«Оборачиваюсь — летит бейсбольная бита»
Спустя 14 лет Карл Альвин Штригель снова обрел себя в футболе Несколько дней назад главным тренером «Партизана-МТЗ» был назначен немец Карл Альвин Штригель, уже 14 лет проживающий в Беларуси. В интервью Goals.by специалист рассказывает о своих прежних попытках попасть в белорусский футбол, об изучении русского языка, о немецком порядке и о самом неприятном инциденте, который приключился с ним в нашей стране. Вечером песчаное поле возле стадиона «Трактор» нарасхват. На одной половине занимаются дети в экипировке минского «Динамо», а на противоположной начинают разминку футболисты «Партизана-МТЗ». С недавнего времени тренировочным процессом в клубе руководит Карл Альвин Штригель. Немец пришел на тренировку минут за 10 до ее начала, переоделся, на ломаном русском языке дал задание помощнику и приготовился отвечать на вопросы. Однако прежде всего тренер решил внести ясность относительно своей работы в «Карлсруэ». — Я не был там главным тренером, как писали везде в интернете. Я долгое время на добровольных началах помогал Винфриду Шефферу, вот и все. — Мы уже разобрались и поправили. — Окей. Теперь спрашивайте :). — Судя по вашему настроению, вы очень довольны. — Конечно. Только на днях подписал контракт с клубом, и теперь я официально главный тренер «Партизана-МТЗ». — Как оказались в клубе? — Мне о «Партизане» рассказал друг, работавший раньше в МТЗ-РИПО, — Вадим Александрович. Говорил, что команда ищет нового тренера, потому что старым недовольны. Он и дал мне телефон Анны (Анна Болбас — директор «Партизана-МТЗ» — Goals.by). Меня пригласили на переговоры. Все решилось за пять минут. Я искал работу в футболе 14 лет и рад, что это наконец-то свершилось! А ведь в свое время я ходил к Чижу, Пигулевскому, Курбыко и просил любую работу. И даже не тренерскую. Просто хотел помогать. Но все были против. Никто не дал мне ни единого шанса. Не знаю, почему. Хотя у меня были и лицензия, и опыт. Я немало играл и работал в Германии. На родине есть много людей, которые знают меня и которые могли бы стать спонсорами. Например, сейчас я веду переговоры с другом, который может предоставить нам форму. Я знаю его 30 лет. — И Бернд Штанге тоже вам отказал? — Мы говорили с ним. Он обещал помочь, но что-то не сложилось. А потом Штанге уехал. Сейчас Бернд пенсионер — сидит дома и недоволен этим. Хочет работать. — Чем вы зарабатывали на жизнь последние 14 лет? — По профессии я полиграфист. У меня есть диплом печатника-наборщика. Работал и работаю в типографии начальником производства. Поэтому и тренировки провожу вечером. — Где вы играли в футбол? — За «Эппинген» в третьей лиге и за «Оденхайм» в четвертой. За последних играл побольше. В «Эппингене» было много футболистов, и я в основном сидел в запасе. Это было очень трудно, но это футбол. А в «Оденхайме» случился мой тренерский дебют. Нашего тренера уволили, и когда руководство спросило, кто проведет тренировку, я вызвался. *** — Как вы оказались в Беларуси? — Помню точную дату. Это было 1 декабря 1999 года. Ехал, зная только одно слово по-русски, — «спасибо». Надо было изучать язык. Для этого записался на курсы. А там приходилось учить черт-те что: коровка, лошадка, белка. Я сказал: «Извините, пожалуйста, я хочу говорить с людьми. Зачем мне эти «белка, коровка и лошадка?» В общем, бросил курсы и учил дома — читал спортивные газеты. Если встречал непонятное слово, переводил PROMTом. — Алфавит произнесете? — Конечно! Я и писать могу. Свое имя без проблем внесу в протокол. А так, конечно, ошибки случаются. Особенно в словах с мягким знаком. Это очень трудно: АлЬвин ШтригелЬ. — Почему решили переехать? — Моя будущая жена как-то приехала с хором в Германию на концерт. Вечером с другом сидел в парке на лавочке и услышал незнакомую речь. Увидел прогуливавшихся девушек. Одна мне понравилась, мы познакомились. Стали общаться по телефону. Это было очень дорого. Каждый месяц платил по 100-120 марок. Спустя время Аня пригласила меня сюда в отпуск. Провел в Беларуси пять недель. А в конце 1999-го сказала: «Переезжай». Ко мне она поехать не могла — надо было следить за родителями. Поэтому согласился. — Как ваши родные отреагировали на это решение? — Мои мама и папа умерли в 1989-м, так что смотреть было не за кем. Дети от первого брака (жена ушла к другому мужчине) были уже взрослыми и моему переезду не противились. — Какое первое впечатление от Беларуси? — Люди очень хорошие. Когда нуждался, они готовы были отдать последний бутерброд. Такого отношения в Германии нет. У вас люди более дружелюбные. — Вы ездите домой? — Стараюсь выбираться несколько раз в год. В мае оркестр жены был в Германии на фестивале и завоевал главный приз. Это большой успех! На родине многие удивляются, узнав, что я живу в Беларуси. Говорят: «Это невозможно! Это же страшно!» Отвечаю, что мне лучше, чем в Германии. В вашей стране я чувствую себя уверенней. Вечером могу спокойно погулять. Не боюсь за себя. За все время был только один неприятный случай — меня избили и обокрали. — Расскажите. — Купил 500 долларов и остановился возле какого-то киоска. Чувствую, меня по плечу кто-то хлопает. Оборачиваюсь на стук и вижу, как приближается бейсбольная бита. Удар — и пустота. Пролежал в больнице три недели, из которых две ничего не понимал. Естественно, ни кошелька, ни денег… — Грабителей нашли? — Да, была свидетельница, которая опознала нападавших. Был суд. Хулиганы получили по восемь лет. Чему я был очень рад :). *** — Вы в «Партизане» уже пять недель. Сумели составить мнение об уровне второй лиги? — Если сравнивать с Германией, то это примерно пятая немецкая лига или даже шестая. Выделяется только одна команда — «Гомельжелдортранс». По примеру гомельчан и хочу провести следующий год. Нам надо добиться похожего прогресса. Мне нравится работать с молодыми парнями. Очень здорово делиться с ними опытом, учить их чему-то. И я вижу, что ребята хотят работать и прогрессировать. — Не смущает, что ваш босс — девушка? — Мне все равно, кто главный в клубе. Мне важен футбол, футболисты и моя работа. Но у нас налажен диалог. Мы друг друга хорошо понимаем. Фото: partizan-minsk.by — Летом вокруг команды было много непонятного. То скорая помощь не приедет, то в аренде стадиона откажут. Не пугает, что подобное может повториться? — Я слышал о подобных вещах. Но это не проблема. У меня связи. Позвоню знакомым и все улажу. Каким? Например, инспектору Брониславу Ясинскому. Он поможет :). — «Партизан» будет играть в немецкий футбол? — Я в команду привношу много нового. Например, подарок. — Какой подарок? — Ой, порядок! Перепутал буквы :). Порядок и дисциплину. Если сбор в 12:00, все должны быть в это время на месте. В воскресенье один парень пришел позже — отправил домой: «Иди, сегодня не играешь». Если людей не учить дисциплине, они не научатся футболу. Эти вещи взаимосвязаны.
«На родине есть много людей, которые знают меня и которые могли бы стать спонсорами».
«Когда нуждался, белорусы готовы были отдать последний бутерброд. Такого отношения в Германии нет. У вас люди более дружелюбные».
