Ричард Паунд: «Когда мы говорили с Родченковым, он боялся за свою безопасность и не рассказал нам почти ничего»
Бывший глава WADA Ричард Паунд прокомментировал обвинение российских спортсменов в применении допинга на Олимпиаде-2014 в Сочи.
– В прошлом году в рамках работы комиссии вы сами допрашивали Родченкова на тему допинга. Почему вам он не сделал столь сенсационных признаний, как американской газете The New York Times?
– Мы говорили с ним в тот момент, когда он еще жил в России и занимал пост руководителя лаборатории. Очевидно, он не хотел потерять работу и волновался о собственной безопасности. Поэтому он не рассказал нам практически ничего из того, что мы бы не знали до этого. У меня было чувство, что он знает гораздо больше, чем говорит, но что мы могли сделать? Сейчас, покинув пределы России, Родченков посчитал для себя возможным начать говорить.
– Вы считаете человека, фигурировавшего в уголовном деле, имеющего психиатрический диагноз, уничтожившего почти полторы тысячи допинг-проб, – достоверным источником информации, чтобы судить о российском спорте?
– Все будет зависеть от того, как он объяснит разницу в своих показаниях комиссии и интервью The New York Times. Если факты, о которых он говорит, – правда, то для России все очень серьезно. Пока слишком рано судить о последствиях, но они могут быть весьма чувствительными...
– Как вы предполагаете проверить, правду говорит Родченков или нет?
– Прежде всего WADA стоит найти Родченкова и попросить его поделиться всеми возможными документами и информацией, какой он владеет. Если он не захочет этого сделать, тогда все так и закончится на интервью The New York Times. Если же Родченков станет сотрудничать, тогда мы сообщим МОК обо всех обнаруженных злоупотреблениях, и МОК уже примет решение по поводу российской команды.
– Родченков призывает вскрыть сочинские пробы в Лозанне в присутствии международных экспертов, журналистов и операторов? Это вообще реально – устроить из перепроверки проб реалити-шоу?
– Думаю, все возможно. Родченков утверждает, что имеет список с именами спортсменов, чьи пробы были подменены. Я не знаю, откуда у него этот документ, но если это правда, то почему бы нет? В зависимости от того, что нам удастся выяснить в отношении этой информации, мы и будем решать по поводу Лозанны и всего остального, – рассказал Паунд.
