«Отец бил нас шлангом от стиральной машинки». Боец UFC вырос в страхе

В субботу Марк Хант подерется в Москве.

На пресс-конференции перед UFC в Москве вокруг самоанца Марка Ханта толпилось больше всего людей. Не только потому, что он выступит в главном бою турнира – он очень искренний и простой мужик. За открытой улыбкой бойца сложно разглядеть психологические травмы. А их было много.

Марк рос в неблагополучном районе Окленда в Новой Зеландии с двумя братьями, сестрой, матерью и живодером-отцом. «Я все пытался понять, есть ли в избиениях какая-то логика: почему они происходят, что я сделал не так? Сейчас-то я понимаю, что был ни при чем», – рассказывает Марк.

«Отец бил нас за каждую мелочь – кулаками, ногами, палками, электрическими шнурами, шлангом от стиральной машинки. Особенно дерьмово было получать шлангом – он был тяжелым, каждый удар причинял адскую боль, и не рвался, как бы сильно отец ни вкладывался. Оставалось только ждать, пока он устанет, но у старика было много сил».

Однажды отец подвесил Марка в гараже и избил черенком от лопаты. Он не пускал сына в школу, чтобы там не заметили побои. Избежать избиений было невозможно – если кто-то из братьев сбегал, отец принимался за остальных, поэтому они не помогали друг другу. Даже во взрослой жизни Марк не сможет с ними общаться – чувство общего стыда отдалило парней друг от друга.

Отец Марка не просто срывался на детях – он наслаждался жестокостью: «Особенно ему удавались психологические пытки. Он заставлял нас встать на колени в гостиной и смотреть в окно, как он тщательно выбирает ветку с грушевого дерева, которой будет нас пороть. Мы надеялись, что он выберет молоденькую или старую и высохшую, но он возвращался с самой крепкой»

Еще Хант-старший любил стравливать детей: братьям приходилось бить друг друга и терпеть, потому что стоило кому-то заплакать, как в драку влезал отец. При нем вообще было лучше не плакать – слезы бесили его особенно сильно.

Марк завидовал старшей сестре Виктории. Пока с него не сходили ссадины и синяки, ей практически не доставалось. Отец часто уводил ее в комнату, но из-за дверей не раздавались визги и крики, как бывало, когда он затаскивал туда кого-то из братьев. Виктория выходила без синяков, отец – довольным. Уже повзрослев, Марк узнал, что отец ее насиловал – с шести лет и пока она не уехала из дома в 18. «Он делал это почти каждый день. Если я ему отказывала, он срывался на братьев. Я опекала Марка – он был младшим, его никто не мог защитить, – вспоминает Виктория. –  Мама разрешала отцу это делать. Когда кто-то из школы вызвал полицию, она сказала, что купит мне велосипед, если я буду молчать».

Из-за домашнего ада Марк рано попал на улицу – там он выплескивал агрессию и чувствовал себя свободным: «На улице мне было лучше, чем дома. Когда меня ловили копы, мне было на них насрать – я прокручивал в голове, что со мной сделает отец». В итоге он загремел в тюрьму за избиение.

После освобождения Марк пошел в оклендский клуб, где сразу влез в драку и вырубил нескольких парней. Но в этот раз обошлось без полицейских сирен, ему повезло: в заведении отдыхал местный тренер по кикбоксингу Сэм Марстерс. Того удивила мощь Ханта, и он пригласил его к себе в зал. Уже после недели тренировок Сэм предложил Марку провести бой по правилам муай-тай. Хант победил нокаутом и заработал упаковку пива.

В субботу он выступит в главном бою первого турнира UFC в России как один из лучших тяжеловесов мира.

Несмотря на издевательства, Марк не стал психопатом – он счастливо живет с женой Люси, которую называет своим ангелом-хранителем, и четырьмя детьми (всего детей у Ханта шесть – двое от первого брака). В октагоне самоанец тоже не жесток, в этом плане у него есть своя фишка: если он почувствовал, что соперник после пропущенного удара уже не встанет, он уходит еще до того, как судья остановит бой. Хант принципиально не добивает упавших оппонентов. Братьям бойца повезло меньше – средний болен шизофренией, а старший в 2014-м совершил самоубийство после затяжной депрессии.

В 2005 году у отца Марка обнаружили рак поджелудочной железы. Старик отказывался от лечения, целыми днями лежал на диване и смотрел в потолок. Когда ему стало совсем плохо, Марк отвез его в госпиталь, где отец и умер. «Я смотрел в его пожелтевшие глаза и понимал, что он отправится к дьяволу. И я знал, что с этим ничего не поделаешь: старик сделал свой выбор. На самом деле, отец меня многому научил. По крайней мере, не быть таким, как он».

Фото: Gettyimages.ru/Hannah Peters; sugamagazineonline.com; Gettyimages.ru/Steve Marcus; instagram.com/markhuntfighter