Современные теннисисты ловкие, как гимнасты: удары из полушпагата и скольжение на харде для них норма

Неделю назад Новак Джокович выиграл восьмой Australian Open и 17-й турнир «Большого шлема» вообще. Подавляющее большинство своих титулов – как на «Шлемах», так и в целом – серб выиграл на харде, на котором он считается лучшим теннисистом в истории.

Одна из причин его хардового величия заключена в движении. А одна из основ его движения – скольжение.

Мы обсуждали, что распространение скольжения на харде стало одним из главных трендов 2010-х в теннисе. Но после этого один из самых понимающих специалистов, автор прекрасной аналитической рассылки The Racquet Мэттью Уиллис посвятил ему отдельный тред в твиттере, в котором показал, как оно изменило современный теннис.

Перескажу основные тезисы, добавив немного своих мыслей и иллюстраций.

• Скольжение уже давно использовали на грунте, но на харде, который по своей природе не очень скользкий (скорее даже антискользящий) это новшество последних 15-20 лет.

• Его суть в том, что игрок одновременно выполняет два действия: бьет по мячу и тормозит. Поскольку движение в теннисе основано на постоянных рывках, остановках и сменах направления, объединение двух действий дает преимущество. И фишка даже не в самом акте скольжения, а в том, что оно позволяет не подходить к мячу, а подпрыгивать.

• Традиционно на харде тормозили вот так: удар из закрытой стойки, серия мелких шагов, во время которых игрок переносит вес, а потом возвращение в середину корта.

• Уже в 80-х стали появляться игроки, которые использовали скольжение – Майкл Чанг и Парадорн Сичапан. Но они в основном за счет него оттормаживали уже после контакта с мячом. Эту технику сейчас тоже используют. Например, вот Даниил Медведев после удара быстро тормозит и переносит вес тела, чтобы сразу нестись навстречу следующему удару.

• Посмотрите, как далеко убегает Сампрас после обводящего. В аналогичной ситуации современный игрок к тому моменту, когда Пит остановился, уже на всякий случай возвращался бы в середину, потому что затормозил бы скольжением. В погоне за короткими мячами его используют особенно часто.

• Но за последние 15-20 лет игроки научились одним широким шагом подлетать к мячу, пробивать из открытой стойки и одновременно тормозить.

• Одной из первых это стала делать Ким Клийстерс, которая на следующей неделе вернется в тур после семи лет семейной жизни. Ее даже спросили, планирует ли она и в 36 скользить и бить из шпагатов: «Я впервые скользила и села в шпагат на тренировке. Не ожидала и не планировала. Все напряженно вдохнули, а мои тренеры просто рассмеялись. Не думаю, что буду часто это повторять».

• С тех пор скольжение стало модным в мужском туре, где Джокович и Надаль вывели его на новый уровень. По ходу карьеры Федерер стал использовать подобную технику при ударе справа – иногда даже, не чтобы дотянуться до мяча, а чтобы с правой ноги резко оттолкнуться вперед, к сетке. А для молодых игроков вроде Циципаса, Зверева, Оже-Альяссима и Хуркача прыжок в мяч и скольжение стали обязательным элементом.

• Скользят не только суперперспективные таланты и именитые топы. Вот, например, Теннис Сандгрен, который на Australian Open был 100-й ракеткой мира. И он скользил еще в 2013-м, когда играл «Челленджеры». Обратите внимание, что из этого неудобного положения он зряче бьет, чтобы Фоньини было как можно более неудобно играть с лета.

• За счет этой техники Джокович, например, умеет выполнять вот такие потрясающие обводящие, которые у него получаются, потому что он во время скольжения еще каким-то образом сохраняет равновесие, поворачивает корпус и генерирует мощь и направление. Он не отбивается куда попало, а именно сознательно бьет.

• Но даже если удар не проходит навылет, скользящий игрок не выпадает из игры. Это хорошо видно на вот этой фотографии Джоковича.

• Обратите внимание на направление стоп – они уже повернуты к середине корта. Он еще только ударил по мячу, но уже готов возвращаться в центр.

• В итоге атлетичные теннисисты теперь умеют, во-первых, пробивать атакующие удары из позиций, в которых раньше были возможны только оборонительные, а во-вторых, доставать мячи, которые раньше были неберущимися, и в рекордное время возвращаться в середину корта.

• Это, в свою очередь, может искажать субъективное восприятие замедления покрытий. Да, корты стали медленнее, но параллельно с этим игроки научились за счет движения их сжимать, нивелировать позиционные преимущества, которые зарабатываются в атаке, и продлевать размены.

• У игроков прошлого просто не было необходимой экипировки (легких композитных ракеток с искусственными струнами, которые облегчают контроль мяча) и условий (они играли на более быстрых кортах с более низким отскоком), чтобы работать над эволюцией движения. Да и тогда это, наверное, было и не особо нужно.

• А сейчас условия для развития таких техник только облегчают. Например, создают специальный хард, который больше пригоден для скольжения и снижает нагрузку на суставы.

• Но как бы не модифицировали хард и насколько распространенным не становилось бы скольжение на нем, оно все равно остается потрясающим образцом выдающейся ловкости, которая теперь нужна, чтобы играть в теннис на топ-уровне.

Теннисисты безумно чувствительны: ощущают разницу в составе резины мячей, а Федерер понимает, когда корт недостаточно мыли

Судороги в теннисе иногда пугают. Точно не ясно, что их вызывает, но бороться помогает рассол

Фото: Gettyimages.ru/Cameron Spencer, Clive Brunskill