Хотов о травме: «Могло быть и хуже. Грозила полная потеря зрения на пострадавший глаз»
Атакующий полузащитник «Слуцка» Мурат Хотов в интервью корреспонденту «Прессбола» Егору Бачило рассказал, как ему повредили глаз в июньской игре с «Минском». Футболисту тогда грозила слепота.
– Ваша карьера под угрозой?
– Сейчас трудно сказать. Может случиться так, что глаз вообще не восстановится. Но пока все идет по плану. Прохожу курс лечения. Его нынешний этап продлится до Нового года, а там появится и конкретика. Пока же врачи не говорят, что точно придется завязать с футболом. Или что, наоборот, однозначно продолжу играть. Ну и неизвестно, сколько именно времени понадобится, чтобы полностью вылечиться.
– Может, вы еще и легко отделались?
– Конечно. Ведь могло быть и хуже. Сетчатка делится условно на четыре сектора. У меня отделился один из них. Затем отслоившаяся часть дошла уже до центра глаза. Слава богу, что не дальше. Иначе была бы полная потеря зрения на пострадавший глаз, и уже ничего не помогло бы. Так что мне еще повезло. А случись задержка с операцией… Там счет даже не на недели шел — на дни. Ведь сетчатка продолжала отслаиваться и просто отвалилась бы.
– За потерю времени на врачей в Слуцке обиду держите?
– Как вам сказать… Не хочу никого обвинять. Да, сразу ехать в Минск, по их мнению, необходимости не было. И только потом, когда с глазом становилось все хуже, велели туда отправляться. Но, наверное, я и сам должен был изначально на этом настоять.
– Помните, как получили травму? Виталий Павлов сразу после того матча с «Минском» сказал, что вам разбили бровь.
– Шла передача. Мяч отскочил от земли и находился на уровне головы. Я развернулся, чтобы бежать к воротам. А защитник выбивал мяч. Наверное, не успел меня увидеть и попал бутсой в край глаза. Ну и задел бровь. Она была рассечена, пошла кровь. Может, поэтому Виталий Геннадьевич так и сказал.
– Соперник прощения попросил?
– Да. Звонил, извинялся. Просто тогда никто и не знал, что все настолько серьезно. Я и сам думал, что обычное дело. В футболе часто рассекают брови, лбы. Когда приехали в больницу в Слуцке, мне зашили рану, сказали остаться. А я врачам: «Не хочу». Однако меня все-таки заставили. Около недели там лежал — все вроде бы нормально было. Отпустили домой, но попросили через неделю вернуться на осмотр. На нем выяснилось, что с глазом никаких изменений. Сказали, что надо поскорее ехать в Минск. А уж там сделали полное обследование и увидели, что у меня большой разрыв сетчатки и ее отслоение.
– Одной операцией дело ведь не ограничилось?
– Повторную сделали через месяц. Надо было достать из глаза силикон, который вводили, чтобы закрепилась и приросла обратно сетчатка. Тоже приятного мало. И за все это время перенес еще около пяти процедур лазерной коагуляции сетчатки. А неделю назад сделали коррекцию, – сказал Хотов.
