Алина Райкова – о временном отстранении: «Как бросить спорт, если знаешь, что чист? К тому же уйти – значит, признать поражение и вину»

Казахстанская биатлонистка Алина Райкова рассказала о том, как пережила год отстранения от соревнований. 

В ноябре 2018 года девять казахстанских биатлонистов, в том числе и Райкова, были временно отстранены из-за подозрений в нарушении антидопинговых правил. 

«Про отстранение я узнала 21 ноября 2018-го – при том, что у меня уже были билеты на 26-е на этап Кубка IBU в Идре. Мне позвонили из нашей федерации и сказали: вас отстраняют – неизвестно, на какой период. Возможно, стартов не будет до Нового года, а после – шансы есть. И все.

Что делать? Для чего была вся работа в межсезонье? К чему готовиться теперь? Полное разочарование, досада... И сразу полетели камни: многие ведь не различают отстранение и дисквалификацию. В глазах таких людей почти год я была допингисткой, нарушителем.

Хотя все это время – даже после отстранения – я сдавала пробы. Ко мне по-прежнему приезжали офицеры, я заполняла и заполняю систему АДАМС, у меня даже флажков нет – в этом смысле ничего не изменилось. По Кодексу WADA дисквалифицированный спортсмен не имеет права тренироваться на определенных базах, сотрудничать со спортивными ведомствами, получать поддержку. С отстраненными не так – им запрещено только соревноваться, но они имеют право тренироваться где угодно и с кем угодно. Это разницу постоянно приходилось объяснять.

В первые дни после отстранения мы только и делали, что писали объяснительные, полностью восстанавливали хронологию: кто, где, когда был, куда ездил, что делал. Потом начались слушания – в основном по видеосвязи: помимо спортсменов были адвокат, которого наняла наша федерация, представитель федерации, представитель IBU и переводчик-синхронист. Меня опрашивали минут 30-40, некоторых – больше часа.

Всю зиму я тренировалась на базе в Щучинске – наши друзья-россияне из лыж и биатлона тоже проводят там сборы. По условиям все прекрасно, но психологически было тяжело: непонятно, к чему именно готовишься, когда соревноваться. Для себя сразу решила, что год будет проходным – лучше отдохнуть. Объективно, я не великая спортсменка, так что представился момент сделать работу над ошибками, разобраться, что делаешь не так.

Этапы Кубка мира смотрела со слезами: все бегают – почему я сижу здесь? Отчасти мотивировали молодые спортсмены, которые тренировались рядом: они и подбадривали, и советовались. Плюс у меня и папа, и муж задействованы в спорте – это важно. Если я задумывалась над тем, чтобы все бросить, они находили важные слова.

Как бросить, если знаешь, что чист? Столько работы сделано, столько за спиной – и все перечеркнуть? К тому же уйти – значит, признать поражение и вину.

Досада от потерянного времени уже ушла. Если бы меня о ней спросили полгода назад, я бы столько рассказала: были обида и злость. Да, время потеряно, но как за него судиться и с кем? Сейчас я не готова никого обвинять, ни с кем воевать – просто не то настроение: у меня везде радуга, все воздушное, все вижу в розовых очках.

На стадионе все сразу поздравляют – это очень заряжает энергией и мотивирует. Важно, что люди, которые смотрели на нас с усмешкой, теперь замолчат», – сказала Райкова.