«Построят в Минске стадион – вернусь». Болельщики, которых потеряла сборная

Четыре истории о том, как любовь превратилась в безразличие.

«Новые сборники играют за команду только потому, что надо»

Андрей, 32 года, Пинск, финансовый директор.

– В 90-е, когда начал интересоваться футболом, по нашему ТВ даже Лигу чемпионов не показывали. Благо в родном Пинске была возможность поймать украинский канал с прямыми трансляциями. Сборная тоже была только по телеку. Но в сентябре 97-го решились с одноклассником съездить в Минск на игру против сборной Австрии. Выехали из Пинска в 10 утра. Автобус ехал долго и дико петлял, проезжая Клецк, Слуцк, Солигорск и другие города. За такой извилистый маршрут его в нашем городе называли кругосветкой. В дороге изучали последние номера «Прессбола»: прикидывали расклады на матч, рассуждали о составах. Ожидание игры было колоссальным. В столицу приехали в четыре часа, а матч, по-моему, начинался в семь. Три часа гуляли по Минску и проникались атмосферой. Уже на вокзале были толпы людей с шарфами и флагами. Народ валил на сборную со всех весей! Ощущение, что рядом большой футбол, появилось моментально.

Тогда вообще интерес к своему футболу был намного выше. Помню, когда Рома Василюк из Бреста в Мозырь переходил, все об этом говорили! Это ж бомба была! Я как-то встретил Романа в Минске на «Динамо», попросил автограф. Он расписался в моем студенческом билете. Я его так и не сдал. Где-то дома лежит.

Билеты на Австрию покупали заранее – просил родственников. Оказались места за воротами, где всегда собирались фанаты. Эмоций было море. Огромная толпа людей болеет, кричит! Помню, кому-то хватило ума ногой ударить по стульчику, и он отвалился. ОМОН моментально вывел «хулигана» с сектора. В общем, для первого раза впечатлений было предостаточно. И мы не особо расстроились из-за поражения.

В Пинск возвращались с синяками на руках оттого, что так рьяно хлопали в ладоши, и с сорванными в ноль голосами. На ночной брестской электричке доехали до Жабинки, а потом пересели на дизель. Дома были к 12 часам следующего дня. После старался посещать все домашние матчи. Но вот уже лет шесть хожу эпизодически. Последний раз был на словаках, а предпоследний – еще на старичке «Динамо», когда играли с Францией. Да и то пошел только из-за соперника.

Для меня пик боления за сборную начался с приходом Эдуарда Малофеева. Он тогда своей верой и бешеной энергетикой зарядил не только игроков, но и болельщиков. Мне хотелось бежать на матчи, болеть, срывать голос! Была уверенность, что хоть куда-то да выйдем. Но после того цикла на мир у «националки» что-то пошло не так. Да, была хорошая команда у Байдачного, неплохая у Штанге, но надежды не было никакой. Зацепить кого-то сильного парни могли, но не более. Обычно в середине цикла следовало обидное поражение, после которого руки опускались.

Да и, по моим ощущениям, новые сборники играют за команду только потому, что надо. Не было страсти. Мне всегда не нравилось, как играл за сборную Виталий Кутузов. Лениво так, с неохотой бегал. Без страсти. Смотреть за всем этим не было желания. Вторая причина, по которой меня сейчас нет на стадионе, – отсутствие арены в Минске. Ездить в Борисов я не хочу. Логистически это не самый удобный город в стране. Вроде и 70 километров, но дорога ужасная. Такое расстояние можно проезжать гораздо быстрее, чем за полтора часа. А после больших матчей оттуда нормально не уехать. В прошлом году ездил на донецкий «Шахтер» – вернулся домой только в половину третьего. Это ненормально. Именно поэтому на сборной «Борисов-Арена» полупустая. Ездить в Борисов не совсем удобно, а местные и так нормально накормлены футболом.

«Белорусский спорт надо, по возможности, игнорировать»

Антон, 22 года, Гомель, студент.

– На сборной последний раз был в 2010-м, когда на «Динамо» принимали грузин. Эпичный был поход. Сперва мне не хватило места на секторе, куда был куплен билет. Милиционеры зачем-то пускали туда всех и забили его под завязку. Ладно, думаю, постою с краю, но пришел ОМОНовец и выгнал меня на другой сектор.

До этого матча ходил регулярно. Я вообще всеядный болельщик. Посещал все: чемпионат Беларуси, КХЛ, ОЧБ. Так же всегда старался поддерживать сборные по игровым видам спорта. К примеру, гандболом не особо увлекался, но на матчах команды Юрия Шевцова бывал. И везде сталкивался с обысками. Быстро понял, что это не мое, и что белорусский спорт надо, по возможности, игнорировать и смотреть по телевизору. Разницы же нет куда идти – милиционеры ведут себя одинаково. Будь то баскетбол или настольный теннис.

В 2011-м году попал на игру «Днепр» – «Вильярреал» в Лиге Европы. В VIP-ложе могилевского «Спартака», если это можно назвать VIP-ложей, увидел тогдашнего главного тренера сборной Бернда Штанге. Сфотографировал его. Тут же подошел ОМОНовец и начал просить удалить фото. Объяснил, что это тренер сборной. Он внимательно изучил снимок: «Ладно, тренера оставь».

В 2014 году ходил на матчи чемпионата мира по хоккею. Милиционеры тогда отличились несусветной дуростью. При входе на арены разве что в носки не залезали. А в «Чижовке» один капитан заставлял всех включать различные устройства: мобилки, планшеты и так далее. У меня на айпаде была шикарнейшая «Погоня» на заставке. Ну и начался небольшой перфоманс: «Как вас зовут? Ваши данные?» Ругаться было в падлу. Сунул паспорт: «Переписывайте, может премию дадут».

Цепляться к картинкам в гаджетах это совсем маразм! Теперь хожу только на очень знаковые матчи. Да, приходится переступать через себя, терпеть эти обыски. Это мне не нравится, так что общение с милицией на футболе минимизировал.

Недавно, к примеру, хотел посмотреть на новый стадион «Минска». Пришел на игру «горожан» с БАТЭ. Меня обыскали, облаяли да еще и вывернули мозг постоянным повторением слов о запрете к проносу колюще-режущее оружие. Неужели кто-то топор понесет с собой?! Стоит сержант наперевес с «матюгальником» и верещит на полстадиона! Гнетущая обстановка.

«Нынешняя сборная потеряла статус национальной»

Олег, 27 лет, Минск, специалист по управлению интернет-проектами.

– В отношении сборной у меня случился внутренний надлом, когда сперва закрыли стадион «Динамо», а потом умер Валентин Белькевич. В сентябре 14-го я вспоминал, как он забивал словенцам. Тогда пришло осознание, что это был последний мяч великого Валика, который я видел вживую. Сразу вспомнилась атмосфера на стареньком «Динамо»… И я понял, что для меня ушла эпоха.

Впервые я выбрался на сборную в 2003-м на матч против Голландии. Я был еще не очень взрослым, поэтому уговорил пойти со мной за компанию папу. По такому случаю даже шарф прикупил. Хранил его много-много лет, пока в прошлом году во время хоккейного чемпионата не подарил знакомой девушке. Запомнилось, как болельщики на стадионе ждали появления Александра Глеба. Рассуждали: выйдет ли наш суперигрок против их суперсборной. Обсуждение было горячее. А после очередного поражения (в том цикле белорусы проигрывали много) мужички в унисон твердили, что ничего у нас не получится.

Потом появились ребята из Б-12, и я с однокурсником фанател с ними. Сектор только зарождался. Хорошее было время. Ребята колесили за сборной и за границу, и в другие города страны. Я не ездил, отдавая матчи на откуп местным жителям. Я сборную вижу в Минске достаточно регулярно. Пусть болельщики других городов увидят. Сборная же для этого едет к ним. Считаю, национальная команда обязана радовать зрителей в других городах, но не на постоянно прописываться там! Именно поэтому я в Борисов ни ногой. Последний раз был на сборной пять лет назад. Да, понимаю, что настоящего болельщика ничего не должно останавливать, но это мой протест. Решил, что не буду ездить. Построят в Минске национальный стадион – вернусь.

К тому же для меня нынешняя сборная потеряла статус национальной. Нет осознания того, что это команда всей страны. В сборную попадают не сильнейшие и достойные, а такие, как Гордейчук, который забивает один мяч в чемпионате. Парни приехали на сбор, отбыли номер, повеселились на тренировках и уехали в клубы.

«Пока в сборной капитанят и играют такие люди, как Калачев, – это не моя сборная»

Александр, 41 год, Минск, менеджер.

– До прошлого года ходил на сборную с ее самого первого матча. В сентябре 92-го команда Михаила Вергеенко играла неофициальную встречу с «Динамо»-82. Я тогда в армии служил, но по такому историческому случаю выбил краткосрочный отпуск на три дня. Служил в Бобруйске, поэтому проблем с дорогой не возникло. Еще и два дня дома побыл.

Помню, что почти все на стадионе болели за «Динамо», так как в составе было море любимых игроков-чемпионов. Помню, форма у сборной была красивая, с бело-красно-белой полосой посередине. В ту пору вообще было интересно ходить на стадион. Поначалу на трибуны пускали со спиртным. И понятно, что многие «услугой» пользовались и пили прямо на скамейках. Потом пошел приказ: «С водкой нельзя, можно только с пивом». Еще через какое-то время: «Можно только с двумя бутылками пива».

Пик моего интереса к сборной пришелся на 2001-й. При Малофееве были шансы попасть на чемпионат мира. Переполненный стадион на матче Беларусь – Украина не забуду никогда. Хотя бы потому, что искал лишний билетик уже за неделю до матча! Ажиотаж был огромный. За парней болела вся страна. Так же памятна победа над сборной Голландии в 95-м. Костяк гостей составляли игроки «Аякса», только-только выигравшего Кубок Чемпионов. Весь стадион был в национальных цветах, совсем недавно переставших быть государственными. Помню классный гол Герасимца и свои эмоции от победы. В 2001-м видел выигрыш у норвежцев и мяч Василюка на последних секундах. Весь стадион был в экстазе! Во Франции видел гол Сереги Кисляка на «Стад-де-Франс». В экстазе тогда был только наш гостевой сектор, а все остальные были в шоке.

Но то, что произошло на выезде в Люксембурге в сентябре прошлого года, отбило все желание переживать за эту команду. Сыграли вничью. Решили подозвать ребят на разговор. Вход в подтрибунное помещение был недалеко от нашего сектора, но игроки к нам не подходили. Мы стали звать. К ограждению спустилось много людей. Да, возможно фраза: «Идите сюда, что за херня?!» не самая дипломатичная. В этот момент мимо проходил Тимофей Калачев. Он остановился и крикнул: «### [Зачем] ты там орешь, завали ##### [рот]!» и ушел переодеваться.

Подошел только Серега Кривец. Правда, сперва начал наезжать. Мол, ребята, где вы были на матче с Таджикистаном? Я ему говорю: «Сережа, какой, нахрен, Таджикистан! Игра была в будний день в пердях. А тут люди за свои деньги приехали за 3000 км, чтобы вас поддержать, а вы мало того, что безвольно играете с парикмахерами, так еще и своих болел #### [грубыми словами] обложили». Когда же эмоции стихли, мы конструктивно поговорили. Серега извинился перед всеми, кому-то даже подарил майку. На прощание сказал ему, что он единственный мужик в команде.

Тогда и решил: пока в сборной капитанят и играют такие люди, как Калачев, – это не моя сборная. Ну, а после его высказывания по поводу домашней игры против Украины, еще раз убедился в правильности своего решения. С тех пор на сборной меня почти нет. За год съездил только на выезд во Львов.

Фото в тексте: из личного архива собеседников, kp.by, твиттер Максима Пушкина.