выиграло ее). Зимой 93-го эта команда из-за занятости игроков «Динамо» в сборной представляла страну в первом розыгрыше Кубка Содружества. В Москве подопечные Щекина дошли до финала, где были укатаны в газон московским «Спартаком» 0:8.

Чуть позже «Беларусь» вошла в холдинг Евгения Хвастовича и стала именоваться «Динамо-93». Под руководством Щекина «младшие» выиграли «бронзу» (сезон-92/93) и «серебро» (сезон-93/94) уже в элите. При этом из четырех матчей с головной командой «93-и» проиграли лишь один – самый первый (0:1). Последующие свидания принесли ничью (2:2) и две победы (1:0 и 4:1).

Возможно, Щекин так и продолжил бы работать с динамовским резервом, если бы не решение главного тренера основной команды Михаила Вергеенко уйти со своего поста. Просьбу руководство клуба удовлетворило, дав временные права на управление Вениамину Арзамасцеву. Тот довел чемпионат-93/94 до логического завершения – победы – и передал команду Иван Григорьевичу, о кандидатуре которого активно говорили в клубе после ухода Вергеенко. Дебютный матч 50-летнего тренера пришелся на Кубок Сезона – прародителя нынешнего Суперкубка – против «Фандока». «Динамо» уверенно победило 5:3.

С «бело-голубыми» специалист проработал два с половиной года и завоевал два «золота» и «серебро». В середине 1997 года у команды обнаружились проблемы с игрой. В чемпионате минчане после шести туров шли лишь третьими на расстоянии одной победы от первого места, которое занимал слонимский «Коммунальник». В довесок в полуфинале Кубка команда уступила «Динамо-93» Людаса Румбутиса. После этого матча босс Евгений Хвастович раскритиковал работу наставника.

– Тренер имеет право на эксперимент (о выборе состава на матч – Tribuna.com). Но он и в ответе за его итог. Щекин принимал решение, находясь под дамокловым мечом последних результатов команды и реакции на них клубного руководства. После шести туров ему (а также Румбутису и Шапиро) нами предъявлены большие претензии. Командам были созданы все условия для подготовки к хорошему старту в чемпионате, но его не назовешь удачным, – говорил бизнесмен газете «Прессбол».

В следующем туре «Динамо» не смогло в гостях переиграть «Молодечно» (1:1), а еще через пару дней Щекин написал заявление об уходе. Одна из версий такого поступка не связана с результатами. Иван Григорьевич был не согласен с позицией клуба и лично Хвастовича касательно возможного бойкота «Динамо-93» финального матча Кубка. Бизнесмен выступил с заявлением, в котором говорил, что выход «Белшины» в финал неправомерный, так как за бобруйчан выступал футболист Вячеслав Дербан, не имевший на это права, и что, «93-е» могут не выйти на матч. И хотя играть должны были ребята Румбутиса, Щекин считал, что президент не может решать за тренера: выводить команду на игру или нет.

В итоге «Динамо-93» уступило Кубок «Белшине» (0:2), а 26 мая решением Совета «ЗАО «Динамо» Щекин был отстранен от руководства командой. Исполняющим обязанности до прихода Анатолия Байдачного назначили Анатолия Боговика.

Фото: dinamo-minsk.by

– Мы с ним проработали недолго – где-то полгода, – вспоминает Боговик. – Но так вышло, что это были последние полгода Щекина в Минске. Не в курсе, почему он написал заявление. Вроде с Хвастовичем были хорошие отношения. Они нормально работали, общались. А потом, видимо, что-то переменилось. Иван Григорьич переживал свой уход. И когда позвали в «Шахтер», с удовольствием поехал туда. Даже меня звал, но я почему-то не поехал.

В Солигорск Щекин пришел после первого круга того же чемпионата. Команда тогда выступала ужасно плохо – шла последней, набрав за 15 матчей всего четыре очка! Финансовые аппетиты специалиста клуб стал способен удовлетворить с приходом «Беларуськалия». Фактически, это стало отправной точкой в истории солигорского футбола. За круг Щекину удалось преобразить команду. «Шахтер» набрал 20 очков, но все равно финишировал последним.

– В общей сложности мы проработали вместе лет семь, – рассказывает Юрий Вергейчик. – Щекин очень требовательный человек. Пословица «Тяжело в учении – легко в бою» ему подходила больше всего. Тренировки всегда были очень серьезные. Он никогда не позволял нам работать спустя рукава. Выжимал все соки. В хорошем смысле. И требовательность давала результат. Не только медальный. Игроки под его руководством росли, развивались.

Долгое время он был приверженцем одной схемы – 4-4-2 с ромбом в полузащите. Мы так в «Динамо-93» играли. Но когда я приехал в «Шахтер», с удивлением обнаружил, что произошла перестройка на 3-5-2. При этом ни «Динамо-93», ни «Шахтер» никогда не подстраивались под соперников. Иван Григорьевич всегда гнал нас в атаку. Как только мяч у вратаря – следовал крик с бровки.

Еще любил разговаривать с игроками. Любил подискутировать. Через эмоции понимал мысли человека. Узнавал, чего не хватает команде. Позволял мне и час, и два высказывать все, что у меня в голове. А сам брал то, что ему надо, и использовал на благо. Впоследствии я это перенял. Тоже могу позволить игрокам со мной поспорить. Хотя был период, когда мы не общались. Я даже в прессе говорил, что никогда не буду с ним работать. Но время лечит. Когда «Шахтер» приехал в Германию на сборы, он мне позвонил, пригласил в гости. Мы поужинали, пообщались. И он предложил вернуться. Я согласился. И так вышло, что Иван Григорьевич передал мне то, что сейчас есть в Солигорске. Надо признать, что Щекин все начал.

Многие солигорские футболисты вспоминают его хорошим словом. В финансовом плане Щекин многих поднял. Хоть тогда и был тяжелый период, он многим помог с квартирами. Вспоминаю слова Толи Будаева, который говорил мне: «Василич, ну вот что ты на меня навешал медалей. Мне Иван Григорич квартиру дал». Он умел не только требовать, но и благодарить за работу. А еще юмор у него был своеобразный. Как-то задвинул: «Юра, ты у нас – как умная собака. Все знаешь, только сказать не можешь». С издевочкой, такой юморок.

Фото: пресс-служба солигорского «Шахтера»

В этом весь Щекин.