Школьные игры сельской детворы в советское время

Миниатюры. Школьные игры сельской детворы в советское время.

Во что мы только в детстве не играли! Это одна из самых популярных – в козла. Команда прыгает на команду и всеми силами пытается ее завалить на земь. Удалось – следует наказание. Только вот забыл какое.

А вот это уже любимая игра девочек – в резиночки. Только наши красавицы взрослели быстрее нас, пацанов. И их начинали интересовать совсем другие «игры».

Кто из нас не помнит то время золотое. Время своего детства. Когда и солнышко светило ярче. И дышалось всегда легко на полную грудь. Каждый день что-нибудь происходило. Поиски приключений на свою ж… В общем, веселенькое времечко было, согласитесь. Вот, скажите, что интересовало в первую очередь пацанов? Да, девчонки. Поначалу лет так до 12-и все-таки не очень. Но потом…

 Девочки в этом смысле взрослели немного, а иногда и намного, раньше. И начинали интересоваться запретными темами, типа взаимоотношения полов, гораздо раньше мальчишек. Хорошо помню, как однажды году так в 1982-ом мне удалось уговорить маму, чтобы она меня отпустила в клуб на «взрослый» фильм «Я боюсь» производства Италия. Батя работал киномехаником, и денег платить не нужно было. В фильме рассказывалось о борьбе честного карабинера против мафии и коррумпированной власти. В одном из эпизодов наёмный убийца выполнял свой «заказ» на порносеансе в кинозале и в кадр угодили фрагменты спаривания мужчины с женщиной. Утром следующего дня мне в школе не давали прохода. Все интересовались, как оно там было? Я показывал руками, какой размер груди был у женщины, ну и все такое дальше в этом плане. Девушкам с 6-го по 10-й классы (потому как школьников на «Я боюсь» вообще забоялись пускать), я рассказывал это с иронией, и они всё хмыкали себе в кулачки, а некоторые даже краснели: «И чего это она там стонала?». «Подрастёте - поймете!» - с видом такого себе знатока отвечал автор этих строчек своим одноклассницам. Парням наоборот - выкладывал увиденное на полном серьёзе. «Что, правда, вот такие вот дойки были?» - переспрашивали наши «крутые» задиры, прервав даже свою игру в «чу» (азартная игра разменными монетами) за школьным туалетом. «Вот такенные!» - показывал я. «Мама моя родная! Неужели такие буфера существуют?!»...

Такими монетами играли в «Чу».

И только несколько пацанов поинтересовалось содержанием самого фильма. Да и зачем основной массе школьной «воровской шайки», как называл их кое-кто из учителей, сам сюжет киноленты. Всё, что их интересовало, можно было прочитать и увидеть на стенах школьного мужского туалета, который располагался между двухэтажным строением «новой» школы и одноэтажной постройкой «старой». Рядом раскинулся школьный стадион с турниками, секторами для прыжков в длину-высоту и небольшим футбольным полем с маленькими гандбольными воротами и баскетбольными кольцами по краям. Пацаны на том поле дневали и ночевали. А сколько азарта было в футбольных противостояниях - не передать словами! Иногда со злости как влепишь по воротам и смотришь заворожённый пару-тройку секунд за полётом мяча, когда тот уходит за ветром в сторону «новой» школы. Из оцепенения тебя выводит звон разбитых стёкол в кабинете истории, что на первом этаже, и негодующее лицо учителя истории Мороз Таисы Петровны. Всё. Капец. Батько теперь дома спуску не даст. И не из-за того, что его вызывали к директору. Это ерунда по сравнению с тем, сколько нужно родителям заплатить за нанесённый школе ущерб. Что же делать? Хоть на хаус не возвращайся! Хорошо он малым. Никаких тебе проблем. Учатся себе в «старой» школе и горя не ведают. Начальство далеко, зато столовая рядышком. Просто мечта для прогульщиков. Не захотел посетить какой-то урок, быстрее к «старой» школе в мастерскую, где молодой учитель труда Корнев Валерий Иванович всегда что-то себе мастерит. Он никогда не прогонит. Даже если у него находится какой-то класс. Это даже лучше. Можно незаметно затесаться между ребятами, а то вон Зубкова Тамара Лукинична, учительница младших классов, которые находятся рядом с мастерской, мгновенно вытолкает из тёплого коридора под дождь и мокрый снег любого старшеклассника. Нечего здесь им делать, среди детей! Если же мастерская закрыта, так лучше всего перекантоваться до большой перемены в столовой. Правда до обеда туда не всегда пускали и на то были уважительные причины. 

Мы сами были такими, 35 лет тому назад.

Шибутными, озорными и на выдумки горазды. Вот такими ми и были, 35 лет тому назад.

От наших выходок не было покоя даже в таких спокойных местах, как больница, куда лично я до 14 лет попадал строго два раза в год с обострением хронического бронхита.

Пацанов всегда влекло к технике. И когда знакомый дядька-сосед начинал ремонтировать возле своего двора совхозный ЗИЛ, возле него всегда крутилась кагала малолетних любопытствующих парней.

Несколько раз острословы из числа школьной гопоты в надписи «Їдальня» (столовая), что висел над входом в помещение, откуда шли такие сладкие ароматы, что всегда хотелось пожаловать во внутрь, мелом зачёркивали букву «Д»,  и выводили поверх неё маленькое корявое «Б». Как ни пытались поймать «умника», который вытворяет подобные безобразия, ничего не помогало. Школьные сторожа буквально ночевали перед входом в столовую. Но каждое утро завхозу приходилось отворять свою каптёрку, доставать оттуда лестницу и стирать лишние буквы на деревянной табличке. В конечном итоге её просто сняли. Если сильно захотите кушать, то и так найдете столовую - по запаху.

Обеды в столовой стоили совсем недорого, от 15 до 50 копеек, смотря, что ставишь себе на поднос. А ученики из многодетных семей за стандартный обед из первого, второго и третьего блюда вообще ничего не платили! Во всяком случае, в младших классах. Знаю это точно, потому что вместе со мной в конце 70-х годов ХХ века «разгрызали гранит науки»  представители таких семей - Павел Быкадоров, Пашка Кулаков, Николай Кубай, Алла Мануйло. У них было по нескольку братьев и сестер. Как старших, так и младших. Повара в столовой знали всех «льготников» в лицо. Если захочешь «закосить» под «многодетника» - не выйдет! Да и не было таких «умников». Кто же захочет получить всеобщее «Тю на тебя!».

 Повара школьной столовой всегда были высокой квалификации и готовили очень вкусно. Как вспомнишь, аж слюнки текут. Одна из поварих, наша родственница, тогда еще молоденькая и очень красивая, тётя Рая, с такой же, как и у меня звучной фамилией Костенко, зная о большом пристрастии вашего покорного слуги к гороховому супу, частенько его готовила и говорила: «Это специально для тебя, Санёк!». «Ой спасибо, тёть Рай, ой спасибо!».

В нашем селе было несколько многодетных семей. В основном это были верующие из баптистов. Но попадались и нормальные советские семьи, где все жили дружно. По крайней мере – пытались.

В школьной столовой постоянно дежурили ученики. Чистили картошку, разносили и собирали посуду, мыли ее. Желающих на дежурства всегда было море – особенно, когда в школе контрольные намечались.

Только однажды на моей памяти в школьной столовой был огромный скандал. Дети в каше нашли сваренных беленьких червячков. Ох, и поднялся тогда крик - на всё село! «Когда матросов на броненосце «Потёмкин» хотели накормить гнилым мясом с червями, они подняли восстание! - возмущались родители учеников, - нам что теперь, также забастовку объявлять? За что наши деды боролись, за что родители кровь проливали? Чтобы при социализме наших детей червяками кормили?!». Втык тогда получили повара немелкий. Теперь всю крупу с вермишелью, перед тем, как вбросить её в кипящую воду в кастрюле, они перемывали по нескольку раз.

Однажды в столовую завезли очень сладкие пирожные с вареньем по 15 копеек. Целый день я бегал через школьный стадион со «старой» школы в «новую» к матери за деньгами и обратно, чтобы в который раз поедать их с пребольшим удовольствием. От такого избыточного употребления сладостей разболелся живот, и началась тошнота. Мгновенно стало очень плохо. Я банально переел. Впервые в своей жизни. Поэтому и не знал, что в таких случаях нужно делать. Егорова Любовь Евгеньевна, которая вела у нас продлёнку, отправила меня на улицу дышать чистым воздухом, и я почти три часа просидел на туалетной дырке. В ожидании, пока мой протестующий организм освободится от избытка сладкого, я рассматривал на стене  нарисованную  киноаппаратным углём голую женщину. Её автор явно не выделялся художественным талантом и, наверное, был среди тех, чьи громкие выкрики я слышал. А они доносились из-за туалета, где старшие пацаны, прогульщики уроков, с превеликим азартом «резались» на деньги в «Чу» и карты. Вот где всегда стоял пятиэтажный мат и клубы сигаретного дыма. А как иначе? Ведь кто-то выходил отсюда богатым, насобирав монетками целый «трёшник», а кто-то и очень обиженным, потому что проиграл все деньги и был голодным. А как говорят, сытый голодному не товарищ. Игра шла с раннего утра до позднего вечера.

- Слышь, «Сокыра», ты задолбал своими подзатыльниками!

- «Юхым», шо тебе нужно? Чего ты лезешь на рожон?

- Давай, «Мырон», гуляй, не отвлекайся!

- «Заяц», куда ты прёшься со своими шохами?

- Не переживай, «Яша», по ушам вместе получим!

- «Буба», козырь крестя, а не буба!

- Вот «Гордий», опять нас наколупал!

- А ты, «Липэнык», чего лыбишься?

- Харош базарить. Давай, «Цап», уши подставляй! - и сплёвывает Валерка Мирошниченко по кличке «Липэнык» через зубы, не выпуская сигарету изо рта. Берёт колоду, и со всего размаха проигравшему, да по носу...

Вот такими картами играли в наше время все люди. И пацаны за школьным туалетом тоже.

Но особой популярность пользовались вот такие вот «тети». Ради того, чтобы только на них посмотреть, специально шли играть в трыню на мелочь за школьный туалет со старшими пацанами. И не важно, что проиграешь все деньги в конце концов. Главное, у тебя в руках оказывались такие вот карты, и ты их с благоговением рассматривал, пока играл.

 Те, кто остался ни с чем, как всегда хотят отыграться. А значит, всё начинается по новой. Младших за себя в такие игры ребята-задиры пытались не принимать. Хотя последние и напрашивались. Проигрывает такой «просильщик» все деньги и плачет потом голодный. На следующий день к директору школы прибегает разъяренный отец «пострадавшего» и начинается линчевание старшеклассника-прогульщика. Конечно, насилия над своим учеником, пусть и нерадивым, Анатолий Мелентьевич никогда не допустит. Как-никак, опыт работы замполитом на тюремной зоне давал свои плоды: «Чтобы завтра привёл отца, а теперь бегом на уроки!». Парень опускает голову и плетётся в свой класс. Но проходит день, второй, третий... «Ты предупредил отца о моём вызове?». «А ему времени нет. Когда он с работы приходит, так едва ноги волочит от истощения!». Значит, пришло время «боевого десанта» в виде классного руководителя.

А что может сделать учитель на «вражеской территории»? Провинившийся ученик после уроков испарился как можно подальше от своего дома. Любой сельский двор всегда находится под охраной собак. А они чужаков ох как ни любят! Разорвать готовы того, кто посягнет на их территорию. Остаётся только вызывать хозяина дома возле калитки. После безрезультатных попыток перекричать собачий лай учитель рискует. На «раз, два, три!» героически проскакивает мимо привязанного пса и буквально залетает в дом. И что же он, или она, видит? Очень «уставшего» работягу после «остограмления» по шабашу, который в обуви лежит на прибранной постели, и под песни Высоцкого глубоко затягивается папиросой, пуская в потолок дымовые кольца: «Где ни церковь, ни кабак, ничего не свято, где немножко всё не так, всё не так ребята!». Хриплый голос отца нарушителя школьного спокойствия и задумчивый философский вид его лица доказывают учителю, что он (она) с этим вот мужичком находятся сейчас в разных временных измерениях и конструктивного разговора у них ну никак не получится. Все самопожертвования по прорыву во вражеский «стан» оказались безрезультатными. А ещё ведь назад возвращаться нужно!

Песни Владимира Высоцкого были очень популярны в Советском Союзе среди всех слоев населения. И его французская жена Марина Влади тоже. Все признавали эту пару самой самой в СССР.

На следующий день классный руководитель доложит директору, что разговор с родителями прогульщика провёл. А тот только улыбается себе под нос: «Мой батяня ещё тот кадр!». Но теперь наш «герой» немножко «пришпорит коней» и где-то так с месяц не будет безобразничать. Особенно в урочное время. Потому что бате могут и поднадоесть причитания жены относительно воспитания их общего сынка. Каждый раз, вернувшись с фермы после вечерней дойки, его мать «горит» от стыда над красным от замечаний дневником, где учителя во всех красках перечисляют многочисленные «подвиги» собственного чада. Конечно, мать станет жаловаться отцу. Когда же мужчина, наконец, отреагирует на слова жены «сделать что-нибудь», то возьмёт в руки ремень, да так располосует сынку задок, что тому потом и за парту будет больно присесть. Хоть на больничный иди. Лучше уж на некоторое время притихнуть. А заодно и в учебники заглянуть. Может, какую-то умную мыслишку вычитаешь. Вот у корешей будут глаза навыкат, когда будешь кого-то бить колодой карт по ушам и приговаривать: «Как говорил наш великий народный писатель Максим Горький: «Рождённый ползать летать не может»! Так что не садись с «дядей» больше в карты играть, не садись!». Но то будет спустя некоторое время, когда всё уляжется-утрясется. И опять наш знакомый прогульщик будет дневать и ночевать около школьного туалета, где идут азартные игры и мальчишечьи разборки. Когда же это поднадоест, то можно и с малявками в футбол погонять. Благо, школьный стадион вот он, рядом.

Да-а-а. Учили нас хорошо и строго! В отдельных преподавателей только попробуй рот открыть, враз замечание в дневник получишь. А кому охота родителей в школу приводить?

Мы, пока ещё малышня, побаивались старших пацанов и не мешали своими персонами в их «смертельной» рубке на деньги. Разве что Сашка Федулов несколько раз проигрывал им родительские 30 копеек, выданные ему на обед в школьной столовой. Но у него был старший брат Юрий, которого побаивалась, а значит, уважала, вся каменская шпана. У нас же, шкетов, были свои адреналиновые развлечения.

Продлёнка закончилась. От буцания мяча на школьном стадионе ноги уже так и гудят.

- А что там сегодня за кино в клубе?

- «Братья по крови». Только оно уже начинается. Так что на начало не успеваем.

- Кино по 10 копеек?

- Ага.

- Значит, киножурнал будет сначала. Айда напрямик через огороды!

- Айда!

И вот уже, как раз за туалетом, где сетка ограждения от частых визитёров пригнулась вплоть до земли, собирается кодла, человек так 5-6 малолетних бузотёров. Конечно, можно было побежать до клуба и по улице - это занимало всего-то несколько минут. Но просто так оно ведь не интересно. Что героического в том, что кучка пацанят побежит по аллее около асфальтированной дороги и всем встречным взрослым тётям с дядями буде  кивать головами: «Здрасьте!». Намного рискованнее и быстрее прошмыгнуть напрямки через шесть людских огородов. Такое действо захватывает, сердечко в груди выскакивает от быстрого бега и волнения, ведь в любой момент старый дед Корнев может разрядить со своей берданки заряд соли вдогонку нашей толпе. И тогда будешь дома опускать задницу в тазик с холодной водой, пока соль не растает. Лично мне не попадало такого «счастья» в тело. А вот Ваня Пеняк пострадал от засады деда-партизана и говорил, что последующие ощущения не очень приятные. Нас могли поймать и другие хозяева приусадебных участков, дальние районы которых сильно вытаптывала пацанва. Тогда ожидай домашнего нагоняя и еще неизвестно, что лучше: заряд соли из ружжа, или «ласковые» прикосновения отцовского ремня по твоим обнаженным ягодицам. Люди неоднократно жаловались нашему директору школы Мелентьевичу на подобное безобразие. По его приказу старшеклассники натягивали и выравнивали согнутое железное ограждение-сетку. Но проходило пару-тройку дней, и опять шибутная ватага стремглав неслась с весёлыми выкриками и смехом по своей вытоптанной «дороге» в клуб смотреть кино…

Вот на такие ГДРовские фильмы про хороших индейцев мы бегали толпами сквозь людские огороды. А наш советский Чингачгук (а также Оцеола, Ульзана, Текумзе, Зоркий Сокол и т.д. и т.п.) югослав Гойко Митич с нашим американцем Дином Ридом были кумирами миллионов мальчишек по всему СССР. Но про эту пару плюс их борьбу за сердце Ренате Блюме как-нибудь попозже.

2009 год.

Костенко Александр Александрович