Олимпийского чемпиона от Беларуси обвиняли в сексе со 150 женщинами – он учил Корбут и стал отцом в 69 лет

В истории белспорта не так мало олимпийских чемпионов, но взять золото в возрасте за 40 – история редкая. Удалось это среди прочих Виктору Угрюмову из конного спорта – накануне 41-летия он участвовал в Олимпиаде-1980: в личной выездке взял бронзу, а с командой СССР забрал медали высшего достоинства.

Позже Угрюмов работал в конном центре в Ратомке – но в конце 1980-х покинул его по совсем уж нетипичной причине, связанной с тогда уже известной любвеобильностью тренера. И это не единственный интересный, хоть и не до конца ясный, момент в его биографии.

Виктор Угрюмов родился 12 августа 1939 года в российском Хабаровске, но вскоре семья переехала в узбекистанский Ташкент. Когда подходил призывной возраст, Угрюмов пошел на подготовительный курс, где познакомился с конным спортом. В итоге, отслужив в армии, пошел в институт физкультуры, став тренером. А параллельно выступал и сам – без особых успехов.

В 1972-м в Беларуси озаботились проблемой отсутствия результатов у наездников, которые занимались в отличных по тем временам условиях конно-спортивного комплекса в Ратомке. Было решено пригласить тренера со стороны – по рекомендациям нашли Угрюмова, тот согласился переехать. Как вспоминал тренер, он сразу понял, что «местные мастера особенно напрягаться не привыкли», потому «просто набрал других людей».

В результате беларусская конная команда стала успешной на уровне СССР, а наибольшего прогресса достиг сам Угрюмов. Он попал в сборную Союза – говорил, что брать не хотели из-за блата. Но Угрюмов был не только хорошим всадником, но и качественным кузнецом – и тренеры команды решили взять спортсмена, чтобы не тратиться на работу извне. А Угрюмов показал результат – и не взять его на ОИ-1976 не смогли. Там наездник стал 6-м в личной выездке – лучший результат в сборной – и занял 4-е место в команде, куда входил и Иван Калита, экс-коновод главного советского кавалериста Семена Буденного.

К московским ОИ-1980 Угрюмов уже тренировал (а в конном спорте мужчины и женщины выступают наравне) чемпионку Игр-1972 Елену Петушкову и перспективную беларусскую наездницу Ирину Карачеву. Но накануне Игр странным образом конь Петушковой вдруг умер, а лошадь Карачевой оказалась серьезно травмирована. Да и самому Угрюмову пришлось менять коня практически в последний момент. Но взять упомянутые две медали в канун 41-летия ничего не помешало.

Вскоре тренер сконцентрировался на обучении других людей в «Ратомке» (приходила даже Ольга Корбут, но у нее толком ничего не получилось). И до поры все было хорошо – пока на Угрюмова не написали донос в «органы». С ними у мужчины были проблемы и до этого, но решались.

«[В 1970-х] начал общаться с ведущими европейскими всадниками и судьями, просил сказать, в чем недостатки. Дома тренер доложил руководству, те дальше – и меня вызвали в КГБ. Но я все объяснил, и там заметили: «Ты все правильно делаешь». Приехали мы на ОИ-1976 – я хожу и смотрю, кто как ездит, на особенности. Меня тут же вызывают к тренеру: «Почему крутишься около иностранцев? Я разберусь с тобой!». Я пошел к КГБшнику, который сопровождал команду, – он сказал: «Ты делаешь все, как нужно!» – делился Угрюмов.

Но донос был делом более серьезным. Угрюмов объяснял все обидой – мол, он требовал от взрослых спортсменов делиться лошадьми для тренировок с детьми, а когда дети выросли, сами делиться уже не хотели. В 2004-м Угрюмов вообще заявлял, что «те самые ребята, которым дал лошадей, написали, что сексуально домогался до детей» – в итоге «дело закрыли за отсутствием состава преступления», но в Ратомке для тренера «места уже не было».

В недавнем интервью Угрюмов выдал другую версию темы доноса – не настолько ужасную.

– В 1988 году в КГБ поступил донос, что я соблазнил 156 женщин. Было не до смеха. Cтатья в «Физкультурнике», а потом и в «Советском спорте». Так мои ученики решили изгнать меня из Ратомки. Много кто подписался, – говорил тренер.

Угрюмов добавлял, что его, мол, свели с Анной Дмитриевой – «она сделала фильм, после которого все обвинения сняли». Дмитриева – известная российская теннисистка 1950-60-х, 18-кратная чемпионка СССР, которая после карьеры стала работать на телевидении: комментировала теннисные матчи и вела новости спорта. А вот фильмами не славилась – да и вообще какой-то документалистики об Угрюмове в тот период мы не нашли. Возможно, он имел в виду просто сюжет. Вот в 1981 году о тренере вышел 20-минутный документальный фильм «Подкова на счастье», где Угрюмов по кадрам объяснял, в чем вообще смысл выездки.

Вообще обвинить в любвеобильности Угрюмова можно уже по факту наличия в его биографии пяти браков. О первых четырех мало что известно: двое из них были связаны с конным спортом, в одном случае, в 1980-х, тренер стал вдовцом. Три жены родили от Угрюмова по дочери. Одна из них, Елена Угрюмова, также связала жизнь с конным спортом, сейчас работает начальником и старшим тренером сборной Беларуси в одном лице.

В 1990-х Угрюмов с помощью друга-бизнесмена организовал в Ошмянах частный конный клуб своего имени – не только тренировал, но и растил лошадей и прибыльно перепродавал. А в 1998-м туда приехала россиянка Ксения Морозкина – она хотела заниматься конным спортом, но не имела денег, а у Угрюмова можно было без оплаты ухаживать за лошадьми, но при этом так же свободно использовать их для тренировок. Морозкина в итоге достигла результатов на российском уровне, даже выигрывала этапы Кубка мира. А еще стала пятой женой Угрюмова, будучи моложе на 36 лет. В возрасте 69 лет тренер впервые стал отцом мальчика.

«Я его 70 лет ждал, а он к лошадям не хочет даже подходить. Папа – олимпийский чемпион, мама – чемпионка России, а он за 15 лет охапку сена лошадям не принес. Мне, говорит, двух сумасшедших в семье хватает. Как его еще назвать? Сволочь:)», – говорил Угрюмов.

Впрочем, тренер признает, что после 20 с лишним лет пятого брака живет сейчас отдельно от жены и сына. С 2000-х Угрюмов дает уроки в Москве – говорит, в свои 85 проводит по четыре занятия в день, зарабатывая в сумме по две своих пенсии.