Герой романа обвиняет реальных теннисистов в допинге

В США выходит книга, которая не понравится Надалю, Маррею и Джоковичу.

Что за книга?

Trophy Son – третий роман 45-летнего американца Дугласа Бранта. Обе предыдущих его книги попадали в список бестселлеров New York Times, и обе же изображали изнанки социально значимых сфер деятельности: Уолл-стрит (Ghosts of Manhattan, 2012) и вашингтонской политики (The Means, 2014).

Новый роман, который поступит в продажу на следующей неделе, рассказывает о молодом человеке Антоне Стратисе, которому волей жесткого отца в духе Майка Агасси было суждено стать профессиональным теннисистом. Книга начинается с сюжета о том, как отец подсылал 14-летнего Антона задирать игроков университетских команд с тем, чтобы затем разгромить их на корте, учась подпитываться «ненавистью».

По ходу романа Стратис вырастает в игрока мировой величины и даже становится первой ракеткой мира, но по сути, это история не успеха, а украденного детства и попыток найти себя в жизни, которую выбрали за тебя:

«Это те годы, когда ты начинаешься общаться с людьми и понимать, как вести себя с миром, – рассказал Брант New York Times. – Но для этих спортсменов, которых натаскивают с детства, – это как родиться в семье сайентологов: откуда им знать, что они в какой-то безумной секте, если они не знают ничего, кроме нее? Если их поместили в нее еще до того, как они могли сами что-то решить?»

И при чем тут Надаль?

Но самое интересное в этой книге – не ее сюжет или проблематика, а то, что вымышленные персонажи фигурируют во вполне реальном теннисном мире.

«У вас тут нормальный матч не сыграешь, – говорит главный герой все тем же университетским игрокам. – И где только Надаль, когда он тебе нужен. Или Энди Маррей». Позднее он проведет показательный матч со Штеффи Граф на мероприятии Андре Агасси, а Джон Макинрой будет комментировать матчи для телевидения.

К 15-й главе, однако, связь вымысла и реальности приобретает более острый оборот: в ней (вымышленный) профессиональный теннисный врач Бобби Хикс заявляет, что все (реальные) топ-игроки принимают повышающие производительность препараты:

«Это распространено в теннисе уже давно», – говорит он и добавляет, что не постесняется назвать имена, начиная с Рафаэля Надаля, Новака Джоковича, Энди Маррея и Давида Феррера. Прямых обвинений в тексте книги нет, однако Хикс говорит, что у испанской клиники, подозреваемой в распространении допинга, «есть файлы» на Надаля и Феррера, а также замечает, что Джокович прибавил в выносливости, а Маррей – в мускулатуре. 

Брант говорит, что юридический отдел издательства не внес никаких правок в его авторский текст, однако велел ему устами Хикса сослаться на реальный тематически блог (больше, впрочем, не обновляемый).

Позднее в повествовании сам Стратис сдает положительный тест на запрещенное вещество, но представитель теннисной федерации, не заинтересованный в скандале, разрешает ему отбыть дисквалификацию под предлогом травмы, то есть прибегает к еще одной практике, в которой теннисное руководство не раз подозревали в реальном мире.

«Он хотел, чтобы этого теста не было так же, как и я, – рассказывает герой в книге. – Не потому, что я ему нравился. Ему нравилось, что я продаю билеты и телеправа, а теннису, чтобы продолжать зарабатывать, нужен хороший имидж».

Но это же просто такой способ попиариться, да?

Брант (на фото с женой телеведущей Мегин Келли) настаивает, что использование реальных имен было обязательно, несмотря на то даже, что у него нет доказательств употребления ими запрещенных препаратов:

«Когда читатель может соотнести описываемое в книги с реальным миром, это получает от него больший отклик. У меня не было цели кого-либо опорочить. Я просто хотел обратить внимание на вопрос».

Писатель продолжает: во время работы над книгой «осведомленные люди» говорили именно то, что в итоге говорит Хикс: допинг в теннисе – обычное дело. При этом один из этих осведомленных людей – 22-я ракетка мира Джон Изнер – категорически отрицает, что а) в элитном теннисе есть допинг; б) в их разговорах с Брантом речь когда-либо заходила о запрещенных препаратах.

«Я ни на секунду не поверю, что кто-то из этих ребят делает что-то нелегальное. Они работают больше, чем кто-либо, и своим трудом заслужили все, чего добились».

У главы ITF по развитию Стюарта Миллера тоже возникли к книге вопросы:

«Аудитория воспримет это как реальное, а не художественное заявление, и в таком качестве это станет проблемой для игроков и даст им основания утверждать, что произведение их порочит».

Это вообще законно?

В случае, если кто-то из игроков решит защищать свою репутацию в суде, у Бранта могут возникнуть проблемы. По утверждению юристов, художественный характер произведения не даст ему никакого преимущества – равно как и тезис о том, что в нем просто повторено то, что говорят многие.

В то же время основное бремя доказывания намерения опорочить ляжет на игроков как на публичных фигур, а Бранту будет достаточно заявить, что он верит в то, что написал, и вообще, слова персонажа могут рассматриваться как мнение, а в США мнение не может считаться порочащим кого-то, если не основано на ложных фактах (которых в тексте как раз нет).

А пока представители игроков и ATP отказываются от комментариев, Брант убежденно называет свою книгу, уже доступную для предзаказа и оцененную на Amazon в четыре звезды, «близкой к жизни».

По материалам New York Times, Macmillan Publishers; фото: Gettyimages.ru/Mike Coppola