Последняя слабая сборная, попадавшая на Евро

12 лет назад на Евро внезапно прорвалась сборная Латвии. В латышей никто не верил, а они вели в счете в матче с Чехией и сыграли вничью с Германией.

Вратарь Александр Колинько и Оливер Кан. После Евро Колинько перешел в «Рубин», а сейчас играет за юрмальский «Спартак».

Защитник Игорь Степанов и Руд ван Нистелрой. Степанов перед Евро провел 17 матчей за лондонский «Арсенал», потом были Бельгия, Швейцария, Россия, Дания и Германия, а сейчас Степанов тренирует юношескую сборную Латвии.

Имантс Блейделис против Павла Недведа. После Евро Блейделис перешел из датского «Виборга» в австрийский ГАК, а семь лет назад завершил карьеру.

Виталий Астафьев не убежал от Эдгара Давидса. После Евро Астафьев поиграл в «Рубине», а теперь тренирует «Елгаву».

Юрис Лайзанс (справа) и Марис Верпаковскис после гола чехам. Лайзанс через год ушел из ЦСКА, и работает теперь селекционером «Краснодара», а Верпаковскис поиграл в Украине, Испании, Хорватии и Азербаджайне, осев в Лиепаи.

Андрей Рубин уходит от Дитмара Хаманна. После Евро Рубин перешел в «Спартак» вслед за Старковым, но сыграл только пять матчей, а заканчивал в Азербайджане.

Марис Верпаковскис забивает Петру Чеху.

Марьян Пахарь и Яп Стам. Два года назад Пахарь сменил Старкова в сборной Латвии.

Андрей Штолцерс и Микаэль Райцигер. После Евро Штолцерс сменил четвертый английский дивизион на «Баку», а заканичвать приехал в пятый английский дивзион.

Александр Старков и его команда.

Из интервью Юриса Лайзанса:

– Мы повернули страну к футболу – показали, что в Латвии есть не только хоккейная сборная, но и футбольная. Большим успехом был уже сам выход в стыковой раунд. Знали, что попадем на топ-сборную, поэтому просто хотели показать, на что мы способны. В Ригу из Стамбула мы вернулись рано-рано утром – и до сих пор помню, что был полный аэропорт болельщиков. Ходили во дворец к президенту, посетили много разных мероприятий. Это был пик сборной Латвии – много опытных ребят, которые начинали играть еще в первой и второй лигах Союза, имели определенные менталитет, опыт, мышление. Понимали, что есть шанс попасть на крупный турнир и проявить себя. Плюс – много ребят раньше играло в «Сконто» и на сборную переносилось клубное взаимопонимание.

– Чем вас наградили за выход на Евро, кроме визита к президенту?

– Государство нас ничем не наградило.

– Почему?

– Это вопрос к ним. Награды были для нас не на первом месте. Важнее было доказать самим себе, что можем пробиться в число шестнадцати лучших команд Европы. А остальное – на совести чиновников. Если бы они посчитали нужным нас наградить, они бы это сделали.

– В Португалию приехал кто-то из руководителей страны?

– Депутаты, которые любили футбол, поддерживали нас в большом количестве. А насчет первых лиц – не знаю.

– Чем сам Евро запомнился?

– Чехи нас немножко подловили на наших маленьких промахах. А с немцами мы учли свои ошибки и сыграли 0:0, хотя имели и моменты, чтобы забить. Главное, что с Германией мы хорошо сыграли в обороне – когда Колинько показывал свою лучшую игру, мы могли бороться за очки. Когда вратарь ошибается, добиваться чего-то труднее.

Большого внимания к нам в Португалии не было, так что атмосфера Евро на нас не давила. Мы жили уединенно вдали от больших городов, практически в деревне.

Про то, что находимся на чемпионате Европы, вспоминали только на открытых тренировках, когда приходили болельщики и журналисты.

– Почему потом сборная Латвии уже на забиралась так высоко?

– Потом уже отношение к сборной было другое. Ее стали воспринимать серьезнее. К тому же сошли опытные игроки. По менталитету и характеру та сборная была сильнее, чем следующее поколение.

Фото: Gettyimages.ru/Christof Koepsel/Bongarts; REUTERS/Felix Ordonez (2,4); Gettyimages.ru/Andreas Rentz/Bongarts; REUTERS/Giampiero Sposito; Gettyimages.ru/Sandra Behne/Bongarts, Ben Radford, Martin Rose/Bongarts, Laurence Griffiths; REUTERS/Michael Dalder